Фрэнсис Вилсон – Наследники (страница 20)

Он подошел к машине, вытащил из щелки искусственный глаз, залитый искусственной кровью, и повторил, скорее себе самому:

— Идеально сработало.

Прямо как мальчишка. Мальчишка, который что-нибудь смастерил — деревянную машину, рогатку — и радуется, что оно в самом деле работает.

Джек подцепил кольцо в брови Джоуи, вздернул парня на ноги.

— Пошли, — толкнул он его к Алисии. — По-моему, леди не до конца верит. Покажи ей свой глаз.

— Верю, — сказала она.

Парень словно не слышал.

— Ну-ка, Джоуи, открой личико, покажи оба голубеньких глаза.

Тот разлепил окровавленные веки, открыв слезящийся, сильно раздраженный, но целый глаз.

— Хороший мальчик, — похвалил его Джек, развернул, толкнул туда, куда удрали два других обормота. — Иди догоняй друзей. — Минуту посмотрел вслед ковылявшему парню, потом обернулся к Алисии: — Я с вами свяжусь.

Помахал, повернулся, ушел.

Алисия не спускала с него глаз, надеясь, что он согласится помочь. Такого человека хочется иметь на своем углу ринга.

3

— Вон ты где!

Сэм Бейкер рассуждал вслух в пустой, кроме него, машине, разглядев крошку Клейтон. Несколько неприятных минут думал, что упустил.

Откинулся на спинку водительского сиденья, расслабил стиснувшие руль пальцы. Ныли плечи. Он даже не понимал, в каком был напряжении после приказания копа уехать.

Теперь можно успокоиться. Мы снова вышли на след.

Проследовав за ней от СПИД-Центра до Верхнего Вестсайда, он увидел, как она зашла в какую-то дыру, к какому-то Хулио. Нашел место, откуда хорошо видна дверь, приготовился к наблюдению.

Просидел всего пару минут, начиная запоминать номера стоявших вокруг машин, как явился тот самый коп. Оказалось, что выбранный наблюдательный пункт находится рядом с пожарным гидрантом. И хоть Бейкер пытался растолковать, что кое-кого поджидает, даже мотор не выключил, коп уперся:

— Проезжайте, или вас отбуксируют.

Выбора не оставалось.

Поэтому он сорвался, заколесил по улице, высматривая свободное местечко на законной стоянке. Дохлый номер. Хорошо в заскочить в бар, хлебнуть быстренько пива, глянуть, с кем она встречается, но нельзя рисковать буксировкой машины. Поэтому ехал и ехал, кружил по кварталу, ожидая, когда она выйдет.

Когда, наконец, заметил ее в дверях, успел проехать мимо бара. А когда тормознул посреди дороги, какой-то гад таксист взялся гудеть, будто со свадьбы ехал. Бейкер второй день разъезжает в белом, взятом напрокат «плимуте». Увидев, как малышка Клейтон поглядывала в пятницу в его сторону, побоялся, что засекла серый «бьюик». Не хотелось привлекать внимание к новой машине, поэтому снова пустился в объезд квартала и намертво застрял в пробке.

Уже можно расслабиться. Неизвестно, чем она занималась, пропав из вида, да кого это волнует? Он нашел ее практически там же, где потерял.

Зазвонил сотовый. Нетрудно догадаться, кто трезвонит, — за ним неусыпно присматривает араб, взбесившийся из-за взорванного адвоката девчонки.

— Да?

— Следите за женщиной?

— Прилип как банный лист к заднице.

— Не понял?

— Она в центре города. В данный момент такси ловит.

— Где была? Встречалась с другим адвокатом?

— В бар ходила.

— В бар? За спиртным?

— Хотите сказать, за выпивкой? — Чудно этот тип разговаривает. Араб до мозга костей, а по-английски говорит как настоящий британец. — Нет. По правде сказать, тут, по-моему, ничего нет для нас интересного. Встречалась, наверно, с дружком или что-нибудь вроде того.

— У нее нет никакого дружка.

Бейкер глянул на туго натянутую юбку малышки Клейтон, садившейся в такси. Симпатичная попка.

Не поверишь, что совсем одинокая. С виду хорошенькая. По крайней мере, насколько удалось разглядеть. Почти не красится, кожа упругая, могла бы сногсшибательно выглядеть. Однако...

Не лесбиянка ли? Ничего плохого тут нету. Вполне можно согласиться и на лесбиянку. Единственная их проблема, по его убеждению, в том, что они еще не встречали настоящего мужчину.

— Вам лучше знать, — буркнул Бейкер.

— Известно, с кем она встречалась?

— Не было возможности выяснить. Только не думаю, чтоб в такой дыре с адвокатом. — Бейкер чуть не добавил «хотя кто знает», но передумал.

Будем надеяться, черт возьми, не с адвокатом.

— Вам платят не за то, чтоб вы думали. Мне не нравятся результаты ваших раздумий.

Вон оно как. Впрочем, араб не стал развивать эту тему.

— Куда она направляется? — спросил Мухаляль.

— Возвращается на работу. Я рядом.

— Хорошо. Следуйте за ней, и больше ничего.

Бейкер нажал кнопку, отключился, двинул кулаком по рулевому колесу. Вспомнил о денежном потоке, который вот-вот хлынет, и по пути об этом раздумывал. Чертовски жирный гонорар, причем он заработал каждый до последнего поганого пенни, кушая все это дерьмо.

4

Ёсио Такита приканчивал второй буррито[8], держась за машиной Сэма Бейкера. Купил в каком-то «Бурритовилле». Никогда не слышал про сеть кафетериев быстрого обслуживания, но очень правильно сделал, что заглянул. Он облизнулся. Буррито называется «Возродившийся феникс». Очень вкусно. Фактически он еще не встречался с американским фаст-фудом, который бы ему не понравился. И совсем дешево. Дома в Токио потратил бы целое состояние на покупку таких продуктов, которыми торгуют в американских экспресс-кафе, рассеянных по всему городу.

Есть риск растолстеть, хотя, видимо, его система обмена веществ поглощает калории по мере поступления. Хорошо. При такой работе животик в тридцать лет не вырастет.

Вытер пальцы и губы салфеткой, взялся за руль обеими руками. Надо быть повнимательнее. Дело не в Бейкере, он не оперативник-наемник, способный в лучшем случае на грубую наружную слежку, не имея ни малейшего представления, что сам находится под колпаком. Проблема удержаться позади у светофоров. Когда следишь за кем-нибудь одним — совсем просто. Но когда сидишь на хвосте у Бейкера, который сидит на хвосте у женщины, получается досадно длинный хвост.

Недостаток стиля и изящества Бейкер с лихвой компенсирует безжалостной силой, как понял Ёсио, следуя за ним от адвокатского дома к Лонг-Айленду. Глядя на возню с машиной, думал, либо маяк ставит, либо жучок. Если бы догадался про бомбу, звякнул бы адвокату, предупредил.

Хватит уже смертей.

По сведениям токийской группы Кадзу, на которую он работает, из-за открытия или изобретения Рональда Клейтона погибли двести сорок семь человек. Несколько недель назад Ёсио был свидетелем гибели еще одного. Взорванный в прошлую пятницу Лео Вайнштейн довел общий итог до двухсот сорока девяти.

На первый взгляд совету директоров группы Кадзу известно не более, чем Ёсио. По крайней мере, такое они хотят произвести впечатление. Говорят, не знают, почему араб — Кемаль Мухаляль — так сильно интересуется Рональдом Клейтоном и его домом, хотя, если это стоило жизни большому количеству невинных людей, определенно должны были в выяснить.

Наверняка знают больше. Хотя номинально группа Кадзу — простая холдинговая компания, она могущественнее самого большого кейрецу. С глобальным размахом. Однако совет не имеет всех сведений, которые хотел бы иметь.

Поэтому, как всегда, когда требовалось тайно решить проблему, совет обратился к Ёсио и отправил в Америку за дальнейшей информацией. Хорошо, что среди других языков он бегло говорит по-английски. Здесь ему поручено стать глазами и ушами совета. Его снабдили набором дипломатических автомобильных номеров, чтобы уверенней себя чувствовал в городском трафике и на стоянках. Смотри, слушай, докладывай.

Послали его одного. Здесь и сейчас никакой поддержки, но в случае необходимости помощь придет за несколько часов.

Пока он ничего нового не узнал. Группа Кадзу терпелива. Всегда смотрит далеко вперед. Он пробудет здесь столько, сколько понадобится.

С немалым удовольствием. Очень вкусная еда. Ёсио взглянул на часы на приборной доске. Скоро придет время ленча. Невозможно дождаться.

5

Джек сидел у фасадного окна на втором этаже «Заезжаловки Пинки», наблюдая за лежавшей внизу Седьмой авеню. Потягивал из бутылочки ледяной персиковый чай «Снаппл» под гремевший из развешанных между колесными ступицами на стенах динамиков рок «Джингл белл»[9], приглядываясь к уличным толпам.

Толпы самые что ни на есть настоящие. Рождественские покупатели, школьные экскурсии, родители с закутанными детьми, ковылявшими следом за ними вроде неуклюжих утят, — все устремлялись от станции Пени по уже забитым народом улицам к универмагам «Мейси», «Шварц», «Уорнер», «Дисней», на рождественское представление в мюзик-холле «Радио-Сити». И это в понедельник. Обождем пика в среду.

В толпах мелькали рекламщики на боевых постах, торчавшие в потоке одетыми каменными столпами, увешанные красочными плакатами, которые предлагали все, начиная с жареных цыплят со скидкой в доллар до Полной Оптовой Распродажи и Девушек — в Голом, в Голом, в Голом виде!