Фунтик Изюмов – О чём молчат рубины (страница 154)
— А как он выглядел? Этот, одинокий?
— Средних лет, лицо вытянутое, возле левой брови небольшой шрам, по повадкам — воин-наёмник, одет соответственно, с оружием обращается ловко… Точный портрет того торговца тканями, но тот был одет как торговец! И общался, как торговец…
— Получается…
— Получается, что этот негодяй своих подручных отдельно отправил, с какими-то другими путешественниками. А сам нарочно задержался. Вот, дескать, я! Добыча! Хватайте меня, а я вам в уши такого налью! Ага! И ведь, получилось!
— Значит, не все наши проблемы позади?..
— Всё впереди! — оптимистично заметил Вилфрид, — Всё ещё впереди!
[1] … Джон Мандевиль… Любознательному читателю: пожалуй, впервые на страницах нашей книги, Катерина заблуждается. Впрочем, вместе со всеми своими согражданами. Дело в том, что «Путешествие сэра Джона Мондевиля» это… мистификация! Вымысел, в который искренне поверила вся средневековая Европа! Сэр Джон Мандевиль никогда и никуда не путешествовал, а скорее всего, его и вовсе не было. Неизвестный автор попросту переписал некоторые места из книг других путешественников, щедро приукрасил страницы книги откровенным вымыслом и фантастикой и — вуаля! — получился бестселлер, в который окружающие верили, цитировали, приводили в пример и безоговорочно доверяли. У авторов двоякое отношение к этому персонажу. С одной стороны — шельмец! А с другой стороны — разве авторы делают не то же самое? Выискивают любопытные факты и пускают по этим фактам своих вымышленных героев. Н-да…
[2] … Христофор Ликийский… Авторы хотели бы заметить, что этот святой почитается не только католической, но и православной церковью. Размещаем изображения святого Христофора с различных икон. Надеемся, любознательному читателю это будет интересно.
Глава 58. Полёты во сне и наяву
Когда я хорошая, я очень-очень хорошая, но когда я плохая, я ещё лучше.
Мэй Уэст.
Тихим, погожим вечером, мы бродили с Катериной в очаровательной апельсиновой роще, думая каждый о своём. Наконец-то можно было просто бродить, наслаждаясь покоем и уютом! Мы доехали! Мы в Риме! Ну, точнее, не в самом Риме, а в его окрестностях, в уютной вилле одного из друзей нашего брата Марциана. Не более четырёх часов верхом до римских городских стен.
Когда я спросил, почему мы остановились не в трактире, брат Марциан пожал плечами:
— Потому что здесь бесплатно…
— А почему бесплатно?
— Потому что хозяин виллы считает себя моим должником.
— Ты ссудил ему деньги?! — удивился я, — Крестоносцам разрешается давать денежные ссуды?! Может, вообще, ростовщичеством можно заниматься?!
— Нет, — скромно улыбнулся Марциан, — Дело не в деньгах. Хозяин виллы считает, что он обязан мне жизнью.
— Считает? А на самом деле?
— И на самом деле я спас ему жизнь, — Марциан ещё раз улыбнулся, — Дважды.
— И где же он, хозяин?
— Он уехал по делам. Но я заранее списался с ним и он сам предложил мне воспользоваться его виллой. С любым количеством гостей. И дал соответствующие распоряжения прислуге.
— На сколько дней?
— На столько, сколько понадобится.
— Ну, я надеюсь, если сегодня мы сообщим в секретариат папы римского… через день-два нас примут… ещё день папа будет думать над ответом на послание Великого магистра… ну, ещё день-два на всякие приготовления… то есть, эту неделю мы можем прожить на вилле? И не стесняться в желаниях?
— Какой ты торопливый, Андреас! — покачал головой Марциан, — Но, да, этот МЕСЯЦ мы можем жить на вилле и не стесняться в желаниях. Кроме тех желаний, которые нам не положены, как крестоносцам.
— Отлично! — обрадовался я, пропустив мимо ушей это невероятное слово «месяц», — Я не про те желания, про которые ты намекаешь. Я про то, чтобы отдохнуть с пользой. Ну, там, библиотека, осмотр достопримечательностей, беседы с образованными людьми и всё такое прочее.
— Ах, это, — облегчённо выдохнул Марциан, — Это да, можешь не стесняться.
— А как оруженосцы? Они будут нести охрану?
— Нет. Мы же дошли! Охрану виллы будут осуществлять собственные гвардейцы.
— Гвардия? Ах, да… По итальянски, это просто «охрана»…
— А ты откуда это знаешь? — поднял на меня внимательный взгляд Марциан.
— М-м-м… наверное, слышал где-то…
В очередной раз мне захотелось прикусить себе язык. Дело в том, что та латынь, которую я когда-то легко выучил с помощью перстня, и на которой велось богослужение, к моему удивлению, оказалась похожа на разговорный язык, принятый в италийских городах, но вовсе не одинаковой! Ну, понятно, я опять незаметно воспользовался перстнем, коснувшись рта, ушей и глаз, и теперь вполне свободно мог разговаривать с любым итальянцем, даже без акцента, но не подумал, что это может быть кем-то замеченным и как-то выдать мои секреты.
— Но, главное, дошли! — постарался я тут же перевести разговор, — Несмотря на все трудности, дошли!
— Дошли! — облегчённо выдохнул Марциан, — Хоть и с потерями, но сделали главное! Дошли!
Да, остаток пути мы буквально пролетели, всего за восемь дней, хотя, разумеется, после нападения, тщательно следили за безопасностью.
Кстати, я знал, что брат Марциан родом из Перуджи, и был уверен, что мы непременно заедем в родные места нашего главы посольства, но нет. От Прато мы доехали до Ареццо, а оттуда свернули не к Перуджи, а в сторону Кьюси и потом на Орбието. Почему?!
— В Перуджи опасно, — мрачно ответил Марциан, — Там только что отгремела война, а значит, бродят целые толпы людей, потерявших кров и родных. То есть, бродяг. Бродяг, которых смело можно считать разбойниками. Иначе, чем они добывают хлеб насущный? Они и здесь бродят, но меньше. Нет, как ни хотелось бы мне посетить родовой замок, но дело важнее. Может, на обратном пути?..
Несмотря на мрачные предчувствия Марциана, больше на нас никто не напал. А после того, памятного нападения, когда крестоносцы положили больше тридцати бандитов и только один наш оруженосец был слегка ранен, даже не ранен, а так, чуточку поцарапан, мы заехали в ближайший городок и рассказали обо всём местному бургомистру.
— Ну, что же вы, господа?! — укоризненно взглянул на нас бургомистр, — Кулеврину-то зачем ломать было? Она, между прочим, денег стоит! И нам бы, во всяком случае, очень пригодилась! А то шастают тут всякие…
— Какие? — прямо спросил Марциан.
— Всякие… — отвёл бургомистр глаза, — Остатки наёмников, погорельцы, бродяги… Одним словом, отребье. А отребье, как известно, любит собираться в стаи. Словно волки. Порой, честное слово, господа, от одних слухов поджилки трясутся. Нет, нам бы та пушечка очень пригодилась!
— А если бы она в руки бродяг? — спросил Марциан, — Да они с той пушкой к вашему городу?
— Ну, значит, и правильно! — приободрился бургомистр, — Всё, что Господь делает, всё к лучшему! Счастливый путь вам, господа! Счастливый путь!
Вот так мы и оказались в Риме. И теперь, помытые, отдохнувшие, бродили тихим вечером с Катериной по апельсиновой роще, раскинувшейся прямо возле виллы. Свою Эльке Катерина загрузила работой: перетряхнуть все вещи, всё, что можно отстирать — отстирать, что нельзя — всё равно отстирать, всё прогладить, развесить по вешалкам, разложить по полочкам и вообще — трудись! А сама пошла бродить по роще.
Давно мы, вот так, наедине, не встречались…
Не знаю, о чём думала девушка. Лично я думал, как заставить папу римского показать заветный рубин. У меня будет всего одна попытка! Да, конечно, папа даст нам аудиенцию. Мы не кто-нибудь, мы посольство Ордена! А это покруче иных королей будет. Но аудиенция будет только один раз. И что? Он мне задаст какой-то вопрос — ещё не факт, что задаст! — а я ему в лоб: «Ваше святейшество, а не изволите ли вы показать нам «Большой рубин крестоносцев»? Глупость какая… Нет, надо, чтобы вопрос прозвучал в тему… а значит, тема должна быть о камнях… Хм!.. Что-то вроде: «Ваше святейшество! Я слышал, вы собираетесь возвести собор в честь святого Петра? Того самого Симона, которого Христос назвал Петром, что значит «камень»? И сын Божий не ошибся, ибо не мог ошибиться! Воистину, драгоценным камнем стал апостол Пётр для церкви! Кстати, о драгоценных камнях…». Уже лучше, но всё же не то… Хм!.. А если…
— Ну, что? — внезапно развернулась ко мне Катерина, — Ты готов к разговору? Я готова дать ответ на твои «трудные вопросики»!
— А?! — мне пришлось напрячь мозги, чтобы догадаться, что девушка не отвечает на мои мысли, а вспоминает наш давний разговор, — А!.. Ты про те два вопроса! Почему в церквях служат не левиты, как заповедано, и нравятся ли Господу по всей земле стоящие кресты? Я готов, но мне не интересны твои ответы. Я и без того знаю, что ты ответишь. Но, самое главное: я знаю, что ты хотела ответить сперва, и что твой ответ позже изменился! Ты подумала над ответом, и этот ответ оказался глубже, чем казалось сначала.
Нет, мне не нужны твои ответы. Вместо этого, я задам ещё два вопроса. И они будут чуть сложнее, чем первые. Хотя и не самые сложные. Самые сложные ещё впереди. Готова?
— И почему я должна выслушивать эти мерзости?! — проворчала сквозь зубы Катерина.
— Потому, что ты будущая монашка. Мало ли куда зашвырнёт тебя судьба? Отправят ли тебя за сбором подаяний для монастыря, или вообще отправят проповедовать слово Божье в дикую Русию, тебе могут задать подобный вопрос. И ты должна будешь мгновенно подыскать ответ. Иначе, какая же ты монашка? Ну?.. задавать?