Фрэнсис Вилсон – Кровавый омут (страница 62)

Джиа нахмурилась:

— Надо ли?

— Ну, этим объясняется моя уверенность, что в происходящих в доме событиях виноват я, а не ты.

Что-то пробормотало в глубине подсознания — вечно ты должен быть на первом месте, да? Нет. В большинстве случаев на первом месте быть не хочется, за исключением нынешнего. Нельзя — страшно — верить альтернативной версии Лайла, будто причина в Джиа. Она не должна иметь к этому ни малейшего отношения.

— Понимаю... но дело, по-моему... чересчур фантастическое. Впрочем, после сегодняшнего...

— Правильно, — подтвердил Лайл. — После сегодняшнего ты готова признать, что понятие о «чересчур фантастическом» разлетелось в пыль. Вернее, растеклось в кровь.

Чарли пристально смотрел на Джека.

— Что это еще за «иное»?

Джек отметил, что события в подвале несколько утихомирили младшего Кентона.

Подошла официантка с меню.

— Давайте сначала закажем, потом поговорим, — предложил он.

Джиа на него покосилась:

— Неужели после всего случившегося тебе хочется есть?

— Мне всегда хочется.

Меню было напечатано на двух языках, слева по-английски, справа по-арабски. Вместо овощей везде значились «овосчи». У Хасана подавали зелень, фалафель, хумус, тахини, баба-гануш, фатуш, лебнех, жареных кальмаров, печеные баклажаны, разнообразные кебабы — с бараниной, говядиной, курятиной — и еще какую-то непонятную «кофту».

Джек подтолкнул Джиа локтем:

— Что возьмешь?

— Чуточку хумуса с питой сумею переварить. А ты?

— Хочу чего-нибудь особенного.

Взглянув на его указующий перст, она охнула.

— Язык с бычьими яичками? Не смей!

— Ты же знаешь, я всегда стараюсь попробовать новенькое.

— Даже не думай!

— Хорошо, исключительно ради тебя, дорогая, отказываюсь от эпикурейского деликатеса. — Он в любом случае не собирался испробовать сексуально извращенное блюдо. — Пожалуй, удовольствуюсь кебабом с барашком.

Когда заказы были сделаны, Джек склонился над столом:

— Позвольте начать сначала. Это займет всего пару минут, терпение вознаградится. Прошлым летом некий сумасшедший индус привел в Вестсайдскую гавань пароход, полный невообразимых тварей, которые зовутся ракшасами. Злобные гигантские чудовища угрожали всему, что мне дорого. — Он взглянул в глаза Джиа. Твари чуть не погубили Вики и самого Джека. — Однако они оказались смертными, и я их убил.

Не всех. Один ракшаса выжил, о чем он умолчал.

— Решил, что дело кончено. Ничего подобного никогда в своей жизни не видел, тем не менее выбросил из головы и забыл. А нынешней весной понял, что эти существа не совсем земные.

— Не инопланетяне, надеюсь, — хмыкнул Лайл.

— Нет. Хуже. Разыскивая некую пропавшую жену, я столкнулся с чокнутыми, которые утверждали, будто в ракшасах сосредоточены все дурные человеческие качества. Кто-то взял похоть, алчность, ненависть, злобу и вложил в них в чистом виде без сдерживающих рычагов. Они — воплощение зла в энной степени.

— Бесы, хочешь сказать? — уточнил Чарли.

— Похоже на то.

— Кто их сотворил? Сатана?

— Нет. Иное.

— Все равно Сатана.

— Не согласен. Сатану легко понять. Он низвергся с небес из-за своей гордыни и теперь переманивает души у Бога, отправляя их в ад на вечные муки. Правильно?

— Ну, — кивнул Чарли. — Хотя...

— Ладно. — Джек решил не отвлекаться. — Мне пару раз растолковывали, а я все-таки не до конца понял. Вроде бы две гигантские невообразимые космические силы вечно ведут войну, цель которой — мироздание в целом. На кону стоит наш мир, другие миры, измерения, вообще бытие. Только не загордитесь, думая, будто наш мир имеет особую ценность. Это лишь крошечная частичка целого, не играющая большой роли. Но победитель должен получить все. Даже наше ничтожное захолустье.

— Ох, не надо мне рассказывать о Добре и Зле, — презрительно отмахнулся Лайл.

— Это было бы слишком просто. Насколько я понимаю, наш мир держит в кармане не добрая и не злая, а просто одна из сил. Лучшее, на что можно надеяться, — милостивое пренебрежение с ее стороны.

— Не ставь передо мной ложного бога, — пропел Чарли.

— Это не бог, а сила, процесс, состояние... — Джек беспомощно развел руками. — Не знаю, можно ли дать представление о столь чуждом и необъятном понятии.

— Как оно называется? — спросил Лайл.

— Никак. Одни зовут эту силу Союзником, хоть это не совсем верно. Она сделает для нас ровно столько, сколько потребуется, чтоб сохранить наш мир при себе. Больше даже пальцем не пошевельнет.

— А что такое Иное? Другая сторона?

— Правильно. Она тоже не имеет названия, хотя те, кто знает о ее существовании, назвали ее так, потому что там все иначе. Она существует по иным законам, желая, чтобы и мы по ним жили. А это физически и морально смертельно для нас.

— Я же вам говорю, Сатана! — вскричал Чарли. Лайл сурово взглянул на него, он выдержал взгляд брата и наставил палец на Джека. — Он про Сатану толкует, и ты это знаешь! Кончай выдрючиваться, согласись...

Уклоняясь от туманной дискуссии, Джек его перебил:

— Возможно, Иное породило представление о Сатане. Говорят, будто это вампир, стремящийся превратить Землю в ад. Наверно...

— А как все это связано с нынешними событиями? — спросил Лайл.

— К тому я и веду. Весной на тяжком опыте понял что создавшие ракшас силы Иного требуют, чтобы я головой расплатился за убийство тварей. Меня они не достали, но стерли с лица земли нескольких человек и огромный дом.

— Ага, помню, читал, — кивнул Чарли. — Где-то на Лонг-Айленде, да?

— В городке под названием Монро, — подтвердил Джек.

— Точно, — вспомнил Лайл. — Я хотел этим воспользоваться или хоть приманить новых клиентов. Однако меня опередил пяток других медиумов. — Он посмотрел на Джека. — Значит, ты?..

— Не я это устроил, — ответил тот. — Случайно оказался на сцене. Причем не один. Там присутствовали представители обеих сторон. Со стороны Иного некий Сол Рома. Не настоящее имя, фальшивое. Видимо, это главный агент. С тех пор я пару раз натыкался на анаграммы этого имени.

— На анаграммы? — переспросил Лайл. — Занятно. Вполне возможно, что в них зашифровано настоящее имя. Я читал, древние чародеи всегда скрывались под псевдонимами из опасения попасть во власть того, кому известно настоящее имя.

— По-моему, он просто в игры играет. Но если я когда-нибудь узнаю его настоящее имя... — Джек сдержался. — Ну ладно.

— У тебя зуб на того самого Рому? — полюбопытствовал Чарли.

С мыслью о Кейт пришла прежняя боль.

— И так можно сказать.

Он посмотрел на Джиа, она сочувственно улыбнулась, стиснула под столом его руку. Они часто говорили об этом в последний месяц. Она верит. Видела ракшас, поэтому вполне готова принять объяснения. А братья Кентон даже после нынешних событий считают его свихнувшимся.

— Вернемся к большой дыре в Монро, — глубоко вздохнул Джек. — На стороне Иного действовал Рома со своей злобной домашней зверушкой, на другой двое ребят, вроде как близнецов. Я очутился между ними, и близнецы собрались принести меня в жертву ради своей цели. Сразу стало ясно — «союзник» жалости не знает. Дело осложнилось, но кончилось благополучно. Мне удалось уцелеть, в отличие от близнецов.

— Слушай, — не выдержал Лайл, — все это очень интересно, только при чем тут наш дом?

— Сейчас дойдем. Недавно я получил предупреждение... от одного человека... что призван на службу другой стороне.

— Призван? — переспросил Лайл. — Хочешь сказать, твоего согласия не спросили?