Фридрих Незнанский – Обыкновенная жадность (страница 9)

– Нормально… А лишняя работа, Костя, даже ломовых лошадей не радует, хотя дело не в этом: просто думаю, кого из своих сыщиков брать в группу в качестве второго следака… Слав, у Баканина, похоже, сын-то был единственный?…

– То-то и оно, – с горечью отозвался Вячеслав Иванович. – Он, Сашка, на самом деле – железный мужик… Другой бы на его месте уже с инфарктом лежал после такого: совсем один остался на всем свете. Вот у меня хоть Дениска есть, я его, как собственного сына, люблю, да, собственно говоря, за сына и держу… А у Баканина – никого… Я бы эту сволочь, убившую Алешку!..

Грязнов увесисто рубанул ребром ладони по подлокотнику кресла, в котором сидел, и даже не поморщился.

– Ты Алексея хорошо знал? – сочувственно спросил Турецкий.

– Не так, конечно, как Сергея, зато с детства, – хмуро ответил Вячеслав Иванович. – Отличный был у него парень, уж ты мне поверь… Даже удивительно, что ввязался в эту историю с миллионами… Уверен, не его это инициатива была: либо их друга-бизнесмена, либо, что скорее всего, пропавшего Белецкого.

– Почему «скорее всего»?

– У Белецкого сестра-инвалид, совсем еще молодая. Больше десяти лет – лежачая, после автокатастрофы, говорят, ей может помочь операция, но очень дорогая и чуть ли не за рубежом… Ну а жили они более чем скромно: Белецкий после ранения в Чечне работу нашел с трудом. Кажется, простым работягой пахал…

Александр Борисович покачал головой:

– М-да-а-а… Вот она, жизнь… Талантливые мальчишки, спецшкола математическая… А один в бизнесмены подался, другой и вовсе… А Алексей чем занимался?

– Заместитель по социальным связям в каком-то микробанке, – с горечью усмехнулся Слава. – Судьба, говоришь?… Вот она, матушка-Россия, а уж что касается судьбы, так это производное от первого!

Они немного помолчали, не обращая ни малейшего внимания на недовольное выражение на лице

Меркулова: Константин Дмитриевич не любил, когда претензии к конкретным людям и обстоятельствам на глазах перерастали в те, что он считал политическими. Даже если отлично понимал, что его собеседники правы.

– Забирай документы, Саша, – прервал он друзей, – и, если вы не против, перемещайтесь в твой кабинет. У меня и так уже летучка на час вниз перенесена… Кстати, ты можешь сегодня не присутствовать.

– Вот уж спасибо так спасибо! – Александр Борисович произнес это довольно ядовито и, тут же поднявшись, кивнул Грязнову на дверь: – Пошли-ка, Слав, пока шеф не передумал и не усадил меня совещаться! Пойдем, покумекаем вместе, что да как…

Уже в Сашином кабинете по-прежнему хмурый Вячеслав Иванович поинтересовался:

– Ну что, решил, кого из своих возьмешь в качестве второго следователя?

– Решил. – Александр Борисович уселся за свой стол впервые за все послебольничное время, легко водрузив на него обе руки и даже не заметив этого. – Я понимаю, Слав, что Померанцев тебя периодически раздражает своим… э-э-э… темпераментом, но Поремский сейчас в командировке, а Перова по уши закопалась сразу в четырех делах, которые ведет. Так что…

То, что упомянутый Валерий Померанцев и впрямь периодически во время совместной работы выводил Грязнова из себя, было чистой правдой: этот молодой важняк являлся не самым дисциплинированным в смысле соблюдения субординации сотрудником Турецкого, а сам Александр Борисович, с точки зрения Вячеслава Ивановича, его в этом качестве периодически чуть ли не поощрял… Уж точно, разбаловал и распустил! Однако отрицать, что Валерий – спец высокого класса и при необходимости способен виртуозно выполнять не только свою часть работы, но и оперативную, было никак нельзя. А посему, поморщившись для порядка, Слава покладисто кивнул:

– Померанцев так Померанцев… Давай зови своего полуопера-полуважняка, что ли… А я пока с Яковлевым и с Галей свяжусь. На сколько их вызывать?

– А чего тянуть? Пускай, если свободны более-менее, прямо сейчас и едут… Кстати, твой Денис в городе?

– Думаешь, понадобится?

– Не исключаю, – кивнул Турецкий. – Видишь ли, поскольку Баканин вполне платежеспособен, возможно, и дешевле, и рациональнее отправить в Штаты Дениса: аглицкий он знает, на мой взгляд, только чуть хуже русского.

– Что ж, согласен. – Впервые за это утро Вячеслав Иванович улыбнулся – с гордостью за похвалу племяннику. – Может, тогда твоему Патрику и вовсе не будем звонить?

– Звонить ему мы будем обязательно и в любом случае, – не согласился Саша. – У Вутервуда связи, даже по американским меркам, фантастические. Ты хоть представляешь, сколько нам понадобится информации и какой именно?

– Вполне!

– Вижу, что не вполне, родительская гордость очи застит. Как думаешь, сведения о величине капитала Славского кому легче раздобыть, если это вообще возможно? Американцу со связями или приезжему русскому? А?… То-то и оно!..

Турецкий нажал клавишу своего селектора и, едва его секретарь Наташа отозвалась, попросил ее разыскать Померанцева, бродившего где-то в коридорах управления. После чего продолжил:

– Далее – сама семья Славских. Ну, не наруж-ку же за ними там устанавливать. А если устанавливать, то предварительно опять же собрав уйму сведений, в том числе и об образе жизни, о местах, в которых бывают, о возможных контактах в России…

– Все-все! Понял, не дурак, – обиженно прервал его Вячеслав Иванович.

Турецкий хотел возразить, что и не собирался называть своего старого друга столь неприглядно, но не успел. В дверь постучали, и, сразу же распахнувшись, она пропустила стремительно влетевшего Валерия Александровича Померанцева: высокого изящного брюнета с насмешливым, умным и ироничным лицом, весьма привлекательного, подвижного и, насколько знал Турецкий, большого любителя прекрасного пола, – именно последнее обстоятельство, видимо, и поспособствовало тому, что в свои тридцать «с хвостиком», плавно трансформирующимся в полноценный «хвост», Померанцев являлся почти хроническим холостяком.

– Здрас-сте, Сан Брисович, вызывали?… Здрас-сте, Вячеслав Иванович!

– Вызывал-вызывал… Проходи и садись, нечего вертеться посреди кабинета волчком!

Нарочито сердитый тон явно был избран Турецким на потребу Грязнова. Отлично понявший это Померанцев усмехнулся и притих.

На то, чтобы ввести Валерия в курс дела, у Александра Борисовича ушло почти двадцать минут. Реакция подчиненного его вполне удовлетворила, поскольку была точным повторением его собственной: искорка интереса, вначале едва мелькнувшая в глубине темных глаз Померанцева, в конце концов превратилась в настоящий костер:

– Ну и ну… – Валерий возбужденно покрутил головой. – В жизни ничего подобного не слышал! Неужели взрослые вполне люди могли отнестись всерьез к этим своим фактически детским играм?! Настолько, чтобы начать отстреливать претендентов?

– Да не егози ты! – все-таки не выдержал Вячеслав Иванович. – Вместо того чтобы суетиться и ахать, вникни: по штатовским законам эта, с твоей точки зрения, детская бумаженция есть вполне весомый юридический документ! Под которым стоит в том числе и подпись самого Славского…

– Ясен пень, он и организовал охоту за бывшими дружками! – снова встрял Померанцев. – А кто ж еще-то?

– А вот это нам и предстоит выяснить, – на сей раз Валерия прервал шеф. – Понимаю, соображать вот так, с налета, непросто, но все же мог бы: есть ведь еще и третий, пока что живой, слава богу, из друзей-россиян. Бизнесмен Виктор Александрович

Банников: его придется проверять от и до, включая все его связи, как рабочие, так и личные.

– А-а-а… Ну да, – кивнул Померанцев, – если весь доход от поисковой программы делится в равных долях, то после гибели этих двоих доля бизнесмена существенно увеличивается… Понял!

– Молодец! – ядовито заметил Грязнов. – Кстати, Банников после убийства Баканина настолько напуган, что даже на работу уже с неделю как перестал ездить, все дела свалил на своих замов. Охрану удвоил и сидит безвылазно на своей даче в Переделкине…

– Откуда дровишки? – поинтересовался Саша.

– От Сергея Иосифовича, – вздохнул Слава. – Ездил он к нему… Говорит, что тот горюет не меньше его самого, вроде бы даже бриться позабыл… Ну, не знаю. Проверять все равно придется все. И всех.

Мужчины помолчали.

– Александр Борисович, – уже гораздо спокойнее спросил Валерий, – а что будет с делом об исчезновении этого «чеченца»? Оно вроде как не по нашей части?

– Пока не по нашей, – согласился Турецкий. – И пока то да се, собственно говоря, для этого я тебя и вызвал…

Немного покопавшись в только что полученной от Меркулова папке с документами по делу об убийстве Баканина, Александр Борисович извлек оттуда простой листок, исписанный наполовину крупными буквами – Саша уже запомнил, это был почерк генерала Баканина.

– Вот тебе, Валера, что-то вроде справки, делом Романа Антоновича Белецкого занимаются в ОАО… Поезжай-ка ты в указанное здесь УВД, к следователю… Ага, Китаеву Илье Владимировичу, дело Белецкого пока что ведет он. Ознакомишься в неофициальном порядке, возможно, придется навестить его родных… Адрес тут тоже есть. Ну, что возможно – я имею в виду бумаженции, – отксеришь.

– Ехать прямо сейчас? – деловито поинтересовался Валерий.

– А чего ж тянуть-то? Только постарайся к четырем вернуться, я в шестнадцать ноль-ноль собираю всю группу на первое совещание. – И, поймав заинтересованно-вопросительный взгляд Померанцева, усмехнулся: – Хочешь знать, с кем придется работать на сей раз? Успокойся, останешься доволен, никаких представителей посторонних структур не предвидится!