Фролов Сергей – Стекловата (страница 65)
- А чего ж ты мне мозги компостировал!
Было видно, что он уже давно на взводе. То, что приходило по рации, не нравилось ему всё больше и больше.
Он прошептал в гарнитуру:
- Поднимайте дроны.
Ржавый и его охранники сместились за броню трейлера, увлекая за собой и нас.
Удаляясь, он сказал громко:
- Генерал, пусть тащат сюда Уборщицу, тогда продолжим разговор.
Я кое-что понял, и мне это не понравилось. Я громко, чтобы все слышали, спросил у Ржавого:
- Что значит - поднимай дроны?
Охранник пнул меня прикладом.
- Ты чё орёшь, придурок!
Я, потеряв дыхание, прохрипел:
- Просто интересно.
Генерал тут же сообщил Святому по рации новость и скрылся за кабиной первого камаза.
В эфир ушло тихое и лаконичное сообщение:
- Дроны в воздухе.
Ржавый посмотрел на нас и отрезал:
- Заткнитесь.
В рацию же отдал какую-то команду, я не расслышал.
Все высыпавшие на землю при переговорах Пилоновцы попрыгали в свои бронетранспортёры. И боевые машины стали разъезжаться.
Я сидел в отсеке трейлера внешников, передо мной - лицо Богомола. Он внимательно смотрел мне в глаза и ничего не говорил. На всякий случай подавил его небольшим, точечным применением дара. Если он сильный ментат, то нечего копаться в моей голове. Там слишком много секретной для института или кого бы то ни было информации.
Его глаза и так немного навыкат. Выпучились ещё сильнее. Он оказался не в своей среде, как рыбка, выброшенная на берег. Непривычно лишиться вмиг всей своей силы.
Над головой послышался клёкот дронов. Мы отъехали не далеко.
Дальше произошло странное. И это был второй сюрприз для Богомола, Ржавого и остальных.
Дроны вместо того, чтобы атаковать колонну Генерала, неожиданно сделали манёвр и ударили по машинам Пилона.
Грохот взрывов, шипение ракет и свист скорострельных пулемётов внешников наполнили воздух вокруг. В рации послышался мат и крики гибнущих гвардейцев Вальжана.
Нашу машину не трогали. Но бронекорпус содрогался от взрывов. В довершение ко всему, я решил сжечь им всю электронику и активировал на пару секунд сферу черноты. За одно и вытащил в этот момент руки из наручников. Македонский, увидев такие замечательные свойства сферы, не преминул воспользоваться возможностью и тоже освободился. Для его товарищей мне пришлось повторить двухсекундную черноту.
Вчетвером навалились на замешкавшегося Богомола и Ржавого. Офицеры у Генерала были подготовленные. Так что Ржавый вскоре сам оказался пристёгнутым за руки и за ноги. А вот Богомол оказался весьма прытким типом. Открыл задний люк и выскользнул через шлюз, прямо из наших объятий, как скользкая рыбка из рук мальчишки.
Заглохший трейлер стоял. Высовываться было опасно. Бой шёл вовсю. Из люка разобрать, что происходит, было невозможно. Пара дронов, валялись на земле. Горело несколько бронетранспортёров. Мониторы зияли чернотой. Стреляли со всех сторон. Колонна Генерала, скинув разгорающиеся дымы, удалялась задним ходом из узкого прохода свалки, обратно на поле, ближе к лагерю Святого. Заглохших и повреждённых машин я не заметил.
Пилоновцы двигались по трассе в противоположную сторону, к своему стабу. Непрерывно отстреливаясь от наседающих дронов. У них потери были. Почти половина техники чадила чёрным дымом, на тех местах, где и стояла в засаде. Вспыхнули и горы мусора. Пластик, даже мокрый, горел превосходно, только сизого дыма было больше. Вскоре стена огня и дыма отделила меня от Алёны.
Македонский с товарищами захватил наш транспорт, отправив мехвода в компанию к Ржавому.
Тракторист занял водительское место и развернул бронемашину вслед за машинами Генерала. Пройдя стену огня и дыма на разгоревшейся мусорке, мы увидели, что колонна лишь успела перестроиться и сейчас, уже кабинами вперёд, мчалась в сторону лагеря Святого.
Жаль, рации не работали. Я достал из рюкзака запасную тельняшку и привязал её к стволу автомата. Залез на место оператора турели, открыл технический лючок и высунул столь своеобразный флаг наружу.
Вовремя. Как мне потом сказали, нас приняли за преследователей и уже думали, чем бы нас аккуратно накрыть.
Мой флаг нас спас. Наши притормозили, и мы заняли место замыкающей машины.
Ехать пришлось недолго. Неожиданно колонна начала манёвр - "перевёрнутый вопросительный знак". Я мог объяснить это только тем, что с камер дронов, преследовавших остатки воинства Ржавого, поступила новая информация. Ах, жаль, связи нет, узнать бы, что случилось!
Свалка уже горела во всю. Огонь, образуя смерчи, закручивался и таял в искажённом от горячего воздуха небе. Волны жара прокатывались по пожухлой траве, неся чёрные, тлеющие ошмётки. Дальше, когда взметнувшийся к небесам пепел остывал, он сыпался на ближний лес и поля. Покрывая их странным, сизым ковром.
Проехать сквозь этот ад, не представлялось никакой возможности. Мы встали неподалёку. И я перешёл в машину Алёнки.
Пара лёгких джипов разъехалась в стороны – наверное, искали объезд.
За рулём был Мук. Алёна обняла меня и чмокнула. Но я был притворно холоден. Внимательно посмотрел на девушку, потом на Мука.
- Что это вы вдвоём тут воркуете. Знаю я этого корявого, только отвернёшься... Потом будут спрашивать: "Чёй-та у тя дети такие низкорослыя, сам-та, вроде высокий".
Мы все рассмеялись, и я снова обнял и поцеловал Алёнку.
Нашу идиллию прервал вызов по рации:
- Это Генерал, всем внимание! Сейчас пришла информация с радаров Святого. Они засекли приближение большого количества низколетящих крылатых ракет в нашем направлении. Всем рассредоточится, покинуть транспорт и залечь в укрытия.
Я с Алёной кинулся под свод ближайшего негустого леска.
В Пилоне было жарковато, К Вальжану пришло подкрепление в виде вернувшихся ни с чем остатков гвардии на шести БТРах и двух новеньких БМП-3 с тридцатимиллиметровыми автопушками 2А72. Они ворвались в город и палили во все стороны. Повстанцы, видя неравенство сил и провал своих планов, в отчаянии, пытались покинуть город. Кто по верёвкам, кто по самодельным лестницам спускались по скользким, позеленевших от времени бетонным блокам. Высота была приличная, метров семь. Бой в городе практически и не шёл. Загнанные справа и слева от ворот на стены, повстанцы, кто как мог, покидал стаб, спасаясь от мести разъярённых властителей, пригибаясь за выступ стены от летящих снизу пуль. Несколько отчаянных держали подъём на стену, не давая Вальжановским церберам подняться наверх. Неожиданно к защите проходов присоединились три оставшихся дрона с пулемётами. Остальные носители бомб и ракет сделали над стабом круг почёта и удалились, они были пустые. Эта атака позволила остаткам мятежников покинуть стены и добежать до спасительной темноты. Дроны долго не продержались. Их искорёженные крупнокалиберными пулями остовы рухнули на неизменный бетон Пилоновских улиц. Гвардейцы ворвались на стены и ещё некоторое время били вниз, в темноту. Люди рассеялись и потихоньку пробирались на север, к болоту, в надежде выйти там на отряд Генерала. Другие подались в сторону Хрущёвки.
Мы с Алёной залегли в лесу, на миг мне показалось, что настала гробовая тишина. Сначала глаза увидели сквозь голые ветви деревьев, что над нами промелькнули несколько чёрных росчерков, сзади ширился широкий инверсионный след. А потом по земле ударила волна от преодоления звукового барьера. От такого удара могли лопнуть ушные перепонки и глазные яблоки. Форсаж на малых высотах применяли лётчики сверхзвуковых истребителей, над вражескими позициями, даже когда заканчивались боеприпасы.
Сейчас ударная волна лишь коснулась нас краем. Тысячи веточек и палочек сорвались с кроны возвышающейся над нами громадной ивы. И эта шрапнель активировала мою защитную сферу.
Алёна, оказавшись в царстве цифр, таблиц и столбцов - замерла.
- Сколько тут всего! - восторженно сказала она.
- Смотри, эти цифирки теперь зелёные, а раньше были жёлтыми, значит я могу их менять.
- Я ничего не вижу. Но ты забыла про поце...
Договорить я не успел. Алёна была верна традициям. Потом вернулась к своему миру.
- Ладно. Что вот это, ага, понятно. А это.
- Я буду выходить из черноты.
- Погоди ещё немножечко, тут так интересно. О! Круто! Это параметры погоды над кластером. Неужели ты этого ничего не видишь?
Сквозь лес я видел, как ударный фронт помчался дальше, сбил пламя помойки, и сейчас она тлела, извергая громадные клубы непрозрачного, густого дыма. Сейчас должно полыхнуть снова. Мне в голову пришла интересная мысль.
- Нет, не вижу. Алён, а ты ливень можешь вызвать?
- Могу, да вот. Максимальная концентрация воды, время, высота облаков и так далее...
- Тогда давай, прямо сейчас, пусть свалку зальёт, пока нет открытого пламени.
- Пожалуйста.
Наверное, Алёна с чем-то там переборщила. Прямо над кластером сгустились свинцово-чёрные тучи, по границам ударили молнии, и секунд через пять до нас докатился оглушающий гром.
В это же время мы все увидели, как на горизонте, над тем местом, где был Пилон, раздуваются громадные фиолетовые полусферы. Расширяясь, они теряли интенсивность свечения и исчезали.
Потом ливануло, как из ведра. Капли с шипением врезались в красные, дымящие угли. Пепел и сажа густыми ручьями устремились под склон, в сторону болота. Повалил густой, белый пар, прижимаемый к земле, обрушивающимися водяными шквалами. Так же быстро, как и начался, дождь ослаб, и вскоре тучи растаяли. Кромешная тьма расступилась, явив нам свободный путь к стабу.