Фрост Кей – Чудовище (страница 30)
Библиотека.
Канделябры на стенах горели слабо, наводя на мысль, что человек в капюшоне, или кто-то еще, уже посещал эту комнату. В мерцающем свете пламени Торн различала сменяющие друг друга книжные полки. Встроенные в стены книжные шкафы уходили ввысь и окружали Торн со всех сторон. К каждому уровню были прикреплены деревянные лестницы, позволяющие добраться до всех томов в библиотеке.
– Аж до третьего этажа? – удивилась девушка.
Шаги эхом отлетали от каменных плит, пока она продвигалась все глубже в библиотеку. Торн запрокинула голову и посмотрела на круглый потолок, украшенный мозаикой с изображением рыцаря, сражающегося со страшным драконом.
Скорее всего, ей не стоило заходить сюда без спроса, но Торн не могла найти в себе сил пошевелиться.
По щеке покатилась слеза, но она смахнула ее. Может, папа и погиб, но его страсть к книгам продолжала жить в ее душе. Она будет получать удовольствие за них обоих.
Комната была построена в виде восьмиугольника, и Торн, достигнув центра, закружилась на месте, пытаясь решить, с чего начать. Ее взгляд перебегал с одной полки на другую, разглядывая каждый цветной корешок, попавшийся на глаза.
Торн склонила голову набок, с удивлением осознав, что сейчас перед ней находилось больше письменных знаний, чем ей встречалось за всю ее жизнь.
С колотящимся в груди сердцем Торн подошла к секции больших синих книг с золотым тиснением. Она провела указательным пальцем по корешкам на первой полке и расплылась в улыбке.
Она вытащила несколько книг и просмотрела их. В одной подробно описывались горы, но, немного покопавшись, она нашла несколько томов, посвященных замку, в котором она в настоящее время оставалась пленницей. Девушка сняла с полки все три книги, не веря своей удаче.
В ответ на нее уставилась зияющая дыра среди книг.
Слишком заметно.
Отложив тома, она быстро расставила оставшиеся на полках так, чтобы скрыть отсутствие нескольких. Затем Торн подобрала выбранные книги и почти на носочках вернулась к двери, чувствуя, что время на исходе. Она и так провела здесь слишком много времени.
Торн бросила последний задумчивый взгляд на библиотеку. В лучшем случае ее пребывание в библиотеке останется незамеченным. Ей даже удастся лечь спать в компании книг, которых никто не хватится. Нечитанных и нетронутых кем-то, кроме нее.
Впервые за долгое время она добровольно покинула комнату, полную книг. Если она будет осторожна, то сможет вернуться и взять еще. В конце концов, ее похититель, вероятно, даже не догадывается о ее умении читать. Разве кто-то будет ожидать от нее такого интереса к книгам?
– Никто такого не ожидает, – вполголоса произнесла Торн, в крайней степени довольная своим открытием.
Она прижала книги к груди, и, как только вернулась к собственной постели, усталость снова навалилась на нее. Торн сдвинула комод, подперев дверь, а затем спрятала книги под матрас.
Наконец, раздевшись, она бросила грязное платье на ближайший стул, умылась, осмотрела комнату, а затем взяла уже знакомый канделябр в целях самозащиты. Торн забралась в постель и улыбнулся, впервые за последние недели почувствовав прилив оптимизма.
Глава двадцать шестая
Утро наступило слишком рано, а вместе с ним и приказ явиться к хозяину.
Что сегодня могло ему понадобиться?
Когда Торн вошла в кабинет своего похитителя, то увидела его сидящим в дальнем конце комнаты. Низко склонив голову и опустив плечи, он читал какие-то документы. Мужчина не сказал ни слова, даже когда она закрыла за собой дверь.
Девушка осмотрела комнату, несколько удивленная тем, что та была совсем в другом состоянии по сравнению с комнатами, в которых ей приходилось убираться. Вокруг царила безупречная чистота. Хотя для него было бы странно работать среди грязи и обломков. Может быть, слуги держали в чистоте только те комнаты, которыми пользовались?
Она еще раз оглядела комнату.
Письменный стол отличался таким же огромным размером, как и сам хозяин. Под стать им также был и стул с резной спинкой, на котором сидел мужчина. Вдоль левой стены протянулось несколько книжных полок. Справа находился камин, в данный момент не разожженный, несмотря на стоящий в комнате холод.
Торн вздрогнула. День был ясный: круглое окно за спиной человека в капюшоне сверкало на солнце и пропускало лучи света, из-за которых его черный плащ казался темно-серым. Но в помещении все равно было очень холодно. На мгновение она задалась вопросом, почему ее похититель не разведет огонь, но потом поняла, что если бы ее тоже укутывал плащ размером с несколько занавесок, она бы точно не мерзла.
Торн прошла вперед и встала перед его столом.
Он перестал писать и, не поднимая головы, указал на переполненную коробку с бумагами, стоявшую на краю стола.
– Положи их в сундук, – сухо произнес он. – У двери.
Торн послушно взяла бумаги, привела их в порядок и отнесла к обтянутому кожей и стоящему справа от двери сундуку размером с нее саму.
Она открыла сундук и начала аккуратно складывать бумаги внутрь.
– Ты умеешь читать? – спросил мужчина.
Кровь в венах застыла от дурного предчувствия. Он узнал, что она взяла его книги?
– Нет, – солгала Торн. – Боюсь, меня этому никогда не учили.
Он хмыкнул и замолчал.
Девушка медленно выдохнула и закончила задание, закрыв сундук. Такая ложь давалась легко. У бедной девушки из простой деревни обычно нет возможности освоить этот навык. У него не может быть причин подвергать сомнению сказанное.
Торн вернулась к столу. Капюшон мужчины опустился еще ниже, когда он поднял документ, изучил его, а затем, положив, снова взялся за перо. Знакомый скрип пера по пергаменту разнесся в тишине, повисшей между ними. Она покачивалась с пятки на носок.
– Мой дворецкий скоро принесет чай, – в конце концов сказал он. – Ты будешь его подавать.
Торн просто кивнула. В чае нет ничего сложного. После их последних взаимодействий она была рада заняться чем-то настолько простым.
Несколько мгновений спустя дворецкий действительно вошел в кабинет с серебряным подносом в руках. На нем стоял керамический чайник и тарелка с выпечкой. Глаза Торн широко распахнулись при виде мучных сладостей. Она пробовала их всего несколько раз в жизни, будучи совсем маленькой, когда папа все еще был жив, а в семье пока еще водились деньги.
Но Торн скрыла свое желание попробовать деликатесы, даже когда теплый аромат ванили, сахара и свежей выпечки ударил в нос. Она молча взяла поднос у дворецкого.
– Спасибо, Дариус, – ответил мастер.
Значит, похититель не лишен хороших манер, просто они не распространялись на нее.
Она кивнула дворецкому, но в ответ он только скривился и вышел из комнаты.
Грубо.
Торн и раньше подавала чай в борделе, поэтому она знала, что лучше не ставить поднос прямо на стол, за которым работал человек в капюшоне. Между двумя книжными шкафами располагался маленький столик, поэтому она поставила свою ношу туда. Аккуратно наливая чай в чашку, Торн почувствовала ароматные нотки лимона и жасмина в заварке, даже близко не свойственные хеймсерианскому чаю.
Что за человек ее похититель? В нем чувствовалась царственность, но разве высокородные стали бы жить в подобном месте?
Ей не давала покоя эта загадка.
Не высказывая вслух свои тревоги, девушка спросила:
– Хочешь молока? Сахара?
Он отвлекся от своего занятия. Каким-то образом она почувствовала, что ему не хотелось отвечать.
– Две ложки сахара, без молока, – в конце концов ответил он.
Торн пришлось отвернуться, чтобы скрыть свою улыбку.
Чай с сахаром и блюдо с выпечкой? Да он сладкоежка. Такое определенно не соответствовало его образу и даже немного его очеловечивало. Она мысленно себя одернула.
Она добавила в чай сахар, размешала ароматную смесь и протянула чашку с блюдцем мужчине. Он взял их без комментариев, и девушка повернулась к выпечке. Торн взяла лакомство с начинкой из джема, посыпанное сахаром, которое она выбрала бы для себя, будь у нее такая возможность, и, положив его на маленькую тарелочку, протянула мужчине.
Он отодвинул в сторону документы, освободив место для тарелки.
– Спасибо, – сказал он низко и тихо.
Она моргнула.