Фу Цзяцзюнь – Очередь на любовь (страница 32)
– Ну и ладно, тогда помогу тебе собраться! – Ло Шао не находил себе места, поэтому решил просто приготовиться к свиданию за Чжи Кана.
Он мылся почти полчаса, изо всех сил намыливал все тело. Это был, наверное, его самый долгий душ за всю жизнь. Кажется, Ло Шао провел в ванной больше времени, чем обычно за все дни недели, вместе взятые.
После душа он быстро надел официальную рубашку и брюки. Парадный костюм Ло Шао достал из шкафа второй раз в жизни. Но, одевшись, он тут же пожалел о своем решении. Ло Шао не хотел его помять, так что двигался очень осторожно. Для такого подвижного человека, как он, не помять рубашку было и впрямь трудным делом.
Он неподвижно сидел за столом, как статуя, и думал, как же ему все-таки «связаться» с Чжи Каном. Ло Шао размышлял и так нервничал, что хотел схватиться за голову, но беспокоился, что взлохматит волосы. Тревога и невозможность нормально двигаться сводили его с ума.
«Погодите-ка, может, вот так получится?» Он сглотнул слюну.
Так у него не просто разболится голова, но и помнется костюм, а волосы спутаются. Ло Шао и правда жалел, что уже оделся.
Вечером, пока огни на фонтане еще не зажглись, вокруг почти никого не было. Редкие прохожие останавливались, чтобы сфотографироваться.
Фонтан находился на площади, можно было сесть вокруг него и любоваться им с разных сторон. Мэйи смотрела на струи воды, которые то взмывали вверх, то падали вниз. Ее захватило это зрелище. Она старалась не думать обо всем подряд, но никак не могла удержать свои мысли.
Шумный город подавляет свободу – даже воду умудряется контролировать. По воле человека вода становится разной – минералка в руке у туриста принимает форму смятой пластиковой бутылки, в этом круглом фонтане струи, точно солдаты на плацу, поднимаются вверх под заданный ритм. Что уж говорить о людях. Особенно о сложных и необычных.
Мэйи сидела на площади у торгового центра с самого утра, когда он еще не открылся, и до самого ужина. Ей было все равно, ожидание ее не тяготило. Она только боялась не дождаться.
Утром Мэйи не позавтракала, в обед тоже не проглотила ни кусочка. В ее теле остались только эмоции и больше ничего.
Солнечный свет постепенно поглощали сумерки. Народ потихоньку стекался к фонтану. Кто-то прогуливался по площади, кто-то играл с детьми, турист поднял фотоаппарат, но забыл щелкнуть затвором. Дети бегали за спиной у Мэйи. Она была не против. Это лучше, чем ждать в одиночестве.
Голосов вокруг становилось все больше, шаги делались все беспорядочнее. Кто-то встал за спиной у Мэйи.
– Прости. Я опоздал?
Мэйи обернулась и улыбнулась. Эту улыбку девушка хранила весь день и уже боялась, что сегодня она не понадобится.
– Тебе повезло, мы ведь не договорились о времени.
Чжи Кан тяжело дышал, еле переводя дух. Рубашка была вся измята и промокла от пота.
– Пойдем поужинаем. – Мэйи встала и почувствовала, как онемела задняя поверхность бедра от долгого сидения. Ноги свело судорогой.
Чжи Кан тут же подхватил ее, их руки сами собой соединились. Никто из них на сто процентов не знал, о чем думает другой, но все же каждый чувствовал, что между ними было негласное соглашение – сейчас нельзя терять ни минуты, ни секунды.
Они выбрали европейский ресторанчик с приятной атмосферой. Там почти не было людей, и они смогли сразу сесть и сделать заказ. Чжи Кан выбрал жареную куриную отбивную, а Мэйи – норвежского лосося.
– Ну как, нормально? – Чжи Кан, как обычно, задал этот вопрос, пока ел, на секунду забыв, что готовил ужин не он.
Мэйи отрезала кусочек лосося и положила Чжи Кану в тарелку.
– Нормально, но на этом все. Ты готовишь лучше.
Чжи Кан съел лосось и поспешил отрезать кусочек курицы для Мэйи. Его немного расстроило, что он сам не догадался сделать так раньше.
– Мы можем зайти ко мне в кафе. Я тебе что-нибудь приготовлю на ночь, давай?
Мэйи сделала глоток воды.
– Ничего страшного, что не очень вкусно. Мне просто хотелось побыть рядом с тобой. Давай и потом всегда будем вместе?
Чжи Кан замер на секунду. Какое может быть «потом», если он даже не знал, пробудет ли в сознании весь этот вечер. Тяжелое чувство охватило его, но он не позволил печали отразиться на лице.
– Я теперь понимаю, почему А Чуань так редко куда-то ходит: нигде не готовят так вкусно, как он.
Мэйи кивнула. Конечно, она понимала, что Чжи Кан просто переводит тему, поэтому не стала продолжать расспросы. Хотя и правда очень хотела услышать, как он обещает, что всегда будет с ней. Даже если всего три дня в неделю.
– Твоя юбка.
Мэйи опустила глаза:
– Капнула соусом?
– Красивая. Очень красивая.
Раз уж Чжи Кан не мог соврать, то решил говорить на другую тему, но что-нибудь искреннее. Мэйи улыбнулась. Она и сама не ожидала, что комплимент Чжи Кана заставит ее испытать такой трепет.
– Кстати, а как Ло Шао тебя вызвал? – Мэйи подхватила вилкой пюре, которое шло в качестве гарнира к лососю.
Чжи Кан указал пальцем на собственную макушку, туда, где остался шрам от операции при рождении.
– Он стал вспоминать наше прошлое. Это вызвало сильную боль, которая и пробудила меня.
– Это, наверное, было мучительно? – У Мэйи от одних только его слов зашевелись волосы на макушке.
– Очень. Но он это сделал ради меня.
Мэйи кивнула, и они больше не говорили о Ло Шао. Пусть это и эгоистично, но им хотелось сегодня все свое время посвятить друг другу.
После ужина они погуляли немного по торговому центру. До закрытия оставалось немного времени, поэтому повсюду ходили уборщики, многие магазины уже опустили рольставни до половины.
Мэйи показала Чжи Кану короткий путь, и они снова оказались у фонтана. Чжи Кан почти и забыл, что она какое-то время здесь работала.
Они сели у фонтана. Вид был не очень удачный, но на лучших местах уже собралось полным-полно людей. Чжи Кан и Мэйи не хотели быть в толпе, потому они радовались своему уединенному месту.
На одной из высоток напротив светились большие электронные часы, которые глубокой ночью горели особенно ярко. Их было трудно не заметить. На часах горели цифры: двадцать два ноль-ноль.
Мэйи прислонилась к плечу Чжи Кана и взяла его за руку. Так они просидели час, не говоря ни слова. Им не казалось, что время уходит зря. Мэйи и Чжи Кан хотели просто сидеть рядом и молчать – так они еще лучше чувствовали присутствие друг друга.
Чжи Кан выпрямился, испугавшись, что Мэйи будет неудобно на его плече, и почувствовал запах ее волос. Он не знал, что это за шампунь, но теперь понял, что в его воспоминаниях Мэйи пахнет именно так.
Часы показывали ровно двадцать три ноль-ноль. Сердце Мэйи билось все быстрее. Она чувствовала, что скоро потеряет парня, который нравился ей так сильно. И вероятно, больше никогда не сможет с ним поговорить. Мэйи пожалела, что так мало разговаривала с Чжи Каном сегодня, и теперь все, что она хотела сказать, нужно говорить в спешке.
– Чжи Кан…
– Да?
– Давай официально встречаться?
Чжи Кан вздрогнул. Мэйи это почувствовала. Она ощущала даже его сердцебиение, дыхание и, конечно же, не могла не почувствовать, как он дернулся.
– Хорошо. Мы с тобой вместе. – Чжи Кан хотел сказать что-то успокаивающее, но понял, что не очень-то умеет говорить милые вещи.
Он решил не тратить время на долгие размышления, чтобы Мэйи не подумала, что он сомневается, поэтому ответил как можно быстрее.
– Нет, такой ответ не пойдет. Слишком просто! Нужен такой, чтобы запомнить и хорошенько беречь.
Чжи Кан украдкой вздохнул. Надо было все-таки сказать что-нибудь романтичное.
– Тебе нужно хотя бы… признаться в любви!
Мозг Чжи Кана напряженно работал, подбирая правильные слова. Наконец провидение помогло ему, и в голове стала смутно вырисовываться нужная фраза. Не раздумывая, он выпалил:
– Ты мне очень нравишься. Но у меня есть только часть жизни, чтобы любить тебя. – Чжи Кан импульсивно схватил Мэйи за руку. – Я вот такой. Ты все еще хочешь быть со мной вместе?
Мэйи крепко сжала его руку. Она не сразу ответила, он и не торопил. Чжи Кан почувствовал, как слезы капают ему на предплечье.
– Хочу, – сказала Мэйи с горькой улыбкой.
На часах горели цифры: двадцать три тридцать. Теперь уже Чжи Кан заговорил:
– Если потом, ну чисто теоретически, со мной что-то случится, а ты решишь быть вместе с Ло Шао, то, если честно, я не против. Я правда не против, если это будет Ло Шао.
Мэйи изо всех сил сжала его руку и твердо сказала:
– Я не буду с ним.