Фридрих Глебов – Играя в людей. Том 1 (страница 2)
То, что произошло дальше, казалось то ли сценой из криминального фильма, то ли дурным сном. Пассажир, повернув голову назад и увидев свет фар второй машины, неприлично выругался и, отбросив в сторону пачку сигарет, сунул руку во внутренний карман пальто. Лицо его изменилось: от напускной расслабленности не осталось и следа. Как и от нервозности. Словно дракон увидел наконец добычу и сосредоточился исключительно на ней. Черты мужчины заострились, выражение лица сменилось на холодно-безжалостное. Буквально на одно мгновение он посмотрел этим ледяным взглядом на Леона — таксист мог поклясться, что силуэт клиента мигнул в этот момент красным — но тот отвел глаза и рванулся к правой двери.
Не успел.
Незнакомцы уже подбежали к машине. Один рывком открыл водительскую дверь, выводя Леона из ступора и тут же нагоняя на него страх: мужчина выдернул руку из-под расстёгнутой спортивной куртки, и Лео увидел, что там висел короткий автомат. Оружие наставили прямо на него. Напротив груди. Леон замер, нервно облизал пересохшие в момент губы. И вдруг понял, что совершенно ясно ощущает каждое движение сердечной мышцы. Автомат, который Леон раньше видел только у инкассаторов и полицейских, находился всего в паре сантиметров от его тела.
— Сиди тихо и не рыпайся! — сквозь прорези маски на Леона смотрели наполненные злобой глаза. На какое-то мгновение они стали единственным, что видел Лео, потом ему удалось наконец выдохнуть скопившийся в легких воздух и ожить. Мозг начал принимать поступающую извне информацию.
Пока один бандит угрожал таксисту, двое других одновременно распахнули задние дверцы автомобиля. Пассажира схватили очень быстро: руку, которую тот стал вытаскивать из кармана, перехватили, сжали до хруста, и резко дернули вперед, выволакивая мужчину из автомобиля. Клиент попытался ударить нападающего ногой, но тот успел первым: саданул мужчину под ребра, отчего тот тут же согнулся, хрипя. Третий бандит в это время схватил с заднего сидения спортивную сумку, обежал автомобиль, еще раз ударил клиента Леона, видимо, для подстраховки, подхватил вместе с напарником чертыхающееся сквозь зубы тело и поволок в сторону видавшей виды классики.
Тот, кто контролировал Леона, на секунду повернулся в сторону серебристой иномарки. Стекло правой передней дверцы съехало вниз, из окошка высунулась чья-то рука и медленно махнула. Немного лениво, немного небрежно. У Леона перехватило дыхание от этого взмаха. Вряд ли он мог еще недавно предположить, что его жизнь будет зависеть от вот такого незначительного жеста. Одно движение — и не будет никакого повышения. Желаний, надежд, стремлений… Тебя не будет.
Бандит опустил дуло автомата вниз и коротко процедил:
— Запомни: ты ничего не видел!
Леон завороженно смотрел в прорези маски.
— Понял? — прорычал преступник, ещё раз для убедительности приблизив к Леону ствол автомата, чья черная глубина была направлена прямо в грудь Лео. Внезапно опять почудился невыносимый запах дешевых сигарет. Леон заторможено кивнул, выражая то ли согласие с тем, что он ничего не видел, то ли с внезапно посетившей его мыслью о том, что вероятно стоит сходить к психологу. Незнакомец немного посверлил Лео очень злым взглядом, видимо, считал в отличие от начальства, что оставлять свидетеля глупо, но все же закрыл водительскую дверь и, засунув назад за полы куртки свой автомат и застегнув её на замок, заспешил к автомобилю. Серебристая иномарка посигналила фарами. Бандит, постоянно оборачиваясь, зашагал к ней, а не к классике.
Леон, воспринимавший все происходящее до этого момента очень отстраненно, а то и вообще задумываясь над тем, не розыгрыш ли это, наконец вышел из оцепенения и автоматически потянулся к пассажирской двери, которая все ещё оставалась открытой. Глаза привычным внимательным взглядом осмотрели салон, скорее рефлекторно, чем сознательно: не оставил ли пассажир что по рассеянности (а то и по злому умыслу, и такое бывало в практике таксистов) внутри машины? В глаза тут же бросился блестящий прямоугольник на сиденье — забытая пассажиром зажигалка.
Дракон остался без огня.
Сознание внезапно прошила мысль, что все взаправду. Погоня, похищение, автоматы… в итоге вероятно — смерть.
«А что я сижу то? Что делать? Вмешаться или нет?» — в голове Леона мысли крутились колесом, и он не мог сделать выбор. Вдруг показалось, что сердце на секунду кольнуло, а мир стал нечетким, словно он смотрел на него сквозь полиэтилен или грязное стекло. Мгновение Леону казалось, что его сердце, а с ним и весь мир, замерли, но потом все стало по-прежнему. Город снова гудел, шуршал, кричал, обрел краски, запахи, звуки. Леон выдохнул и посмотрел на забытую пассажиром «Зиппо». Взял её и, несколько раз открыв и закрыв, повертел гладкий металлический прямоугольник, отчетливо холодящий кожу.
«Может стоило всё-таки выйти и вмешаться?».
Внезапно мир сжался и исчез в темноте…
***
Зрение, потухшее на секунду, вновь пришло в норму, и Лео облегченно выдохнул. Левая рука, опушенная вдоль тела, сама нащупала «друга дальнобойщика» — баллонный ключ, который таксист держал под сиденьем. Движимый непонятным ему чувством, Леон распахнул дверь и окликнул уже садящегося в машину бандита:
— Эй, мужик! Он мне так и не заплатил за поездку!
Леон раскрыл дверцу и, прикрывшись ею, положил руку с ключом поверх двери.
Уже садившийся в машину автоматчик, как Леону показалось, удивленно посмотрел на него, потом перевел вопросительный взгляд на водителя иномарки и, следуя невидимому приказу, поднялся, одновременно расстегивая куртку. Из машины также вышел и водитель, стал за дверью, с некоторым любопытством рассматривая Леона.
«И на что я рассчитываю? — мелькнуло в голове Лео. — Только в этой машине трое с оружием, а у меня одна монтировка».
— Ты тут что, герой? — дернув головой, словно собирался бодаться, спросил водитель.
— Дай-ка я, — тот, кто был с коротким автоматом, прицелился в Леона.
— Не стоит так шуметь, — возразил водитель, и Лео увидел, как он поднял длинный от навинченного глушителя пистолет.
«Идиот!» — промелькнуло в голове Леона запоздалое осознание. Он бросился в машину и повернулся назад, откуда тоже уже выскочили двое и побежали к такси. Иномарка, успевшая развернуться, подсвечивала красным светом задних фар силуэты незнакомцев, отчего казалось, что они сами светятся в темноте алым. Однако иррациональность происходящего пугала Леона гораздо меньше наставленных на него стволов. Он уже начал выруливать, стараясь выехать из подстроенного затора, когда рядом с водительской дверью поравнялся один из похитителей и попытался открыть пассажирскую дверь. Второй уже дергал ручку водительской двери. Дернув вниз защелку и заблокировав стекла, Леон резко вывернул руль и сдал назад, но противники уже решили стрелять так. Спереди ударила короткая очередь и пригнувшегося к рулю Леона осыпало осколками разбитого лобового стекла, и тут же раздались несколько выстрелов прямо сквозь дверь.
Леон сначала даже не почувствовал, что в него попали, только услышал гулкие удары пуль по металлу и звук рвущейся куртки. Руки сразу ослабели и он стал заваливаться набок, голова наполнилась туманом, а рот кровью. Авто, не успев достаточно разогнаться, с металлическим скрежетом и звуком разбившихся фар уткнулось в стоящий около пятиэтажки мусорный бак.
Стрелок аккуратно, не спуская глаз с уткнувшегося в руль таксиста, подошел к двери и, убедившись, что жизнь неумолимо покидает жертву, кивнул второму.
— Все, уходим.
На ходу повесив автомат на петлю под курткой, автоматчик с водителем споро уселись в автомобиль и, быстро объехав разбитую, всё ещё не заглохшую машину таксиста, исчезли за углом дома. Вторая машина, мигнув фарами, тоже скрылась с места преступления меньше, чем через минуту.
«Идиот, зачем я вышел? Я что, герой какой-то?» — мысли путались в голове Леона, свет мира стал сжиматься, на мгновение таксист поразился возникшей вокруг темноте, а потом и она исчезла.
Глава 2. Студент
«Вы погибли,» — красная надпись на темном фоне выглядела очень красноречиво, не оставляя сомнений в смерти персонажа.
— Блин, что за фигня? — возмутился Николай громко, отпивая из бутылки ещё колы. В горло потекла неприятно теплая жидкость, напоминая, что играть он сел довольно давно, и напиток успел за это время согреться, а еда — остыть. Николай ткнул в холодную яичницу вилкой, рассматривая ее, словно потенциального противника, потом выбрал кусок колбасы побольше и закинул его в рот.
— Ну бывает же!
Сквозь затемненный экран всё ещё проглядывались силуэты машины героя, словно издеваясь над замешательством игрока.
— На этих даже метки противников не было! — продолжил возмущаться парень, тыкая в экран вилкой. В спину тут же прилетел вражеский снаряд — подушка.
— Коль, заткнись ты, а? Спать пора! Ты, конечно, выдрыхся вчера и сидишь довольный, а мне, между прочим, в восемь на поклон к Горгоне идти! А я не спал двое суток!
— Да иди ты… — отмахнулся Коля от соседа по съемной квартире. — … к Горгоне. Как будто я виноват, что ты две ночь подряд со своей Юлькой фигнёй страдал.
— Отношения требуют жертв! — пафосно изрёк Витя, заразительно зевая. — Хорошо бы тебе об этом иногда помнить! И вообще, у Юльки проблемы дома. Короче, страдай молча, Рязанцев. Или я Юлеху на тебя натравлю.