Фролов Сергей – Стекловата (страница 45)

Я ехал во втором грузовике, вслед за командирским "круизёром". За рулём нашего Камаза сидел Святой, рядом с ним - Кирпич. Кирпича вытащили из когтей муров, вместе с другими пленниками, наши друзья, стронги. Это было в ту ночь, когда мы так удачно разбомбили внешников их же дронами, снаряжёнными тогда противоскребберными бомбами. Кирпич ещё совсем недавно был одним из подчинённых Генерала, простым солдатом. Его вместе с Алёной и Медсестрой привезли в Муравейник из Рынска при прошлой его перезагрузке. Даром его стала невероятно быстрая регенерация, оттого он был неутомим при погрузке. Только жрал потом за двоих, да и живец поглощал в повышенных количествах. Дар Кирпича был пассивным, то есть работал всегда и не отключался принудительно; правда, он мог, по желанию, ускорять его ещё сильнее на короткое время. Меня эта проблема тоже беспокоила.

Так мы ехали, не торопясь обсуждая все эти премудрости и хитросплетения даров Улья и политики. Как известно, после принятия мною белой жемчужины, знахарь определил мой второй дар. Он как бы стал лишь гранью основного, некой его слабой степенью. Я мог дистанционно заглушать дары других иммунных и развитых заражённых. При этом основной дар частично тоже стал пассивным. Этим знахарь объяснил мои повышенные требования к потреблению живца. Вокруг меня постоянно висела сфера-детектор. Как только ко мне что-либо приближалось со стремительной скоростью, я автоматически уходил в черноту, пока опасность не проносилась сквозь меня.

Была мысль осесть и присоединиться к их поселению. Но пробыв в городке всего один день, я понял, что эта жизнь не моя.

Святой соглашался со мной. Кирпич, как и все Рынские , остался с Генералом, не пожелавшим ложиться под Союз. Их воодушевила идея Генерала о кочевом поселении. И далёкая мечта, в виде "картонной принцессы" - своего стаба на месте Муравейника. Все работали на эту мечту. Готовились к рейду на Грязь. Сам Богомол поддержал эту идею. И, уехав в дипломатический вояж по всем остальным четырём стабам Союза, заверил, что совместной атакой сил Союза и трофейными дронами с противоскребберными бомбами от группы Генерала плюс запасами вооружения из перезагружающегося Рынска, в который теперь есть доступ, можно потягаться с внешниками, оттеснить их ещё севернее. И, наконец, полностью покончить с мурами.

Стоял вопрос и о территории кочевья Гарроша. Что там за ней? Никто точно не знал - белое пятно на карте. Кого сдерживали эти монстры? Первые рейдеры уже ушли туда на разведку. По косвенным уликам можно было судить, что там, гипотетически, могли быть Атомиты. Ребята похуже внешников, уничтожающие всё живое при первой же возможности. В трофеях группы Генерала, которая положила костяк орды, обнаружились радспораны. Они могли сформироваться только в телах облучённых заражённых. Хотя процент их был невелик, менее тысячной доли. Это говорило о том, что на западе к орде Гарроша присоединялись такие заражённые. Встало очень много вопросов.

Вот и сейчас мы ехали мимо поля с катушками сена. Значит, рядом может быть ферма, скот. Пища для заражённых. Кто теперь будет отжираться на этих бычках?

Остановились на дозаправку.

Заодно решил позавтракать. Вскрыл фольговую банку заливного с овощами и свининой. Из овощей увидел лишь пятаки варёной моркови, мясо было представлено небольшим комочком. Всё остальное пространство занимало желе. Жаль, иногда в этих банках бывает погуще. На спиртовой таблетке подогрел кружку с водой, всыпал кофе из сухпая. Паршивый, но, за неимением лучшего, сойдёт.

Когда заправщик был уже в конце колонны, оставил немного кофе на запивку и намутил себе "горох". Погасил кислоту содой. Отцедил непрореагировавшие компоненты, выпил противную жидкость. Запил живцом, потом допил кофе с галетой. Отошёл отлить. Отлил.

Далёкие катушки сена здесь закончились, и пошло поле с неубранной капустой. Прямо напротив меня лежали последние, сложенные в пирамиды и накрытые чёрной плёнкой, тысячи этих катушек. Четыре пирамиды образовывали квадрат, рядом был начат новый, рядом стояла брошенная техника. Ну что ж, надо дары тренировать - жахну-ка я подавлением по этим пирамидам, силушку чувствую неимоверную, надо дать ей выход. И я, мысленно выделив этот кусок поля, накрыл его.

То, что произошло потом, трудно поддаётся описанию. На вершине одной из пирамид сидела, как каменная горгулья на Соборе Парижской Богоматери, чёрная, громадная тварь. Это её талант, как зонтик, накрыл пирамиды из сена и тварей, затаившихся между ними. Самая низкая из них была не меньше топтуна. Все они были в низком старте и лишь ждали приказа своего лидера.

В колонне заметили засаду. Элита обнаружила, что её дар больше не действует, и сорвалась, увлекая за собой свору.

В колонне народ побросал еду и схватившись за стволы начал стрелять по приближающимся заражённым. Какие-то машины свернули в поле и там благополучно застряли, кто-то помчался по дороге вперёд. Началась паника.

Бронированные монстры ворвались в ряд грузовиков и начали рвать металл кабин и вырывать оттуда людей. Всё смешалось. Я примчался к машине Генерала. Тот отчаянно пытался навести порядок и перейти к организованной обороне.

Генерал орал в рацию:

- Солдат! Солдат!

- На связи!

- Ты в тягаче?

- Да, в последнем.

- Руля влево и сдай назад, чтобы из БМД на платформе можно было простреливать колонну вдоль. Потом прыгай в башню и бей по гадам.

- Вас понял! Выполняю!

Я увидел, что последняя машина выкатилась задом на поле и ушла в грязь по самые мосты. Маленькая точка Солдата перескочила в БМД. И вовремя. Топливозаправщик проскочил по освободившейся полосе и помчался в сторону Рынска, весь облепленный маленькими фигурками прицепившихся к нему, запаниковавших рейдеров. Те твари, которые пытались преследовать там людей, попали под штыковой огонь автопушки БМД. Самые хитрые заражённые перешли на другую сторону колонны и скрылись от огня Солдата.

Генерал тем временем не прекращал кричать в рацию. Средняя часть колонны была потеряна, а вот головная и задняя - отчаянно сопротивлялись.

Метрах в пятидесяти от нас работал Утёс с пикапа; гильзы звенели по асфальту; Антиквар, окутанный паром и дымом, чётко, короткими очередями, упокаивал очередного руббера или топтуна. На площадке, позади, топтался Кирпич с запасными стволами и Святой с лентами двенадцатимиллиметровых маленьких снарядов на вытянутых руках. Ещё какой-то усатый мужик в танковом шлеме и костюме химзащиты профессиональными движениями вскрывал ещё один цинк с боеприпасами. Водила из стаба развернул машину поперёк дороги и поочерёдно выезжая то на одну, то на другую сторону дороги, давал Антиквару доступ к новым целям.

Под перекрёстным огнём крупняка свора таяла на глазах. Получив за минуту потери в девяносто процентов, твари бросились прочь, обратно к пирамидам под чёрной плёнкой. Там их настигали безжалостные очереди и из середины колонны, где, наконец, ожила ещё одна автопушка второй БМД.

Неожиданно, прямо из воздуха, перед пикапом материализовалась Горгулья. И одним страшным ударом отправила Антиквара в последний полёт. Утёс, сорванный со станка, вместе с лентой отлетел в сторону Кирпича и, чуть не пришибив последнего, впечатался в землю. Раскалённый ствол зашипел в луже.

Элита тут же исчезла. Остатки своры воспряли и ринулись обратно к колонне. А Горгулья была уже там. Башенка бронемашины была оторвана, несчастный стрелок отправился под ноги топтунов, и те за несколько секунд растерзали беспомощное тельце. Солдат что-то понял и выскочил из своей БМД на платформе тягача. Помчался на другую сторону дороги. И вовремя! Элита была уже у тягача. Её блестящий чёрный панцирь возник перед бронемашиной. Горгулья не была дурой и понимала, что угроза в человеке, а не в железке. Я не знал, что делать, как помочь Солдату. Но продлить его жизнь мог попытаться. Тварь могла исчезнуть в любой момент, и я ударил по ней подавлением. И она не исчезла. Было видно, как она мчится за Солдатом в придорожную аллею молодых берёз.

- Ну! Кто-нибудь! Стреляйте!

Генерал тщетно пытался докричаться до экипажа третьей нашей брони - БРДМ. Но они как молчали с самого начала боя, так и молчали. Скорее всего, экипаж не успел добежать до своего тягача.

- Аа-аргх!

Кто-то заорал совсем рядом - это Кирпич менял ствол на валявшемся рядом "Утёсе". От его ладоней повалил дым. Запахло палёным мясом. Он попытался направить двухпудовую автопушку в сторону Солдата, но лишь слёзы бессилия выступили на его глазах. Святой добавил ленту и попытался помочь Кирпичу, но и вдвоём им удалось лишь нажать на гашетку; после короткой очереди, ушедшей в небо, оба улетели с криками отчаяния и боли в грязь.

Солдат мансил между берёз, элитник сносил их направо и налево, и те улетали, вместе с корнями и дёрном, то в поле, то на дорогу. Жить Солдату оставалось не более нескольких секунд.

И тут справа я услышал незнакомый голос:

- Дай-ка мне!

Усатый, невысокий мужик в такновом шлеме и немного разодранной химзащите, из под которой выглядывал бледно-жёлтый бушлат.

- Гыыть!

Уверенно взял в руки Утёс. Немного подсел на одну ногу, упёр его в пресс и так, держа на весу, втопил.

Короткие очереди пытались увести ствол в небо, но сила мужичка не давала это сделать. Очереди были невероятно точны. Лишь первой, пристрелочной, усатый танкист, так я его прозвал про себя, промазал. Больше промахов не было. Второй очередью Горгулье перерубило ноги. Третьей разворотило грудные пластины. Четвёртая и пятая партия бронебойно-зажигательных снарядов превратила тело элитника, лишившегося брони, в безжизненную груду вонючего мяса, костей и пластин.