Фридрих Незнанский – Сибирский спрут (страница 4)
Через полчаса ей выписали пропуск.
Она поднялась по знакомой лестнице, покрытой красной ковровой дорожкой, вошла в кабинет.
Валеру Заметалина она знала лично. Несколько раз он с женой приходил к ним в гости. Мужчины пили пиво, говорили о работе, женщины обсуждали детей, обменивались рецептами и узорами для вязанья…
Войдя в кабинет, Евгения и не вспомнила о том официальном тоне, которым беседовала с Заметалиным по телефону. Одно дело — при посторонних, другое дело — наедине…
— Привет, Валера, — сказала она, расстегивая верхнюю пуговицу шубы. — Мне необходимо с тобой посоветоваться. Мы можем здесь поговорить?
— Почему нет? Садитесь, — кивнул Заметалин.
Евгения пропустила мимо ушей этот сигнал, это холодное «садитесь» вместо приятельского «садись».
— Игорь передал мне записку, — усевшись на стул напротив заметалинского стола, приглушенным голосом сообщила она.
Лицо Валеры удивленно вытянулось.
— Что?!
— Он просит, чтобы я поехала в Москву, там добивалась правды. Подскажи, к кому мне ехать? Я ничего в ваших делах не понимаю. Куда мне обращаться? В Генеральную прокуратуру? В Администрацию Президента? Или в Военную прокуратуру? Я не знаю…
— Он так и написал, что ты должна поехать в Москву?
— Да. Написал дословно — «дуй в Москву, вытаскивай меня».
Заметалин задумчиво посмотрел в окно, потом спросил:
— Записка с тобой?
— Нет. Я ее сожгла.
Что-то заставило ее соврать…
— Плохо, — нахмурился Заметалин.
— Почему? — испуганно встрепенулась Женя.
Заметалин не ответил.
— Кто ее передал?
— Я не знаю. Принес какой-то молодой человек, поздно вечером позвонил, попросил выйти во двор…
Заметалин выведал у нее подробности, а потом снова уставился в окно.
— А что? Ты думаешь, это провокация?
— Сейчас, одну минуту, — сказал Заметалин, снимая телефонную трубку и той же рукой набирая три цифры внутреннего номера. — Сейчас во всем разберемся.
Евгения кивнула, вздохнула с облегчением.
— Евтюхов, ты? Срочно зайди ко мне, — приказным тоном бросил в трубку Заметалин.
Через мгновение Евтюхов материализовался на пороге его кабинета.
— Бери ребят, отправляйтесь к этой гражданке на дом, — кивком показал на Евгению полковник. — Возьмите ее квартиру под охрану до моего распоряжения. С дамы глаз не спускать.
— Это как?… — привставая со стула, прошептала Женя. — Это как понимать? Я что, арестована?
Заметалин посмотрел сквозь нее и еле заметно кивнул.
— Как? — воскликнула Женя. — За что?
— У нас ни за что не арестовывают, — ухмыльнулся Заметалин.
Евтюхов молча подошел к Евгении, взял под локоть и потащил вон из кабинета.
Он вывел ее на улицу, но не через парадный, а через служебный выход. Во внутреннем дворе Евгению запихнули в черный джип. В машине уже сидели вооруженные люди в камуфляже и черных масках. Ошеломленная женщина не могла поверить, что все это происходит с ней на самом деле.
Ее привезли домой. Войдя в квартиру, омоновцы распределились по комнатам, а Евтюхов стал требовать у Жени записку.
— Я же сказала, я ее сожгла!
Евтюхов посоветовал подумать.
— Я сожгла ее на кухне!
— Ключи от квартиры!
— Что?
— Ключи от квартиры давай, корова! — замахиваясь на нее, рявкнул Евтюхов.
Женя отдала ему ключи.
Евтюхов по-хозяйски прошелся по квартире. Принес два пустых чемодана, бросил на пол перед Трегубовой.
— Снимай сапоги, шубу. Всю теплую одежду из шкафов складывай сюда! Поворачивайся живее, чего уставилась?
На кухне затрещал телефон. Женя хотела подойти, но ее грубо толкнули обратно в комнату.
— К телефону больше не подойдешь.
Один из охранников снял трубку:
— Да! Кто говорит? Она не может подойти. Что передать?
Когда Евгения сложила в чемоданы всю теплую одежду, Евтюхов придирчиво осмотрел остатки гардероба. Отобрал и бросил на кровать халат, спортивный костюм, кофту и юбку.
— Хватит с тебя. Если еще что понадобится, только с моего разрешения.
Чемоданы он вынес в прихожую, намереваясь забрать с собой. Что не поместилось — приказал унести из спальни в соседнюю комнату, где разместились охранники.
— Где твой щенок?
— У нас нет собаки, — удивленно глядя на Евтюхова, ответила Женя.
— Дурочку строишь?
Хлесткий удар по щеке заставил женщину ахнуть от боли. Слезы сами покатились из глаз.
— Я спрашиваю, мальчишка где?
— Уехал. К бабушке.
— Кто еще в квартире живет?
— Больше никто.
— Теперь можешь спокойно сидеть и реветь. Из комнаты ни шагу. В туалет захочешь — свистни охране, они проводят.
…Остаток дня Женя провела, лежа в кровати. Накрывшись с головой толстым ватным одеялом, она делала вид, будто крепко спит. Сначала охранники то и дело проверяли, чем она занята, часто без стука открывали дверь и осматривали комнату. Потом постепенно привыкли и стали заглядывать гораздо реже.
Когда стемнело, Евгения выскользнула из кровати и натолкала под одеяло подушек.
«В темноте не разберешь, лежит кто-то или нет», — думала она.
Затем она оделась, стараясь не шуметь. Поверх теплого спортивного костюма с начесом натянула юбку и шерстяную кофту, сверху накинула черный махровый халат. Из гостиной в спальню доносился шум трибун и заводные крики весельчака Николая Фоменко — это охранники смотрели по телевизору популярную программу «Титаны реслинга». Охранники оживленно комментировали происходящее на экране.