Фридрих Незнанский – Факир против мафии (страница 6)
– Я вижу! Отчество мое и то как следует запомнить не можешь!
Демидыч смутился.
– Извините, Лидия Никаноровна. Это я оговорился.
– Смотри в статейке своей не оговорись. Скажи хоть, что за газета у тебя? Куплю да почитаю – вдруг ты все мои слова переврал.
– Точно еще не знаю, – ответил Демидыч, пожимая могучими плечами. – Я, Лидия Никаноровна, на разные издания работаю. За гонорары. Где возьмут, туда и отдам.
– А, ну-ну. В таком случае, нигде твою статейку не пропечатают. Если люди до сих пор не знают, что Лену убили, значит, кто-то очень сильно хочет скрыть правду. А раз хочет, так и скроет. И ты ему не помеха.
Демидыч немного удивился столь здравому суждению. Старушка, несмотря на простоватый вид, явно была не промах.
– А вот это мы еще посмотрим, – пробасил Демидыч и протянул старушке руку. – Вы самая наблюдательная и самая смелая женщина из всех жительниц этого дома.
– Ну прям уж, – махнула на Володю свободной рукой Лидия Никаноровна и польщенно захихикала.
5
Вечером все собрались в офисе агентства «Глория». Прежде всего, Володя Демидов сообщил коллегам о двух (а позже и трех) подозрительных типах, которых видела в окно Лидия Никаноровна. Рассказал также о негативных чувствах, которые старушка испытывает по отношению к карающим органам власти, а также о причине их возникновения.
– Как думаешь, не могла старушка напустить тумана из чувства противоречия властям? – поинтересовался Денис.
Демидыч покачал головой:
– Вряд ли. Старушка толковая. Вот только со зрительной памятью у нее слабовато.
Демидыч описал коллегам приметы «подозрительных типов». После чего слово взяли Филя и Сева Голованов. Они прокрутили собравшимся видеозапись своего «интервью» с Дубининым. При съемке Сева брал только крупные планы (даже очень крупные), поэтому зрелище получилось не для слабонервных. После того как запись закончилась, Алексей Петрович Кротов произнес:
– Ну что ж, господа, не нужно быть физиогномистом, чтобы понять, что у товарища Дубинина рыльце в пушку. Он явно что-то скрывает.
– Это точно, – пробасил со своего стула Демидыч. – Хорошо вы его прессанули, ребята.
– Испытание на детекторе лжи он бы не прошел, – подтвердил Макс. – Значит, и фонд, и эта «славянская партия» могут быть замешаны в гибели Канунниковой.
– Значит, так, – согласился с ним Денис Грязнов. Затем он сказал: – Мне удалось достать протокол осмотра места происшествия и заключение экспертов. Ну и еще несколько фотографий. Вот, взгляните. – Он передал бумаги и снимки оперативникам. – Мне кажется, что заключение экспертов было, мягко говоря, несколько поспешным. Слишком уж все чисто да гладко. Без сучка без задоринки. На моей практике таких чистых «самоубийств» я что-то не припомню. Обязательно были какие-то несоответствия, несообразности, которые потом – в ходе следствия – находили свое объяснение. А тут… – Денис пожал плечами. – Такое ощущение, что кто-то расписал «самоубийство» по нотам, а потом уничтожил все улики, которые могли бы свидетельствовать об обратном.
– Да, не подкопаешься, – кивнул Кротов, передавая заключение и протокол Севе Голованову. – Прямо как в плохом детективе. В жизни таких случаев – один на тысячу.
После того как все оперативники ознакомились с протоколом осмотра места происшествия и заключением экспертов, заседание было продолжено.
– А как насчет «Миллениума» и его руководителя – Отарова? – обратился к Кротову Денис Грязнов.
– Официально фонд «Миллениум» создан для защиты российских спортсменов, – начал Алексей Петрович.
– Для защиты от чего? – уточнил Филя.
Кротов вставил в рот сигарету и пожал плечами:
– От жизненных невзгод, я полагаю. – Он прикурил сигарету от изящной золотой зажигалки и продолжил рассказ: – Основатель фонда, Юрий Отаров, человек влиятельный и богатый. По некоторым данным, Отаров и его фонд активно (и конечно же нелегально) занимаются противозаконным бизнесом. Таким, как торговля наркотиками и оружием, оформление незаконных виз в разные страны и так далее. За руку его конечно же никто не ловил, однако есть все основания полагать, что все это правда. Несколько лет назад Отаров решил вложить деньги в политику, разумно рассудив, что, чем каждый раз ходить на поклон к депутатам, лучше иметь в парламенте своих представителей, которые будут лоббировать его интересы. Так была создана «Всероссийская славянская партия». Если верить фактам, то эта партия имеет самое непосредственное отношение к криминальным кругам Москвы. Ее лидеры, Леонид Курицын и Вячеслав Делицин, почти не скрывают своих связей с Отаровым. Канунникова не могла не знать об этом. Но все же она пошла на объединение.
– Она давно была на крючке у Отарова, – сказал программист Макс. – Мне удалось взломать базу данных «Миллениума». Скачать я почти ничего не успел, меня быстро вычислили и отрубили. Но мне удалось набрести на кое-какую статистику по «маленьким партиям», которые спонсирует фонд. Среди этих партий есть и «Экологическая партия России». Насколько я понял, Канунникова брала деньги у фонда, начиная с середины этого года. Суммы фигурировали небольшие, но в совокупности, я думаю, получалась вполне внушительная цифра.
– Ты скачал эти данные? – спросил Денис.
Макс уныло покачал головой:
– Говорю же, не успел. Эти умники засекли меня почти мгновенно. У них там на страже такие церберы, каких и в Силиконовой долине не найдешь. Я вынужден был соскочить, чтобы они меня не вычислили.
Денис задумчиво потер подбородок.
– Значит, Канунникова пошла на связь с криминалом. Это сильно противоречило ее принципам.
Кротов выпустил изо рта тонкую струйку ароматного дыма и сказал:
– Я думаю, тут все было как обычно: либо на нее очень сильно надавили, либо она прельстилась деньгами, которые сулило ей и ее партии это объединение. А скорей всего, имели место обе причины. Мне кажется, имеет смысл поговорить об этом с господином Дубининым. Но, к сожалению, следствие по этому делу закончено, а нам с вами Дубинин, само собой, ничего не расскажет.
Денис Грязнов взъерошил ладонью рыжие волосы.
– Что ж, – раздумчиво сказал он, – в таком случае придется кое-кого потревожить.
Фраза эта была встречена дружным молчанием, однако каждый из находящихся в кабинете понял, что она означала.
– Да, пришло время вмешаться более серьезным силам, – произнес наконец Кротов, задумчиво пуская дым в потолок. – С другой стороны, наших заслуг это нисколько не умаляет, и деньги Канунниковой мы отработаем сполна.
Глава третья
Серьезные силы
1
Начальник одного из управлений главка уголовного розыска МВД России генерал-майор милиции Вячеслав Иванович Грязнов слушал племянника не перебивая. Рассказ Дениса занял минут двадцать.
– Ну вот, – заключил наконец Денис. – Это все, что мы раскопали.
Выражение лица Грязнова-старшего было весьма и весьма неопределенным. Он побарабанил костяшками пальцев по столу и сказал – без особого, впрочем, энтузиазма:
– Молодцы. – Затем усмехнулся и покачал головой. – Но какова старушка, а! Милиции она, значит, не доверяет, а вам доверилась. А потом жалуются, что милиция бездействует. Что за народ?
– Дядь Слав, ее можно понять, – заступился за Лидию Никаноровну Денис. – Вы же сами меня учили, что игнорировать человеческий фактор – самое гиблое дело.
– А игнорировать милицию – еще хуже, – сурово произнес Вячеслав Иванович. – И с Дубининым вы сработали грубо. Надо ж такое придумать – «журналистское расследование». Да он через пять минут после вашего ухода выяснил, что никакие вы не журналисты, а сыскари, сующие нос куда не следует. Наверняка.
– Ну и что? – пожал плечами Денис.
– А то, что, если он в чем-то замешан, он теперь так плотно прижмется брюхом ко дну, что вы его никаким багром не сковырнете.
– Я бы сковырнул, если б у меня были полномочия, – обиженно ответил Денис.
Грязнов глянул на племянника суровым взглядом и проворчал:
– Полномочия ему нужны, ишь ты! Ладно, племяш, не дуйся. В любом случае молодец, что все это мне рассказал. Я сегодня же свяжусь с Меркуловым. Не скажу наверняка, но, мне кажется, он возобновит предварительное следствие, прекращенное Мосгорпрокуратурой.
– Было бы неплохо, – отозвался Денис.
– Само собой, если дело закрутится, твоим ребятам придется побеседовать со следователем, рассказать, как и что.
Денис усмехнулся:
– Не проблема, дядь Слав. Мои разбойники будут честны, как на исповеди.
Денек выдался солнечный. Извечную московскую слякоть припорошило белым снежком, и вид из окна кухни открывался изумительный. Александр Борисович Турецкий подошел к окну с дымящейся сигаретой в пальцах и открыл створку. В лицо ему пахнуло морозной свежестью.
Настроение у помощника генерального прокурора было превосходное. Группа, которой он руководил, только что закончила расследование чрезвычайно запутанного и муторного дела, и со следующего дня Александр Борисович готовился уйти в заслуженный отпуск. Жена Ирина купила две путевки в Отрадное. Она давно уже мечтала провести с мужем недельку в подмосковном доме отдыха, и вот теперь ее мечте суждено было осуществиться.
Турецкий представил себе прелести загородной жизни – лыжные походы, шашлыки с водочкой на морозце, бассейн, баню, бильярд – и сладко зажмурился, предвкушая грядущее удовольствие.
И в этот самый момент в прихожей зазвонил телефон.