Фрост Кей – Трон змей (страница 17)
– Да будет так.
Он мрачно кивнул своим людям, давая им разрешение перейти к следующему этапу допроса.
Двое стражников схватили ее за руки и сунули ее голову в отступившую от берега реку. Вода смыла кровь с ее лица, превращая женщину в живую наживку. Эвер не сопротивлялась. Она не пыталась сражаться. Она даже не начала биться в конвульсиях, когда из ее легких вышел весь воздух или когда вода вокруг нее забурлила – явный знак приближения плотоядных рыб.
В голове Аррика возникло непрошеное воспоминание о том, как Рен вжималась в решетку с выражением животного ужаса на лице. Мужчина выпал из бесстрастного уголка своего сознания, когда чувства вырвались наружу.
Паника, смешанная со злостью, волной поднялась в нем, грозя полностью поглотить его.
– Вытаскивайте ее, – холодно приказал он.
Его люди не смели оспаривать приказы своего короля. Они вытащили Эвер из воды и безжалостно швырнули обратно на мокрый каменный пол. Она принялась судорожно втягивать ртом воздух. Все ее тело тряслось, когда она села, но стоило ей поднять голову, как Аррик увидел, что в глубине ее глаз все еще горело пламя.
Она никогда не сломается.
Эта женщина молча примет свою смерть.
Недовольное шипение сорвалось с его губ, пока он смотрел на нее сверху вниз. Облава на мятежников провалилась. Ему придется найти другой способ закончить свою миссию, потому что от Эвер он не получит никакой информации.
– Мы закончили на сегодня, – прорычал он стражникам и отвернулся от камеры.
Шейн стоял и наблюдал за Арриком, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Король прошел мимо него и начал подниматься по лестнице, и мужчина тенью последовал за ним.
– Говори, – проворчал Аррик. – Я практически слышу, как ты на меня кричишь.
– Ты слишком рано велел достать ее из воды, – ответил Шейн.
– Это не так. Она все равно ничего бы нам не сказала, – холодно возразил Аррик.
Шейн схватил его за рукав, чтобы заставить остановиться, и Аррик предупреждающе рыкнул. Но друг остался невозмутим: король его никогда не пугал. Именно поэтому они так хорошо ладили.
– Военачальник, которого я знаю, позволил бы рыбам насытиться ее плотью до того, как приказал вытянуть ее из воды.
– Она не будет говорить. Не было смысла продолжать пытать ее.
– И ты все равно не сдался бы так рано, а попытался бы сломить эту женщину, – выпалил Шейн с придыханием.
– Что ты имеешь в виду?
– Твоя жена изменила тебя.
Этого он и боялся.
Аррик напрягся:
– Осторожно выбирай свои дальнейшие слова, Шейн.
– Из нас двоих не мне нужно быть осторожным. Не я один заметил, что с ее появлением ты стал слишком мягким. Просто я единственный, у кого хватает смелости напрямую сказать тебе об этом. Ты должен спать с ней, Аррик. Чтобы завести наследника. Чтобы продемонстрировать всем ваш союз. Ты не должен
Аррик мог бы прервать полную горечи речь Шейна. Мог бы велеть ему заткнуться. И хотя речь действительно была горькой – лишь глупец не заметил бы насколько, – Шейн, к сожалению, озвучил правду, от которой Аррик не мог отмахнуться или проигнорировать.
И все же…
– Я ее не люблю. – Слова по вкусу напоминали ложь.
Шейн фыркнул:
– Бога ради, да ты позволил ей притащить
– У меня все под контролем.
– Я всегда был твоим другом, – мягко продолжил Шейн. – Я связан клятвой защищать тебя даже от самого себя. Я не дам этой драконьей принцессе уничтожить тебя.
Не доверяя самому себе, Аррик промолчал. Он стряхнул с плеча руку Шейна, отвернулся и пошел прочь.
– Вспомни, что любовь сделала с твоей матерью, – крикнул Шейн ему вслед.
Неверие сковало Аррика, заставив резко остановиться. Он оглянулся через плечо:
– Да как ты смеешь?
Другу хватило совести выглядеть пристыженным, но он не стал забирать свои слова назад. Вместо этого он стоял, выпрямив плечи и высоко вскинув голову, и решительно смотрел на короля:
– Я предан
Он был прав, и они оба это знали.
Тошнотворное чувство обосновалось у Аррика в животе. Он позволил себе стать слишком уязвимым рядом с Рен. Слишком понимающим. Пытаясь порадовать – пытаясь найти компромисс между своими и ее целями, – он, как и сказал Шейн, стал слишком мягким.
Но мягкость – последнее качество, которое он мог себе позволить. В темных уголках его королевства пряталось слишком много врагов, и Аррик должен был стать крепким, как алмаз, и острым, как сталь.
Шейн прав: Аррик начинал влюбляться в Рен и подозревал, что эти чувства станут его погибелью.
Он наконец стал королем, и все его мечтания были в пределах досягаемости – лишь руку протяни. Никто не отнимет этого у него.
Даже его маленький дракон.
Глава тринадцатая. Рен
Как она до такого докатилась?
Рен никогда не чувствовала себя менее похожей на принцессу Лорна, чем в это мгновение. Она лежала на роскошной бархатной кушетке размером с кровать Аррика, ела миниатюрные верлантийские лакомства, пока вокруг нее крутились слуги с десятком бутылок вина разных сортов. Вокруг нее разместились полураздетые верлантийские придворные, которых обслуживали в той же манере.
Идея присоединиться к придворным во время ленивой послеобеденной встречи принадлежала Каллесу, который настоял на том, чтобы присоединиться к Рен на время этой операции под прикрытием, когда стало ясно, что она собирается воспользоваться его идеей. В конце концов, единственный способ узнать, что происходит в королевстве, – это прислушаться к тому, что обсуждает ее окружение.
Лейф сновал между диванами в одежде слуги, флиртовал и обменивался слухами со всеми, на кого падал его взгляд. Не было сомнений, что к концу вечера у него наберется много занятных историй и скандальных сплетен. Информация – вот в чем нуждалась Рен, чтобы начать ориентироваться при дворе темных эльфов.
Рен сделала еще один глоток из своего кубка и подавила дискомфорт, вызванный всей этой ситуацией. Она пришла сюда ради новостей. Наблюдая за тем, как прислуга буквально выпрыгивает из штанов, чтобы удовлетворить самые безумные прихоти знати, Рен порой испытывала тошноту. Но ей придется сыграть свою роль, если она хочет изменить текущий порядок вещей.
– Еще вина? – лениво протянул Каллес.
– Нет, у меня есть, – ответила она и сделала еще один маленький глоток.
Принц улыбнулся ей:
– Не думай, что я не заметил: ты уже очень долго не наполняла свой кубок. Что именно вы задумали, моя королева?
Рен послала Каллесу хитрую улыбку. Он никогда ничего не упускал.
– Я просто наслаждаюсь гостеприимностью моих придворных.
– М-хм.
Он переключил внимание на трех девушек, одетых в шифоновые платья цвета розовых лепестков. Их лица были нарумянены, глаза подведены сурьмой, а губы покраснели от выпитого вина. Рен наблюдала за принцем и женщинами, которым, без сомнения, завидовали многие дворянки. На их прекрасные тела, не стесняясь, смотрели несколько придворных.
– А когда Роддик зашел в комнату, его жена Пози лежала в кровати не только с Данилем, но еще и с рабом! – нарочито громко прошептала брюнетка, и две ее подружки – блондинка и рыженькая – ахнули, прикрыв рты руками.
– С его лучшим другом и слугой? – воскликнула блондинка, явно восхищенная услышанной историей. – Это так унизительно!
– Ох, все еще хуже. Теперь Пози собирается уйти от него, чтобы вступить в брак с Данилем. И вы помните, как на прошлой неделе я рассказывала, что это Пози владеет их состоянием? Да, наследство досталось ей от ее бедного дядюшки, который так и не смог обзавестись собственными детьми. И теперь кто-то видел, как Роддик бродил по торговому кварталу в поисках работы.
– Она оставила его ни с чем! – хихикнула рыжая.
– Так ему и надо, – сказала брюнетка, надменно сморщив носик. – Он мне никогда не нравился. Он уже много лет не был верен Пози.
Рен уставилась в свой кубок, не желая дослушивать эту историю – все-таки это была простая сплетня, и королева сама не знала, следует ли ей поддержать в этой ситуации Роддика или Пози. Но едва ли это имело значение. Рен осуждала супружескую неверность. Интересно, как сильно возмутились бы придворные, если бы она решила отдать этих двоих под суд за измену?