Фрэнсис Вилсон – Перекрестья (страница 92)
— Дай выход на верхние камеры. Посмотрим, куда направился наш бедняга.
Круз сноровисто справился с задачей, пустив в ход и мышку, и клавиатуру. Но по мере того как он работал, брови его сходились на переносице, а на лице проступало удивленное выражение.
Дженсену оно не понравилось.
— В чем дело?
— Не могу его найти.
— Значит, он покинул этаж.
Круз нажал клавишу под одним из экранов.
— Но не на лифте. Они на месте.
— Проверь двери на лестницу.
Дженсен лихорадочно соображал. Каждый этаж имел выход на лестницы с северной и южной сторон, но все двери были под наблюдением. Просто подняться по лестнице на двадцать второй этаж было невозможно: он был перекрыт стальной дверью, которая открывалась только специальным пропуском.
— Никаких данных, что какая-то из них открывалась.
— Так перемотай запись, черт возьми. Посмотрим, куда он двинулся, когда вышел из лифта. Нет, подожди. Сначала дай лифт.
Компьютер системы безопасности, как гигантская копилка, хранил в себе на огромном жестком диске все данные наблюдений, и их в любой момент можно было просмотреть.
Стоя за спиной Круза, Дженсен наблюдал, как он бегал по системе мониторинга. В будочке охраны, как раз под стойкой, по дуге располагались восемь небольших экранов. На любом из них можно было прокрутить данные с каждой из камер слежения.
— Он на восьмом экране, — сказал Круз.
На нем вспыхнуло черно-белое изображение кабины лифта. В верхнем левом углу мигала надпись «Лифт 1», а в верхнем правом шел отсчет времени на циферблате. Камера показала склоненную лохматую голову человека в вязаной шапочке, который разглядывал свою обувь. Дженсен видел лишь краешек бороды, но лицо оставалось неразличимым.
Судя по часам, Роселли вышел из лифта на двадцать первом этаже в 11:22:14. Что-то в его манере держать голову смущало Дженсена. Впрочем, тут не было никаких проблем. Другие камеры отлично покажут его с головы до ног.
— Прокрути-ка камеры на этаже до 11.21.
Круз сделал это, и Дженсен просмотрел данные со всех точек наблюдения на двадцать первом этаже.
Ни в одной из них Джон Роселли не появился.
Круз затряс головой, когда второй раз прогнал данные всех камер.
— Это невозможно! Что-то не в порядке!
Дженсен продолжал рассматривать двери лифта.
Нет, о невозможности тут говорить не стоит. В каждой системе наблюдения есть мертвые зоны. И это неправильно. Потому что любой, кто пользуется этим лифтом, может воспользоваться оплошностью системы. Но Дженсен сомневался, что Джон Роселли имел намерение воспользоваться ею или знал, как это сделать.
И тут его поразила мысль — потрясла, словно удар копытом в солнечное сплетение.
Роселли. Этот парень Фарелл-Амурри-Робертсон видел его во время прогулки по храму... попытался заговорить с ним... даже задавал вопросы о нем...
Он ли это? Но даже в этом случае Дженсен не мог понять, что он надеялся найти на двадцать первом этаже.
А ведь есть еще и этаж наверху...
— Эти лифты — они ходят до двадцать второго?
Круз посмотрел на него:
— Каким образом? Мистер Брейди, уходя...
— Проверьте, не проник ли Роселли туда.
Круз взялся за мышку.
— Нет, сэр. После мистера Брейди на этаже два-два никого не было.
Дженсен облегченно вздохнул. И тем не менее...
Что, если этот Фарелл-Амурри-Робертсон как-то завладел карточкой Роселли? И что, если он нашел путь на двадцать второй?
Дженсен ругал Брейди за то, что тот не позволял взять под наблюдение двадцать второй этаж. Он понимал его — ведь, в конце концов, Брейди сам жил там, — но в системе безопасности зияла огромная прореха.
— Позвони Роселли домой. Проверь, там ли он. И если он на месте, спроси, при нем ли пропуск.
— Но... — начал Круз — и замолчал. — Все понял. — Он набрал номер, прижав трубку к уху, долго ждал ответа и наконец положил ее. — Никого нет. Даже автоответчика.
О'кей. Значит, наверху, скорее всего, Роселли. Он мог выйти из лифта, сесть прямо перед дверями и покончить с собой — нож, яд, да что угодно...
Но снова та же мысль — возможно, всего лишь возможно, что это кто-то другой.
— Я поднимусь посмотреть.
— Я с вами, сэр.
— Нет. Ты охранник.
В любом случае, ждет ли его там мертвый Роселли или живой таинственный тип — Дженсен хотел проверить это сам.
Но он надеялся — нет, он просто
Джек нажал кнопку под крышкой стола Брейди. Когда на противоположной стене стали медленно раздвигаться створки дверей, он вытянул «беретту» из ящика стола, выщелкнул обойму из рукоятки и рассмотрел ее. Полная. Большим пальцем он вытолкнул три патрона — что было не так легко в латексных перчатках — и затолкал их в свою обойму. Затем отсоединил затворную раму, включая ствол и боек, и положил на стол.
Вытащив из-за пояса на спине свою только что приобретенную «беретту», он проделал с ней такую же операцию. Затвор своей «беретты» со стволом и бойком он поставил на пистолет Брейди, после чего вернул оружие в ящик и вставил затворную раму оружия Брейди в свою «беретту».
Вложив этот гибрид в кобуру, он подошел к появившемуся глобусу. Когда тот начал медленное вращение, автоматически стали мигать лампочки в тех местах, где были захоронены колонны. Неужели в каждом из этих мест кто-то погребен подобно Джейми?
Джеку захотелось разгромить глобус — разломать на куски, разбросать их, раздавить каждую из этих помаргивающих лампочек. Но он сдержался. Он не должен оставлять следов своего пребывания.
Он вернулся к столу Брейди, нажал кнопку, чтобы сдвинуть створки, и направился к лифтам. Раздвинув двери с помощью отвертки, он перебрался на скобы ступенек, закрыл двери и начал спускаться.
Он преодолел уже две ступеньки, когда услышал, как стали вращаться шкивы над головой. Посмотрев вниз, Джек увидел, как к нему приближается кабина лифта с цифрой "1" на крыше.
Наблюдая за ее приближением, Джек закусил губу. Как бы ему хотелось остановить ее на одном из нижних этажей. Но она ехала и ехала.
Брейди? Босс вернулся домой после своей педофильской оргии?
О'кей. Проблем не будет. Джек сделает то, что он и так собирался сделать.
Он может вернуться на Уровень Общения, провести там минут двадцать или около того, затем спуститься на лифте вниз и через холл выйти в реальный мир.
Дожидаясь, пока лифт пройдет мимо, Джек с ужасом заметил, что он замедляет ход, приближаясь к двадцать первому этажу... Но Брейди должен подняться к себе на двадцать второй?
Проклятье.
Он успел добраться до уровня дверей, когда лифт остановился, и приник к щели — надо увидеть, кто свалился ему на голову.
Когда перед глазами предстали черный мундир и блестящий шоколадный скальп, он с трудом подавил стон, прижавшись лбом к холодному металлу ступеньки.
Дженсен... какого черта Великому Паладину в этот час болтаться здесь?
Но вопрос исчез сам собой, когда он вспомнил изуродованный мизинец Джейми, торчащий из бетона, и его опалила вспышка багровой ярости. Вот тот подонок, что помогал живьем хоронить ее.
Разделавшись с Кордовой, Джек одновременно избавился от черной пелены, которая весь вечер стояла у него перед глазами, и спокойно, едва ли не отстраненно продумал порядок действий по отношению к Брейди. Может, дело было в том, что тот находился за много миль отсюда.
Но Дженсен... Джек планировал, что в конечном счете встретится с ним и посчитается за Джейми. И вот он здесь, в пределах досягаемости.
Но нельзя терять самообладания. Сейчас не время и не место. Поле боя принадлежит Дженсену. Как бы его ни корежило, Джек должен подождать. И на ходу все продумать.