Фрэнсис Вилсон – Во всем виновата книга – 2 (страница 120)
Фрэн нажала на ручку, орудуя ею как рычагом, и наклонила тележку, отталкивая Кондора. Та опрокинулась набок. Вин пошатнулся и упал на нее сверху.
На него посыпались удары, он извернулся, вскочил, дал отпор.
Крикнул:
– Где гробы?! Где взрывчатка?!
– Я тебя раскусила! – взвизгнула Фрэн и запустила в него книгой. Удар пришелся в нос.
Но атаки не последовало.
Она ушла. Шакалиха Фрэн дала деру и теперь улепетывала по подземному тоннелю.
Мобильник, достань мобильник.
– Ким! – выдохнул он в ухо женщине, ответившей на звонок. – Будь осторожна: Фрэн, женщина моего возраста, – не бурая птица, а шакал, это она преследует тебя!
– Ничего не говори! Ты в читалке, верно? Оставайся на виду, но доберись до пункта контроля… Да… К библиотечному компьютеру… Найди базу данных сотрудников… Нет, ищи не такую-то Фрэн, ищи какого-нибудь Джереми!
Призрак Фрэн прошептал: «Я раньше работала с ним, на твоей должности».
На телефон пришло сообщение: номер кабинета/мастерской, какая-то нора в замке.
Ручкой директора по спецпроектам Вин набил цифры на запястье левой руки.
Отключил мобильник и, пошатываясь, двинулся по подземному тоннелю.
Находясь в лестничном колодце, открыл крышку своего древнего мобильника и набрал другой номер:
– Рич, это Вин, ты должен помочь кое-кому прямо сейчас! Охраняй ее. Скажи, что я послал тебя. В Адамсовском читальном зале. Зовут Ким, серебряное кольцо в губе… Думаю, ты ее замечал и раньше! И это хорошо, ты только… Ладно, а когда не смог подобрать нужных слов, то просто ушел, верно? Ну так вот, иди сейчас!.. Не волнуйся, никто не знает всего. Играй с теми картами, которые у тебя есть.
Он припустил трусцой по желтым тоннелям, как крыса, бегущая по лабиринту.
Щелчок магнитного ключа. Дверь распахивается.
В десяти шагах от порога этой подземной берлоги, рядом с верстаком, стоял Джереми, держа пульт, как волшебную палочку. За Кондором с грохотом закрылась дверь.
– Что тебе нужно? – спросил попечитель правительственного за́мка.
Попечитель, или опекун, как в романе, который пыталась изничтожить Фрэн, – в истории о сексе, психушке и о том, кто на самом деле псих.
– Гробы.
– Они уже здесь?
– А, – сказал Джереми, – ты о ящиках для книг, – и сделал шаг к Кондору. – Что тебя беспокоит?
– Есть кое-что, о чем ты не знаешь.
– Я знаю достаточно.
Слева от Джереми стоял прозрачный пластмассовый короб на колесиках с полудюжиной мобильных телефонов и распечатанным на цветном принтере объявлением на одной из стенок: «СТАРЫЕ ТЕЛЕФОНЫ ДЛЯ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫХ ЦЕЛЕЙ».
Один удар сердца. Два.
– Я не знал, что это ты собираешь мобильники для благотворительности.
– А что ты знаешь? – Джереми приблизился еще на шаг.
Голубые глаза Джереми прищурились, руки сжались в кулаки.
Безоблачное голубое небо над куполом американского Капитолия. На другой стороне улицы высится замок с зеленой металлической макушкой, высоченными стенами, колоннами и величественными лестницами, окнами, за которыми работают люди, фонтаном перед входом, где позеленевшие бронзовые греческие боги и богини флиртуют друг с другом и демонстрируют свою неукротимую волю.
Раскрыл карты:
– О тебе и Фрэн.
– Она всего лишь женщина, – сказал Джереми. – От нее, конечно, больше пользы, чем от осла, но она хуже поддается дрессировке. Склонна обольщаться. Как все женщины в этом Вавилоне, где они забыли свое место.
– О, мне нравятся все места, куда они могут пойти[90], – процитировал Кондор книгу, которую миллион раз читали испуганному малышу, что ехал темной ночью вместе с матерью на автобусе по Техасу. – А где Фрэн взяла те два гроба – ящика, в которых вы с ней тайком провозите сюда взрывчатку?
– Где-то. Это ее глупый крестовый поход.
Джереми снова шагнул вперед.
Кондор мягко двинулся по кругу, в обход противника, согласно боевому стилю багуа.
– Она подкупила тебя, – предположил Кондор, а Джереми тем временем повернулся на месте, чтобы не дать седому зайти себе за спину.
– Она поддержала деньгами Божью волю.
– Фрэн считала, что дает деньги своему Богу. И ничего не знала о твоем.
– Мой Бог – единственный Бог.
– Все так говорят.
Кондор сделал ложный финт. Джереми уклонился: он боксер-панчер[91] – может быть, из додзё[92] в торговом центре или часами просматривает на YouTube ролики звезд-джихадистов, которые демонстрируют своим неумелым подражателям – доморощенным братьям по вере – способы перерезания глоток от святых воинов ислама.
– Рейки! – сказал Кондор. – На днищах ящиков. Усилительные планки, они прикрывают узкие щели. Где-то снаружи после выгрузки книг вы набиваете в них С-четыре – кремовый цвет на фоне дерева выглядит как клей, если заинтересуется охранник на входе. Ящики проверяют выборочно, вы использовали только два, и даже если кто-то их осмотрит, ничего не заметит. Фрэн платила тебе, чтобы ты оставлял у себя пару ящиков до отправки к месту назначения. Ты мог спокойно возиться с пустыми гробами и выскребать из щелей то, что вы туда набили. Потом ты передавал ей пустые ящики, она возвращала их с тем, до чего вам нет дела, и гробов снова становилось столько, сколько надо.
– Молодец, ковбой. – У Джереми был характерный слабый акцент уроженца Огайо, выросшего у одноименной реки. – Ты станешь свидетелем гибели Великого сатанинского храма еретической мысли.
– О-о-о! Тебе что, сценарий по почте прислали?
– Думаешь, я настолько беспечен, что позволю АНБ[93] засечь мои контакты с истинными братьями на Ближнем Востоке, прежде чем я докажу, что…
Бросок. Джереми кинулся, Кондор увернулся влево – вправо, – нанес встречный трехтактный удар змеи из арсенала приемов Син-И[94].
В лицо ему прыснули из перцового баллончика.
Святой воин саданул кулаком в живот седовласому.