Фридрих Шиллер – Духовидец. Гений. Абеллино, великий разбойник (страница 128)

Глава четвертая

ФИАЛКА

Читателю уже известно, что Флодоардо впал в печаль, а Розамунда сделалась больна. Пора объяснить причины этих перемен.

Когда Флодоардо, приехав в Венецию и часто появляясь в обществе, пленил всех своей веселостью и умом, то, казалось бы, чего еще ему желать! Но он стал вдруг задумчив, и одновременно поползли слухи о болезни Розамунды.

Однажды Розамунда вышла прогуляться в сад своего дяди.

В размышлениях бродила она без цели по дорожкам. Иногда срывала досадливо листья с деревьев и бросала на дорогу; иногда вдруг останавливалась; потом быстро шагала взад и вперед, опять замирала и устремляла взор в небеса. Сердце ее сильно билось, и тщетно удерживала она вздохи, вырывавшиеся из груди.

— Нет! — шептала девушка. — Никто не может сравниться с ним в красоте.

И блуждающие взоры ее искали кого-то.

— Однако Идуэлла говорит правду! — промолвила она; и вновь досада отразилась на ее лице.

Идуэлла была воспитательницей и подругой Розамунды. Девушка потеряла родителей еще во младенчестве; мать ее умерла, не услышав лепета малышки; а отец, Гискардо де Корфу, еще цветущий, молодой человек, погиб спустя несколько лет в сражении с турками, командуя венецианским судном. Идуэлла, одаренная всеми добродетелями, за какие чтят женщин, приняла Розамунду как дочь — опекала ее с самого детства, и та делилась с ней всеми своими тайнами.

Задумавшаяся девушка остановилась, увидя Идуэллу, которая шла к ней из ближней аллеи.

Розамунда. Как! Это ты, милая Идуэлла? Что привело тебя сюда?

Идуэлла. Вы часто называете меня своим ангелом-хранителем. А раз так, я всегда должна быть с вами.

Розамунда. Я думала о твоих словах и хочу верить в их истинность, но...

Идуэлла. Но сердце ваше отвергает разумные советы?

Розамунда. Да, правда.

Идуэлла. Я не осуждаю различия наших мыслей — и даже признаюсь, что в ваши лета не смогла бы противиться чувствам такого человека, как Флодоардо. Согласна, у него много достоинств; согласна, что они могут произвести впечатление — когда дело идет о сердце, еще не тронутом страстью; согласна, наружность его привлекательна, обхождение благородно, но при всем этом — кто он? Дворянин без состояния, и можно ли надеяться, чтобы богатый и могущественный дож Венеции отдал свою племянницу за человека, который явился просить его покровительства? Нет и нет, Розамунда!

Розамунда. Я все это знаю, милая Идуэлла, и такое желание никогда не приходило мне на сердце — к Флодоардо я чувствую одну только дружбу.

Идуэлла. Вам только кажется; но вы увидели бы, что может сделать эта дружба, задумай Флодоардо жениться на какой-нибудь другой девушке.

Розамунда (с живостью). О! Я этого не боюсь, он ни на ком жениться не захочет!

Идуэлла. Вы так думаете, Розамунда? Поверьте, в сердце женщины чувство любви невольно соединено с желанием вечного союза. Вы знаете нежность вашего дядюшки к вам, но знаете также, что он должен повиноваться правилам политики и этикета. Питать даже малейшую надежду на союз с Флодоардо означало бы с вашей стороны уже обидеть дожа.

Розамунда. Знаю, Идуэлла, но повторяю — я чувствую одну только дружбу к Флодоардо, а не любовь, он ведь достоин моей дружбы!

Идуэлла. Остерегайтесь, Розамунда! Вы не знаете, как часто под личиной дружбы любовь покоряет те сердца, какие сама по себе покорить не смогла бы. Бойтесь ее коварства, помните, чем вы обязаны вашему дядюшке, и пожертвуйте ради вашего положения этой еще не окрепшей склонностью, бороться с которой вы окажетесь потом не в силах.

Розамунда. Изволь, милая Идуэлла, я обещаю тебе: Флодоардо будет изгнан из моей памяти. Пожертвовать им для меня легче легкого. Я ненавижу все, что противно моему долгу перед дядюшкой!

Идуэлла (улыбаясь). Хватит ли вам твердости?

Розамунда. Мои поступки тебе докажут. Да я терпеть не могу Флодоардо! Как бы мне хотелось, чтоб он уехал из Венеции!

Идуэлла. Как это — терпеть не можете?

Розамунда (потупив глаза). Ну, не в полном смысле слова. Я не желаю ему зла — ведь он мне ничего плохого не сделал.

Идуэлла. Мы еще поговорим об этом. Пока же должна вас оставить. Прощайте! Не изменяйте вашему благоразумию!

Идуэлла ушла, а красавица осталась в тревоге и задумчивости. Она строила планы — сердце ниспровергало их. Часто она оглядывалась и робела признаться себе, кого не находят ее глаза.

Солнце еще не село, и жара заставила девушку искать прохлады. Она направилась к источнику, над украшением которого потрудились природа и искусство. Рядом была дерновая скамья. Жасмин расточал в воздухе свое благоухание. Когда Розамунда подошла к источнику, румянец вдруг вспыхнул на ее лице: сквозь ветви она увидела Флодоардо, который сидел на скамье и внимательно читал пергаментный свиток.

Розамунда не знала, что делать — уйти или остаться. Но Флодоардо быстро разрешил ее сомнения, взяв почтительно за руку и подведя к скамье. Теперь уже было не убежать, не показав себя неучтивой. Флодоардо держал ее руку. Неужели отнять! Неужели явить такое бессердечие и лишить Флодоардо счастья, которым светится его лицо!

— Какой прекрасный вечер! — сказал он, желая прервать молчание. — Вы хорошо сделали, что вышли прогуляться.

— Это правда, — отвечала Розамунда. — Но я помешала вам читать.

— Совсем нет, — возразил Флодоардо.

На этих словах беседа их прервалась. Напрасно он озирался, ища повод продолжить разговор. Ни единая счастливая мысль не приходила в голову. В молчании прошло еще несколько минут.

— Какой прекрасный цветок! — воскликнула вдруг Розамунда, сорвав фиалку.

— Он чрезвычайно хорош, — сказал Флодоардо, досадуя, что не в состоянии ничего прибавить к такому краткому ответу.

— Как он красив! — продолжала девушка. — Розовый и голубой цвета вместе. Какая кисть изобразит это сочетание!

— Розовый и голубой! Первый — символ любви, второй — счастья. Ах, Розамунда! Каждый позавидовал бы уделу того, кому вы подарили бы этот цветок! Взаимная любовь всегда приносит счастье.

— Вы слишком дорого цените такую безделицу.

— Как бы мне хотелось узнать, кому Розамунда вручит когда-нибудь фиалку! Но я позабыл, что не имею права желать этого. Простите мою дерзость, сударыня!

Флодоардо умолк. Розамунда не говорила ни слова, но волнение их сердец совсем не вязалось с тишиной, царившей вокруг. Их уста строго хранили сокровенное. Флодоардо не сказал: «Розамунда, отдай мне этот цветок и с ним свое сердце!» Розамунда не сказала: «Только тебе, Флодоардо, отдам я его!» Но взоры их откровенно выражали то, чего молодые люди сами еще не знали.

Кротость и блаженство явила улыбка Розамунды, когда глаза ее встретились с глазами ее тайного избранника. Флодоардо не сразу понял, что значит эта улыбка. Страх и надежда разрывали его душу. Наконец он догадался — и сердце его забилось сильнее, глаза заблестели.

Розамунда вся дрожала. Она чувствовала то же, что и Флодоардо, и краска стыдливости заливала ее лицо.

— Розамунда! — взмолился он, упав на колени. — Розамунда! Отдай мне эту фиалку!

Розамунда по-прежнему сжимала цветок в руке.

— Отдай ее мне! Скажи, что ты за нее требуешь? Чинов, богатства, трона? Я на все готов: либо получу ее из рук твоих, либо погибну!

Розамунда бросила взор на умоляющего Флодоардо и тотчас потупилась, боясь встретиться с ним взглядом.

— От этого цветка зависят моя жизнь, мое благополучие, моя слава. Он для меня дороже всех сокровищ света. Я готов сделать все, чтобы получить его.

Фиалка уже выпадала из рук Розамунды.

— Неужели мольбы Флодоардо не тронут твоего сердца?

Эти слова напомнили девушке благоразумные советы Идуэллы.

«Что ж это я! — сказала она себе. — Я чуть не позабыла свои намерения. Уходи, Розамунда, уходи! Или остерегайся своей слабости!»

Она изорвала цветок и отбросила в сторону.

— Понимаю вас, — молвила она, — и довольно! Не смейте в другой раз обижать меня такой дерзостью. Прощайте!

Она удалилась с негодующим видом и оставила Флодоардо в изумлении и горести.

Глава пятая

АБЕЛЛИНО

Розамунда не дошла еще до дверей своих покоев, а уже досадовала на себя за жестокость. Она вспомнила свой грубый ответ, вспомнила взор Флодоардо, лишенный надежды; и тотчас вообразила себе, сколько слез прольет он. Ей казалось, она слышит его укоризны, слышит, как он призывает к себе смерть. Отчаявшийся Флодоардо представлялся ей на краю могилы.

Уже в душе ее раздавались страшные слова: «Флодоардо умер!», уже видела она слезы, проливаемые по нем жителями Венеции, — и горесть наполнила ее сердце.

— Увы! — воскликнула она. — Зачем хотела я показаться твердою; решимость уже меня покидает. Ах, Флодоардо! Сердце мое не согласно с моими словами. Да! Я чувствую, что люблю тебя и буду любить всю жизнь. Ни советы Идуэллы, ни ненависть Андреа не изгонят тебя из моего сердца.

Спустя несколько дней она заметила, что Флодоардо изменился — стал избегать общества, а если по просьбе друзей и появлялся на людях, то всегда был задумчив.

Нежная Розамунда огорчилась печалью Флодоардо — она заперлась в спальне и наедине с собой оплакивала свою жестокость.

Здоровье ее повредилось — никто не мог облегчить ее страданий, ибо никто не знал их причины. Дож крайне обеспокоился, заметив, что болезнь племянницы не поддается искусству врачей; Флодоардо же совершенно удалился от света, который ему опостылел с тех пор, как он потерял надежду видеть Розамунду. Затворник жил своею неодолимой страстью, которая изгнала все прочие желания из его сердца.