Фрэйдис Ланнистер – Влечение (СИ) (страница 27)

— Отвратительно? — заканчиваю я, усмехнувшись, и присаживаюсь на просторное вишневого цвета кресло, стоящее чуть поодаль от рабочего стола психолога.

— Прости, но… именно так, — разобравшись с вещью, мужчина не спешит вернуться на свое место, а присаживается на край стола — прямо передо мной.

— Я плохо сплю, — быстро признаюсь я, не находя смысла лгать мужчине. — Очень плохо. Вернее, если быть полностью откровенной — я совсем не сплю уже вторые сутки.

— Из-за дела? — несмотря на сонное полумертвое состояние, мне удается-таки разглядеть волнение, проскользнувшее на бледном лице Стоуна. Еще сильнее сдвинув густые черные брови, он подается вперед и заглядывает мне в глаза. — Ким, тебе нужен отдых.

— Я не уверена, что могу себе это позволить, — отнекиваюсь и откидываюсь на спинку кресла, дабы отстраниться от брюнета.

— Почему?

— Потому что чувствую опасность, — слова срываются с губ совершенно неожиданно даже для меня самой, и я удивленно округляю глаза, наблюдая то же выражение и на лице Джейме.

— Что ты имеешь в виду? Тебе кто-то угрожал?

— Нет. Кто знает, быть может, я становлюсь параноиком, но… мне кажется, будто в любое мгновение ко мне в дом могут ворваться, выкрасть меня и запереть в темном подвале, как сделали с Крис Нильсон, — слушая, Стоун задумчиво потирает мужественный подбородок, не сводя с меня пристального взгляда. — Я боюсь оставаться одна. И… признаться, я уже мечтаю о том дне, когда чертово дело о похищении будет закрыто, подойдя к логическому завершению.

Удивительно, как умело я обошла стороной имя Райли Моллигана… «могут ворваться»… Ко мне может ворваться только он один. Но я не позволю себе сдать его Стоуну. Никому из этого чертового участка. Даже я сама предпочла бы ничего не знать о его виновности.

Оторвавшись от стола, Стоун подходит ко мне и присаживается на подлокотник. Его теплая ладонь касается моей — холодной, будто мертвой, безжизненной, равнодушной — но я остаюсь неподвижной.

— Я поговорю с боссом. Думаю, он согласится устроить тебе 3–4 выходных, — тихо произносит Джейме, не обращая внимания на мое, должно быть, отсутствующее выражение лица. — Тебе нужно отдохнуть и набраться сил. Бумагами я займусь сам.

— Спасибо, — сейчас это максимум, на что я способна в сложившейся ситуации. Отчего-то Стоун уже не вызывает у меня тех же теплых чувств, что я испытывала при виде него раньше. Только отстраненность. Да что со мной, черт возьми?

Опомнившись, я одергиваю ладонь и скрещиваю руки перед грудью. В голову приходит совершенно безумная идея.

— Джейме? Ты говорил мне о двух братьях… не могу вспомнить их фамилию..

— Кроуфорд? — понимает он, и я согласно киваю.

— Именно. Я… хотела бы встретиться с ними, — начинаю я, опустив глаза, — провести беседу, узнать, что они из себя представляют.

Мои слова приводят Джейме в замешательство, и мужчина даже не старается этого скрыть. Вскинув брови, он несколько секунд рассматривает мою сонную физиономию, после чего чуть слышно усмехается.

— Вот уж не думал, что доживу до этого дня.

— О чем ты?

— О том, что с самого начала ты как клещами вцепилась в этих Моллиганов, а теперь признаешься в желании встретиться с Кроуфордами, — объясняет Стоун и, оставив кресло, медленно прохаживается по кабинету.

— Давай только ты оставишь свои остроты, хорошо? — показательно закатив глаза, шумно выдыхаю и устремляю на Стоуна серьезный требовательный взор. — Признаться, чем больше я лезу в яму под названием «братья Моллиган», тем сильнее разочаровываюсь в собственном чутье. Думаю, я ошиблась, заострив на них всё свое внимание. Мне… — черт, я и подумать не могла, что произнести эти слова вслух окажется так сложно, — нужно поработать с другими подозреваемыми. Ты… был прав.

— Я уже могу злорадствовать? — улыбается Стоун, на что я отрицательно качаю головой.

— Даже не думай!

Я с самого начала оказалась права, Джейме… Жаль только, что ты, возможно, никогда об этом и не узнаешь. Никто не узнает.

Никто, кроме меня, Моллиганов и тех, кто окажется за стальными прутьями вместо них.

— Ладно-ладно, — Джейме выставляет перед собой раскрытые ладони. — Предлагаю наведаться к ним прямо сейчас, пока ты совсем не вырубилась.

Джимом и Кристофером Кроуфорд оказываются довольно коренастые мужчины чуть за 30. Оба живут в лачужке неподалеку от дома Моллиганов, что кажется мне просто восхитительным совпадением. Правда, это не единственный повод упечь их за решетку вместо настоящих преступников. Кажется, у этих двоих есть немало своих скелетов в шкафу.

Узрев на пороге своего одноэтажного хилого жилища детектива, оба мужчины заметно напряглись, то и дело переглядываясь и бросая на меня многозначительные взгляды. Создалось впечатление, будто под нами — в момент допроса — располагалась самая настоящая камера пыток.

— Кристофер, вы в порядке? — спрашиваю я, когда замечаю мелкую каплю пота, стекающую по виску мужчины. — Кажется, вы слишком нервничаете.

— Он просто не привык разговаривать с такими обаятельными женщинами, мисс, — ввязывается в разговор его брат, нахально скалясь и как-то по-собачьи посмеиваясь, и я осекаюсь. К слову, в гостиной, где мы и находимся, стоит довольно затхлый запах, который затрудняет дыхание. Где-то под ребрами зарождается неимоверное желание достать ствол и, наставив дуло на этих идиотов, спуститься в подвал, но… я не могу. Сперва нужно обзавестись ордером на обыск.

Конечно же, я знаю, что никто из этих двоих не имеет никакого отношения к преступлениям Райли. Среди последних открытых дел не было ни одного даже похожего на то, что делает Моллиган, но… уверена, Кроуфорды далеко не так чисты, каковыми их считают, например, ближайшие соседи. Я не утруждаюсь задавать мужчинам новые вопросы — что-то помимо того, чем интересовался до меня Стоун, ведь… я здесь не за этим. Я пришла сюда за…жертвами. И я их нашла.

Надеюсь, мой план отделаться от Моллигана по-хорошему сработает чисто и без изъянов.

Стоун подвозит меня до дома поздно вечером, почти за полночь. Мужчина, состроив невинную мордашку, несколько секунд ожидает приглашения войти, но я лишь холодно приобнимаю мужчину за плечи и спешу покинуть автомобиль. Прости, Джейме…

Записка, лежащая перед входной дверью, привлекает мое внимание почти сразу, как только подошва сапога касается первой ступени, но я не спешу бросаться к ней, дабы не вызвать подозрений у Стоуна. Он не должен оказаться ввязанным в эту игру. Только я и Райли.

Кротко улыбаясь, я по-идиотски машу мужчине рукой, пока тот неторопливо покидает двор, и только после его исчезновения бросаюсь к посланию Моллигана. Бледные дрожащие пальцы нетерпеливо разворачивают уже успевший вобрать в себя уличную влагу лист бумаги, и я чувствую, как в горле образовывается неприятный давящий ком.

«Нам необходимо встретиться, детектив. Надеюсь, в этот раз ты рискнешь войти в лес в одиночку. Твой дорогой Р».

Тело бросает в жар, и я отчетливо ощущаю, как стремительно подскакивает мой пульс при мысли о Моллигане. Встреча с ним неимоверно манит, и, признаться, в какую-то секунду я уже готова спрятать записку в карман пальто и отправиться в чащу прямо сейчас, но в последний момент мне удается взять себя в руки и остаться стоять на месте. Оглянувшись и удостоверившись в том, что я нахожусь на улице одна — или, по крайней мере, на безопасном расстоянии от возможной слежки — выуживаю из сумки ручку и принимаюсь дописывать ответ на том же обрывке бумаги.

Я полная идиотка, если считаю, что подобное может сработать. Сработать с ним.

(Райли Моллиган)

Она снова приехала с ним. С этим сукиным сыном, возомнившим, что может встать между мной и Ким. Скоро его шея рассечется и глотка наполнится горячей густой кровью, и тогда я усмехнусь ему в лицо, с равнодушием наблюдая, как жизнь в его глазах безвозвратно тает.

Но сейчас меня волнует не он, ведь всего через несколько минут Петерсон окажется в моей власти. Вновь. Девушка почти сразу замечает мое скромное послание, оставленное перед дверью. Стоя чуть поодаль от широкого старого дерева, я с интересом наблюдаю за изменениями в лице Ким, и к моему удивлению шатенка не спешит ступать мне навстречу. Напротив, помедлив, она дописывает что-то на листе бумаги, сминает его и затем, колеблясь, снова разворачивает. В неуверенности постояв на крыльце еще несколько секунд, девушка опускает записку на последнюю ступень крыльца и спешно скрывается за дверью.

Несмотря на желание немедленно последовать за ней, я остаюсь в тени деревьев еще несколько секунд, пока свет в одном из окон не загорается и я не улавливаю передвигающуюся тень девушки. Пора.

Оказавшись на крыльце, я порывисто хватаю клочок бумаги и стремительно подлетаю к двери, но, дернув за ручку, понимаю, что та заперта. Интересно…

Опустив глаза, пробегаюсь по крупным, но корявым, будто пляшущим от ужаса буквам и ощущаю, как мои руки охватывает мелкая дрожь:

«Не знаю, что за игру ты затеял, но лучше забудь обо мне и уж тем более о том, что произошло вчера. Взамен я оставлю тебя и твоего брата в покое. Ни один полицейский более не приблизится к вашему дому. Ким».

Где-то внутри меня зарождается почти необузданный гнев, но мне удается справиться с собой и не выломать дверь Петерсон к чертям собачьим.