Фролов Сергей – Стекловата (страница 17)

Человек что-то кричал, но я не мог разобрать приглушенные противогазом слова.

Так быстро я, наверное, не бегал никогда в жизни. Но уже понимал, что не успеваю. Спасительный "серп" щели люка таял. Я мысленно дорисовал палочку. Получилась буква "Р" - растущая. Должна расти, а она уменьшается - непорядок. Вместо всей прожитой жизни промелькнула совершено глупая мысль. Должно быть, потому, что я и так ничего не помню из "той" жизни. Но эта мысль показалась мне ещё более глупой.

Человек за люком сорвал противогаз и снова закричал:

- Справа поворот – туда!

Я среагировал. Люк окончательно закрылся, щелчок, и вновь наступила кромешная мгла. Я выбросил вправо руку. Ладонь тёрлась о бетон, но метров через двадцать бега провалилась в пустоту. Я бросил туда своё тело. Узкий проход. На ощупь побежал дальше. По стенам толстенные кабели, от пола до потолка. И на потолке тоже. Пробежав шагов тридцать, я упёрся в глухую стену. Все кабели уходили в неё. А вот мне уйти было некуда.

Монстр тоже достиг ответвления. Влезть в него, как я, он не мог. Его красные глаза по очереди светили в коридорчик. По всему понятно, что он прекрасно меня видел. А вот достать пока не мог. В бессильной ярости Элитник начал рвать бетон на углах, но это оказалось бесполезным, всё же эта постройка должна была выдерживать прямое попадание ядерного заряда.

Поняв, что временно я в относительной безопасности, решил пораскинуть мозгами, по поводу своего спасения. "Король монстров" тоже времени даром не терял. Несколько раз прошёлся по ловушке. Поломился во входной люк, потом в противоположный. Снова поскрёбся ко мне.

Не знаю, на сколько секунд у меня осталось дара. Первый люк был толщиной метра четыре. Посижу пока здесь, попью живчика, подожду, пока дар восстановится получше. К утру, думаю, откатит на полную. Только вот как в темноте не потерять чувства времени? И потом, надо выждать, когда охотник уйдёт. Надо ломиться в ближний люк и проскочить. А он сволочь, устроился перед моим коридорчиком и сидит, смотрит.

Продолжалось это недолго. Громадная лапа поддела серпами когтей пучок толстых кабелей. Отодрала от стены в моём убежище и с силой рванула на себя. Я вжался в противоположную стену. Провода лопнули и отстрелили в тоннель. Меня лишь осыпало кусочками бетона из оторванных крепежей. Прорычав, монстр всунул в узкий проход свой костяной нос и с шумом втянул воздух. Теперь провода были схвачены уже с двух сторон. Мощнейший рывок, искры и пыль. Свист лопнувших силовых кабелей. Видно, что-то было под напряжением. Я опять чудом уцелел. Тварь с остервенением скомкала тяжёлые медные провода в комок и зашвырнула их в моё убежище. Тут уже у меня не было шансов, и я коротко выдохнул и затаил дыхание. Настала спасительная чернота. Двухпудовый ком влепился в стену за моей спиной, замкнул оборванные провода; посыпались искры. Гул, похожий на звук электросварки, эхом ушёл в туннель. Новая вспышка осветила пространство, это тварь вырвала последние провода с потолка. Всё уже было в сизом дыму. Я вышел из черноты и тут же получил контузящий удар в правую часть груди и в плечо. Меня прибило к стене вторым "снежком" из проводов, что были сорваны с потолка. Как я не догадался! Коварная гадина! Моё тело сползло на первый дымящийся комок проводов. Вещмешок оказался на голове, его содержимое посыпалось мне на живот. Удар вышиб воздух из лёгких, вдохнул я уже едкий дым. От боли сознание "поплыло". Больше боеприпасов у элитника пока не было. Остатками сознания я понимал, что это ненадолго. Наверняка, в тоннеле есть еще какие-нибудь метательные "снаряды". Метрах в двух от моих вытянутых ног, во мраке, по полу проскребла лапа чудовища. Я поджал ноги.

По звуку я понял, что элитник, видя успех своей тактики, обшаривает тоннель. Звук скрежета о бетон немного удалился.

Мысли пронеслись вихрем. Меня предали, использовали как наживку, чтобы заманить тварь в ловушку и иметь возможность выйти на поверхность. С другой стороны, человек снял противогаз и тем самым себя погубил, чтобы дать мне шанс на спасение. Не знаю, всё так сложно... Руки тем временем инстинктивно засовывали в вещмешок рассыпавшееся имущество. В ладонь легла коробочка от "Паркера". Спек! Сильный стимулятор, крайние случаи... Точно. Как в трансе, как сёрфер на вершине волны я начал действовать. Шприц в кулак, большой палец на поршень. Удар иглой прямо сквозь ткань брюк в бедро. Так, я видел, делали в фильмах раненым. Игла вошла, я медленно начал вводить оранжевую жидкость. Шприц в сторону. Первое, что я почувствовал, ощущение всемогущества, отсутствие страха. Зрение высветило стены моего убежища и тоннель, слух максимально обострился. Чудовище скребёт метрах в двадцати у первого входа. Я пулей сорвался с места и устремился к противоположному люку. Элитнику тяжело дался разворот на сто восемьдесят градусов. Моя скорость была невероятна, я активировал дар и проскочил сквозь стальной люк. Сзади послышался гулкий, отчаянный удар в сталь. Дар закончился, всего две секунды его было, но мне этого хватило. Я был на другой стороне. Если бы не спек, меня бы вырубило. Но оранжевая жидкость меня поддерживала. Люди в противогазах остолбенели, глядя на меня, вывалившегося, как будто из воздуха. Мои движения были, видимо, столь быстры, что силуэт слегка размывало. Я мог понять их удивление. Замер.

- Здравствуйте.

Не нашёлся я, что можно ещё сказать.

- Пп..ривет,- сказал военный в противогазе и протянул мне руку для рукопожатия.

Я пожал его руку. Это как бы убедило всех, что я не призрак.

Со мной по очереди поздоровались все остальные.

- Стариков,- последним протянул мне руку человек без противогаза.

Сквозь толщу стального люка чуть слышно доносились отчаянные удары монстра.

Я сунул руку в карман и протянул ему чёрный шарик. И сказал.

- Спасибо, что сказали про коридор справа. Вот, для вас нёс.

Полковник оглядел присутствующих торжествующим взглядом и кинул в рот жемчужину.

- Спасибо тебе!

По всей видимости, действие спека прошло, и я быстро "поплыл". Меня подхватили и потащили в комнату отдыха, где уложили на диван. Там я окончательно вырубился. По дороге были ещё и какие-то вопросы про мой дар. Про то, почему я так быстро двигался и как я прошёл сквозь люк. Но ничего, кроме нечленораздельного мычания, добиться от меня не смогли.

Спустя несколько часов, когда на поверхности уже забрезжил рассвет, небо прояснилось; приморозило. Трупы и лохмотья слегка затвердели и покрылись инеем; откуда-то принесло ветром густую снежную крупу. Она, подгоняемая северным ветром, налипала на все выступы и скапливалась в углублениях. Мир стал белым и холодным. Полковник оторвался от мониторов. Серьёзных заражённых видно не было.

- Чёрти что твориться с погодой, никогда такого не видел.

Но это была не самая серьёзная проблема, что стояла перед Стариковым.

Основной вход в бункер погребён под бетонными обломками. В запасном входе заперт элитник. Помещение разгерметизировано. Все в противогазах. Но это спасёт не надолго. Наверху полно жемчуга, но туда теперь не попасть. Одна надежда на Калину, каким-то образом ходящего сквозь стены. Но он очень плохо выглядит и так и не приходит в себя.

- Товарищ полковник, разрешите обратиться? – оператор радарной установки вошёл в комнату.

- Обращайся,- в задумчивостиответил Стариков.

-Мы уже без воды всю ночь. Дальше будет всё ещё хуже. Что будем делать?

- Надо пробираться на поверхность, вам жемчуг наковырять.

- Тут у гражданского четыре куска пластита в рюкзаке нашли. Можем попробовать открыть основной люк и подорвать завалы.

- Дело говоришь. Куски то большие?

- Грамм по двести пятьдесят. А спец по взрывчатке у нас есть.

Полковник встал и пошёл в сторону "парадного" входа.

- Знаю. Зови Смирнова. Да и всех собирай.

Электропривод натужно загудел и откатил в сторону громадную шестерню железобетонной двери. Освещение померкло, мощность была слишком велика для скромных возможностей резервного генератора. Все прошли в шлюзовую камеру. Второй люк на поверхность пришлось открывать ручным приводом. Крутили долго, со скрипом и кровавыми мозолями. Наконец, к свету фонарей добавился скромный и тусклый свет с поверхности. Повеяло холодом.

- Всё не так уж плохо, резюмировал Смирнов, осматривая куски крупного бетонного крошева, соединённого гнутыми, ржавыми арматуринами.

Меня разбудил взрыв. В ушах запищало, и писк этот не проходил. Я спросонья не понял, что произошло. Подскочил и куда-то побежал. Вскоре наткнулся на таких же, слегка контуженных военных в противогазах. Жестами они мне показали, что всё в порядке, беспокоиться не стоит. Из одного коридора повалил густой белый дым. Мне протянули противогаз. Я взял его в районе ушей, большими пальцами растянул и поднёс к лицу. Нажал подбородком на низ маски и быстро натянул на лицо. Резина с щелчком замкнулась на моей голове, даже без складок получилось. Так что понюхать, чем пахнет "язык" белого дыма с пылью у меня не получилось. А шлейф как раз нас поглотил. Я стоял как будто в молоке. Затем на ощупь вернулся в комнату отдыха, забрал свой полегчавший вещмешок и автомат с пистолетом. Что-то загудело и белая пыль стала втягиваться в окошки витых оцинкованных труб вентиляции, что висели в коридорах под самым потолком. Стало возможно что-то разглядеть. Офицеры выстроились в цепочку и передавали друг-другу куски камня. Их складывали в комнаты в углы и вообще всюду, где было свободное место. Я присоединился к работе. Спустя часа четыре работы приостановили. Образовался небольшой лаз, в который с лёгкостью мог пролезть любой из нас. Полковник, работавший в первых рядах, заматерился, раздались звуки автоматных очередей. Остатки заражённых, возбуждённые звуком взрыва, уже подтянулись к "бастиону". Стариков чуть не угодил под когти лотерейщика. Спешно выбирались на помощь к обложенному со всех сторон полковнику. К первым очередям добавились ещё, и ещё, и ещё. Дошла очередь и до меня, я протискивался на поверхность, вслед за рифлёными подошвами берцев с надписью "фараон". Свет ударил в глаза. Для лучшего обзора сорвал опротивевший противогаз. Пыль с его поверхности повисла в воздухе. Я чихнул. Выбрал цель и открыл огонь. Неугомонный топтун словил десятка два пуль, пока не упал. Я чихнул ещё раз, так как происходил из породы "дважды чихающих" и никогда не чихал один раз. Последнему, вылезшему из бункера, пострелять не довелось, заражённые кончились. Вспотевшее под маской лицо неприятно обжигал холодный северный ветер, снежная крупа сыпалась за ворот бушлата. Стариков начал отдавать какие-то приказы. Народ рассыпался, стали искать трупы развитых заражённых. В этой мешанине тяжело было что-то найти. Я разгребал замерзшими пальцами кашу из снега и листьев, осматривал исковерканные тела. И мне первому удалось заметить характерную костяную броню руббера. К сожалению, жемчуга в нём не оказалось. Вскоре ветер и снег прекратились. А осеннее солнышко минут за пятнадцать растопило всю насыпавшуюся снежную крупу и начало пригревать сквозь одежду. Мороз и ветер ночью посбивали почти все листья с деревьев. Теперь те стояли чёрными остовами на фоне яркого, синего осеннего неба. А листва, жёлтым ковром, покрыла всю землю. Я бродил среди трупов, засыпанных мокрыми листьями.