Фрэнсис Вилсон – Гробница (страница 34)

Нелли смотрела на Джию, которая стояла перед зеркалом, примеряя платье для коктейлей. Оно было из розовато-лилового шелка и понравилось Нелли больше, чем те четыре, которые Джия примеряла до этого. Джия не скрывала раздражения из-за того, что приходится покупать платье на деньги Нелли. Но это было частью сделки, и Нелли настаивала на ее выполнении.

Такая упрямая девчонка. Нелли заметила, что Джия просмотрела все четыре платья, ища ценники и конечно же намереваясь купить самое дешевое. Но не нашла ни одного.

Нелли улыбнулась про себя. «Смотри сколько угодно, дорогая. Ценников здесь не бывает».

В конце концов, это всего лишь деньги. А что такое деньги?

Нелли вздохнула, вспомнив, что сказал ей отец о деньгах, когда она была еще совсем маленькой девочкой.

— "Когда у вас мало денег, вы только и думаете о том что можно на них купить. Когда же вы наконец приобретаете достаточно денег, то осознаете: самое главное действительно главное, нельзя купить ни за какие деньги — например, молодость, здоровье, любовь, спокойствие души".

Нелли почувствовала, как задрожали ее губы. Все состояние Вестфаленов не может вернуть ей дорогого Джона, возвратить Грейс.

Нелли повернула голову направо, где рядом с ней на диване сидела Виктория и читала сборник гарфилдских комиксов. После того как они получили утром посылку с конфетами, девочка стала необыкновенно спокойной. Нелли от души надеялась, что малышка не очень уязвлена. Она обняла девочку и прижала ее к себе. Виктория улыбнулась ей.

«Дорогая, дорогая Виктория. Даже не верится, что Ричард может быть ее отцом».

От одной мысли о племяннике она ощутила неприятный привкус во рту. Ричард Вестфален был ярким примером того, каким проклятием может стать для человека богатство. Посмотрите, что сталось с ним из-за того, что он унаследовал состояние своего отца в слишком юном возрасте. Поживи ее брат Тедди подольше, возможно, и Ричард был бы другим.

«Деньги!» Иногда ей просто хотелось, чтобы...

Но тут продавщица обратилась к Джии:

— Хотите еще что-нибудь примерить?

Джия рассмеялась:

— Да, еще штук сто, хотя это великолепно. — Она повернулась к Нелли: — Как ты думаешь?

Нелли внимательно осмотрела Джию, восхищаясь ее выбором. Платье было действительно превосходно! Чистота линий, цвет удивительно шли к белокурым волосам, а шелковые складки изящно облегали фигуру.

— Ты потрясешь всех дипломатов.

— Это классический фасон, сказала продавщица.

Так оно и было. Если Джии удастся остаться в своем шестом размере, она сможет надеть его и через десять лет и все равно будет нарядно выглядеть. Это вполне устраивало Джию. По мнению Нелли, вкус Джии в выборе одежды оставлял желать лучшего. Ей хотелось, чтобы Джия одевалась более модно. У нее была красивая фигура, отличная грудь, высокая талия и длинные ноги — словом, не женщина, а мечта любого модельера. И одежду она должна носить от лучших модельеров.

— Да, — сказала Джия, глядя в зеркало. — Это подойдет.

Платье не требовало доработки, его упаковали, и Джия покинула магазин с коробкой под мышкой. На Третьей авеню она поймала такси.

— Я хочу у тебя кое-что спросить, — сказала Джия вполголоса, когда машина тронулась. — Меня это мучает уже два дня. О наследстве, которое ты собираешься оставить Вики. Ты упоминала об этом, кажется, в четверг.

Нелли была несколько ошарашена этим вопросом. Неужели она говорила о завещании? Да-да, говорила. В последнее время она стала такой забывчивой.

— Что тебя беспокоит? — Заводить разговор о деньгах — так не похоже на Джию.

Джия застенчиво улыбнулась:

— Не смейся, но ты упомянула о проклятии, которое передается вместе с состоянием Вестфаленов.

— О, дорогая, — сказала Нелли с явным облегчением, — это всего лишь разговоры.

— Ты хочешь сказать, что ты сама это придумала?

— Нет, не я. Об этом что-то бормотал сэр Альберт, когда впал в старческий маразм.

— Сэр Альберт?

— Да, мой великий дедушка, который практически заложил основы нашего состояния. Это очень интересная история. В середине прошлого века у семьи были серьезные финансовые затруднения, не знаю какого рода, но думаю, это и не важно. Важно лишь то, что вскоре после возвращения сэра Альберта из Индии он нашел в погребе Вестфаленов старинную карту. Карта вывела его на огромный клад с драгоценностями, спрятанными еще во времена нормандского завоевания. Вестфален-Холл был спасен. Основную часть драгоценностей перевели в наличные, которые очень обдуманно вложили в дело, и за век с четвертью состояние значительно выросло.

А как же проклятие?

— О, не обращай внимания! Я не должна была даже упоминать об этом. Что-то о том, что линия Вестфаленов закончится в «боли и крови», о темных силах, которые явятся за нами. Но не волнуйся, дорогая! До сих пор все члены нашего рода жили долго и умирали естественной смертью.

Лицо Джии просветлело.

Очень приятно слышать.

— Тут и думать не о чем.

Но сама Нелли не могла об этом не думать. Проклятие Вестфаленов. Грейс, Тедди и она часто шутили по этому поводу. Но если верить некоторым рассказам, сэр Альберт до смерти боялся темноты. Свои последние годы он провел в окружении сторожевых собак, и в его комнате всегда горел камин, даже в самые жаркие ночи. Нелли задрожала. Да, легко шутить, когда ты молод и не знаешь, что такое потери. Но Тедди давным-давно умер от лейкемии, по крайней мере, не в «боли и крови», а скорее тихо угас, а Грейс — кто знает, где она? А вдруг за ней пришли «темные силы» и забрали ее? Возможно ли, что...

«Чепуха! Как можно пугаться бреда сумасшедшего старика, который умер сто лет назад?»

И все же... Грейс исчезла, и пока этому не было никаких объяснений. Пока не было.

Когда они подъезжали к Саттон-сквер, Нелли почувствовала: что-то должно произойти. Наверняка ее ждут какие-то новости о Грейс. Она со вторника не выходила из дому, боясь пропустить известие о сестре. Но сидеть безвылазно дома — все равно что следить за закипающей кастрюлей: ни за что не закипит, пока не отвернешься. Может, и здесь то же самое. Пока Джия расплачивалась с шофером, Нелли поспешила к двери и позвонила. Ожидая, пока откроют дверь, она непроизвольно сжимала руки в кулаки.

«Грейс вернулась! Я знаю это! Я просто уверена!»

Но надежды рассеялись, когда она увидела хмурое лицо Юнис.

— Что-нибудь слышно?

Можно было бы и не спрашивать. Юнис грустно и медленно покачала головой, подтвердив то, что та уже и сама поняла. Нелли почувствовала себя совершенно опустошенной, как будто из нее вышла вдруг вся энергия.

Джия с Викторией уже подошли к дверям.

Нелли повернулась к ней:

— Я не смогу пойти на прием.

— Ты должна, — сказала Джия, обнимая Нелли за плечи. — Ты представляешь, что скажут эти сверхэлитарные представители британского общества, если тебя не будет? И что подумает сэр Альберт, если ты будешь сидеть и хандрить?

Нелли была признательна Джии за ее поддержку, а вот на то, что подумает сэр Альберт, ей, честно признаться, наплевать.

— И что я буду делать с этим платьем? — продолжала свое Джия.

— Платье — твое, — мрачно сказала Нелли. У нее не было сил притворяться.

— Нет, если мы не пойдем на прием, я тотчас же верну его в «Ла Шансон».

— Так не честно. Я не могу идти, разве ты не видишь?

— Нет, вовсе не вижу. А знаешь, что подумала бы Грейс? Она хотела бы, чтобы ты пошла.

«Так ли это?» — задумалась Нелли. Зная Грейс, она была уверена, что сестра действительно хотела бы этого. Грейс была из тех, кто всегда держит марку. Как бы тебе не было плохо, нужно выполнять свой общественный долг. И никогда, никогда нельзя показывать своих чувств.

— Сделай это для Грейс, — сказала Джия.

Нелли выдавила из себя улыбку.

— Очень хорошо, мы пойдем, и могу гарантировать, что мнение «сливок общества» играет в этом последнюю роль.

— Ты правильно решила. — Джия еще раз обняла Нелли и заторопилась на кухню — Виктория просила ее порезать апельсин. Джия спешила к дочери, оставив Нелли в вестибюле одну.

— Как я справлюсь без нее? Грейс и Нелли, Нелли и Грейс...

Они всегда были вместе. «Как я теперь без нее?»

Чувствуя себя очень старой, Нелли стала подниматься по лестнице в свою комнату.

Глава 8

Нелли забыла сказать Джии, в честь кого устраивается прием. И Джия так никогда этого и не узнала. Ей показалось, в честь какого-то нового начальника, прибывшего в миссию.

Прием, как пи странно, оказался вовсе не таким скучным, как она ожидала. Он состоялся в «Харлей-Хаус», в двух минутах ходьбы от Саттон-сквер. Даже Нелли, казалось, немного развеселилась, хотя и не сразу. Первые пятнадцать минут, или около того, дались пожилой женщине с трудом, потому что ее сразу окружила толпа людей, они расспрашивали ее о Грейс и выражали соболезнование. Все они были членами неофициального клуба богатых англичан, живущих в Нью-Йорке, своего рода «колонией в колонии».