Фрэйдис Ланнистер – Влечение (СИ) (страница 13)

— Пффф, — тяжело выдохнув, мужчина громко прочищает горло. — Ким, ты предвзята. Не знаю, почему, но… тебе так сильно хочется засадить этого Райли, что ты уже любую мелочь готова обернуть против него.

— О чем ты?

— О том, — продолжает он, следя за дорогой, — что не каждый, от кого, как ты говоришь, веет злобой, похищает девушек, насилует их, наносит увечья, а потом убивает. Сколько в мире мизантропов, а? Поверь, я встречал таких, от них этой злобой прямо-таки разит, но при этом они не нарушают закон. Ты узко мыслишь.

— Думаешь, если у тебя есть ученые степени и ты чертов психолог, то умнее меня? Тебе изначально не понравилась моя идея насесть на Моллиганов, и теперь ты так же предвзято отнекиваешься от каждого моего подозрения, дабы отстоять первоначальную позицию. Пререкание со мной вошло у тебя в привычку, — в сердцах говорю я, повернувшись к мужчине всем корпусом. — Ты находишь в каждом моем подозрении ошибку, изъян. Раньше ты не был таким, Джейме. Хотя всего год назад, придя на стажировку, я была куда менее внимательна и сообразительна, но ты хвалил меня. Гордился мной…

Сведя речь на нет, я отворачиваюсь к окну, хотя ясно ощущаю на себе взгляд Стоуна. К черту. Мне надоели его упреки. Будто у меня появился второй отец.

— Тебя так заботит мое одобрение? — осторожно спрашивает он, заворачивая к моему дому. — Я не хочу обижать тебя, Ким. Я всего лишь желаю помочь тебе в деле, помочь тебе докопаться до сути, ведь сейчас я твой официальный напарник. Да, пусть на время, но все же. Направлять тебя — моя работа. Но отчего-то ты настойчиво не хочешь слушаться.

— Потому что мы заняли позиции по разные стороны баррикады и теперь не хотим уступать друг другу, — с горечью говорю я. — А мне, пожалуй, всего лишь нужна поддержка, — облизываю пересохшие губы и исподлобья смотрю на мужчину, который, остановив автомобиль, поворачивается ко мне в недоумении. — Я все равно не отступлюсь, Джейме. Потому что я чувствую, что права. И мне остается лишь надеяться, что ты вытерпишь эту борьбу и не позволишь себе доложить о наших разногласиях начальнику.

Брюнет, исследуя мое лицо, медленно хмурится, видимо, не веря своим ушам.

— По-твоему, я мог бы так тебя подставить?

— Но ведь это твоя работа.

На этих словах мы замолкаем. Стоуну нечего сказать, ведь я права. Кто знает, может быть, в его умную начитанную голову уже приходила мысль о том, чтобы сдать меня боссу, дабы тот отнял у меня дело и передал кому-то другому. Но, благо, теперь я спокойна, ибо уверена, что Стоун этого не сделает. Он прижат к стенке.

Некоторое время мы сидим в неловком молчании. Я бросаю тоскливый взгляд на свое скромное жилище, после чего вновь возвращаюсь к напарнику.

— Пригласишь войти?

— Может, зайдешь? — произносим мы в один голос, после чего одариваем друг друга смущенной улыбкой. — Пойдем, напою тебя чаем. Нам обоим нужно немного остыть.

Дождавшись, пока мужчина закроет «Ford», неторопливо следую к дому, теребя в руках ключ от парадной двери. Я таки решилась пригласить его. Надеюсь, Стоун не поймет меня превратно.

Отворив дверь, пропускаю Джейме в прихожую, после чего запираю за ним на замок. Несколько мгновений я медлю, продолжая стоять к мужчине спиной, гипнотизируя дверную ручку.

— Ты же не обидишься, если мы…немного отложим наше чаепитие? — серьезно произношу я и, наконец, оборачиваюсь. Джейме стоит всего в паре шагов от меня, но я отчетливо ощущаю его близость, исходящее от него тепло, запах притягательного мужского парфюма, так распаляющего мое желание. Взгляд серо-голубых глаз, в которых написано понимание, прикован к моим губам.

Тяжело дыша, я медленно сокращаю между нами все возможное расстояние.

— Только не сочти меня распутной, — шепчу я, склонившись к уху Стоуна. Мои ладони касаются мужской груди, покрытой тонкой белоснежной рубашкой, и я медленно вытаскиваю ткань из брюк, перетянутых кожаным ремнем. Меня неимоверно тянет к нему. Семь долгих одиноких месяцев без близости дают о себе знать.

Медленными движениями я задираю рубашку, добираясь до сильного тела, слабыми скользящими прикосновениями поглаживаю спину и торс Стоуна, чувствуя трепет внизу живота. Сглотнув, стягиваю с Джейме пиджак и отбрасываю в сторону — на располагающуюся неподалеку тумбу. Мужчина продолжает стоять неподвижно, внимательно наблюдая за мной и моими движениями, смакуя каждое прикосновение. И я не спешу встречаться с ним взглядом. Опустив голову и скрыв лицо за прядями волос, я принимаюсь расстегивать жесткий ремень, наблюдая за тем, как отчетливо проскальзывает возбуждение, одолевающее Стоуна. Почему он медлит?

Мои ноги становятся ватными. Дрожащие руки расправляются с ремнем и ширинкой мужских штанов, и когда я собираюсь запустить ладонь внутрь, Джейме останавливает меня, взяв за запястья. Пожалуй, не так грубо, как мне того хотелось бы. Этот жест вынуждает меня поднять голову, и как только наши взгляды встречаются, мужчина впивается в мои губы, нетерпеливо и страстно. Его руки обхватывают мою талию, горячо прижимая к себе, и я заостряю все внимание на вожделении, проявляющемся в брюках Стоуна. Мой рассудок мутится в несколько мгновений.

Джейме торопливо стаскивает с меня верхнюю одежду, которая отправляется вслед за строгим пиджаком. В несколько секунд мы добираемся до моей спальни и, не включая свет, падаем на холодное атласное покрывало.

Моя рука все-таки юрко пробирается под исподнее мужчины, пока тот сладко целует мою шею, а затем и оголенную грудь, заранее расстегнув верхние пуговицы рубашки и сдвинув вниз ненужный теперь бюстгальтер.

Пальцами я с нажимом массирую его член, свободной рукой исследуя широкую спину, прижимая Джейме к себе. Дыхание Стоуна становится тяжелым и хриплым, его тело готово, как и мое, которое буквально трепещет и ноет. Брюнет отрывается от моей груди и принимается расстегивать мелкие пуговицы идеально выглаженной сорочки, пока я в неистовстве извиваюсь под ним, не в силах более ждать. Меня раздражает его медлительность, раздражает его…нежность.

Не выдержав, хватаю Джейме за рукав и притягиваю к себе.

— Не раздевайся, — полушепотом прошу я и покрываю его губы своими. Поняв, Стоун впопыхах снимает с меня джинсы вместе с нижним бельем, и я запрокидываю голову в наслаждении, когда его пальцы касаются моей промежности. С губ срывается яркий громкий стон.

— Ну же, — вновь прошу я, и через мгновение чувствую сладкое полное чувство внизу живота. Новый протяжный стон наполняет комнату, и я выгибаюсь в спине, ногтями впившись в спину напарника.

Мужчина начинает медленно двигаться, вжимая мое податливое тело в кровать, целуя мои лицо и шею, но мне кажется, будто Стоун непомерно далек. Я хочу почувствовать его силу.

Жадно прижимая к себе мужское тело, беру одну руку Джейме и заставляю того обхватить мое запястье, вжать в матрас, свирепо и неистово, но Стоуна хватает лишь на несколько секунд, после чего мужчина вновь принимается нежно ласкать меня, так осторожно и любовно, будто я сделана из хрусталя.

Смирившись, я прикрываю глаза и полностью отдаюсь воле Стоуна. К черту. Я должна быть благодарна себе хотя бы за то, что он вообще здесь.

Тонкие влажные губы касаются моего лба, а затем носа, нежно и ласково, и под закрытыми веками я вдруг вижу его — Райли Моллигана.

«…он любил целовать мое лицо: лоб, глаза, затем щеки — сначала одну, затем другую. Замыкали это действо губы и подбородок. Он делал это кратко, отрывисто, даже осторожно, будто…будто благословлял или благодарил меня…», — слова Крис сами собой всплывают в моей голове, и я с ужасом осознаю, что, продолжая лежать с закрытыми глазами, представляю себя с… Райли. Его язык касается моего, я явственно ощущаю, как мужские пальцы поглаживают мою грудь, сжимая затвердевшие соски между пальцев. И… как бы я ни хотела открыть глаза, я этого не делаю, продолжая отдаваться…сама не зная, кому — Стоуну или же…Моллигану.

Закончив, мы несколько минут в молчании лежим на помятой постели, покрытые испариной, тяжело и неровно дыша. В комнате темно, поэтому Стоун не видит моих ошарашено выпученных глаз, уставленных в потолок. Что еще за черт? Кожа становится гусиной от мысли, что я переспала со Стоуном, при этом представляя себе образ Райли. Какого…хера?

Не произнося ни слова, Джейме медленно поднимается с кровати и ступает к окну, открывает его нараспашку, и я с улыбкой вдыхаю свежий прохладный воздух, влетевший в комнату. Брюнет остается стоять возле окна, сложив руки на подоконнике, и я сажусь на кровати, вдумчиво разглядывая его полуобнаженное тело.

— Ты же понимаешь, что это просто секс? — настороженно спрашиваю я, пристально наблюдая за реакцией напарника.

Мужское тело напрягается, и до моих ушей доносится тяжелый вздох.

— Если ты так хочешь, — его шепот пробуждает во мне неприятное чувство стыда.

— Что значит, если я так хочу? — не понимаю я, заерзав на месте. — Только не говори, что ты..

— Я еще ничего не сказал, Ким, — спешит перебить Стоун, не давая мне сказать самого главного. — Тебя трудно разгадать. Я думал, что смог, но… теперь понимаю, что ошибся. Мне не хватило года, чтобы сделать это, — в его голосе слышится отчаянье, и я громко сглатываю. Не верю, что он всерьез. Он не может любить меня. — Должно быть, я не такой хороший психолог, каковым себя считаю, — повернувшись ко мне, он снимает с плеч измятую рубашку, оставаясь полностью нагим, и я невольно пускаюсь любоваться им. — Я могу хотя бы остаться до утра?