Фрэнсис Кель – Ренессанс (страница 43)

– Держись от него подальше, – огрызнулся Хитклиф.

– С радостью. Будь моя воля, я бы вообще не связывался с чистокровными.

Он вдруг усмехнулся, как будто я удачно пошутил:

– Я бы тоже.

Я удивлённо посмотрел на него. Это издёвка или что? Хитклиф всё так же сидел на полу, уставившись в одну точку. И выглядел он серьёзным, даже угрюмым.

– Мне пора, – зачем-то проговорил я и направился к дверям.

– Стой! – отчаянно раздалось за спиной.

– Ну, что ещё?

– Пожалуйста, не говори никому про то, что я приёмный. – Он поднялся и подошёл ближе.

– Конечно, Готье, само собой. – Я изобразил сочувствие, а потом расхохотался. – Ты бы себя видел! Ты что, с луны свалился? «Чистота крови», бла-бла-бла, помыслы… Я низший, а значит, мне всё равно нет веры.

– Бред всё это, – вдруг перебил он.

– Что именно? – Я опять растерялся.

– Да всё! «Чистота крови – чистота помыслов»… – процедил Хитклиф.

Я озадаченно молчал. Он приблизился ещё на пару шагов.

– Послушай меня, Джером. – Мы встретились глазами, и он постарался смягчить тон. – Я знаю, что нам не найти общий язык и ты меня терпеть не можешь…

– Мягко сказано, – закатил глаза я.

Хитклиф устало вздохнул и продолжил:

– Я не враг и не желаю тебе ничего плохого. Мне жаль, что тебя тогда уволили…

Я чуть было не ляпнул: «Откуда?» – и тут же вспомнил, что в первую нашу встречу разыграл сцену. Надо же, он помнил об этом, когда я сам уже запамятовал.

– Правда. Будь у меня возможность, я бы помог тебе с работой. Если ты никому не расскажешь о том, что сегодня сказал Гедеон, я буду тебе должен.

– Хм. – Я задумался. – И что именно ты мне будешь должен?

– Всё, что захочешь. Всё, что я смогу сделать.

– Ты это серьёзно? – изумлённо спросил я, на что он уверенно кивнул. – Кому ты решил довериться? Низшему? Смешно.

– Я доверяю тебе, – всё так же мягко сказал Готье. – Мне нет никакого дела до статуса – низший или чистокровный.

Я, сам не зная почему, вспылил. Этот разговор выбивал меня из колеи.

– Проверь голову, Хитклиф. Тебе, кажется, мозги отшибло. Мне плевать на твои секреты, и уж тем более хранить я их не буду. Поступлю, как сочту нужным.

– Джером… – опять начал он, но я перебил:

– Ты не должен мне доверять, тупица! – Теперь уже я разозлился не на шутку. – Да кому я говорю… Ты в своём уме? Я тебе ничего не должен!

– Зато я буду у тебя в должниках, – напомнил он. – Чего тебе надо? Денег?

– Иди на хрен, Хитклиф!

Хотя, если быть честным, деньги – не такой уж и плохой вариант.

– Посмотри на это с другой стороны. Разве часто так бывает, что чистокровный обязан чем-то низшему? А я буду обязан.

– Я не могу понять, ты или тупой, или очень умный.

– Как тебе удобно думать. – Хитклиф улыбнулся.

– Тупой, – заключил я, но он не обиделся.

– Я не ожидал другого.

– Мне нужно подумать.

– О чём?

– Сливать всем, – проворчал Джером, – что ты приёмный, или нет, тупица.

– Кретин, – весело парировал он.

– Я ещё не согласился.

– А мне кажется, что уже. – Он лыбился с довольным видом, раздражая ещё сильнее.

– Ни фига, – проворчал я, отвернувшись.

– Тогда я просто оптимист.

– Ты отбитый на голову, – огрызнулся я устало.

– Зато я никому пока не сказал, что низший живёт по поддельным документам в центре, – как бы между прочим бросил Готье.

Я охнул:

– А вот это уже шантаж.

– Ой, Джером, как ты мог такое подумать?! – театрально заморгал он.

– А ты не так уж и туп, – угрюмо добавил я.

Хитклиф хотел меня обдурить, а когда не вышло, применил тяжёлую артиллерию? Я впервые посмотрел на него чуть другими глазами: может, с виду он наивный, но с ним нужно быть начеку.

– Повторюсь, я не желаю тебе зла. Я мог сдать тебя в любое время, но молчал.

– Если ты сдашь меня, то сдашь и Скэриэла, и Эдварда. Они меня укрывают здесь.

– Мне бы не хотелось создавать вам всем проблемы. Поэтому, – Хитклиф протянул руку, – ты молчишь обо мне. Я молчу о тебе. По рукам?

Я с сомнением смотрел на его ладонь и прищурился.

– А ты мне всё ещё будешь должен? Или аттракцион невиданной щедрости закрылся?

– Я всё ещё буду тебе должен. Я ведь обещал.

– Слово чистокровного ничего не значит.

– Может, чистокровного и не значит, а вот моё слово – да.

Вот же брехня. Он может сейчас пообещать хоть горы свернуть, никому из чистокровных нет веры. Но посмотрим, что из этого выйдет. В любом случае я знаю его большой секрет. А он, к сожалению, знает мой.

– Тогда по рукам. – Я сжал ладонь чуть сильнее, но Готье не подал виду.

– Мы друг друга сегодня не видели, – серьёзно произнёс он. – И я ничего не знаю про вашу со Скэриэлом подработку.

– Договорились. Я выхожу первым. Ты через десять минут после меня.

– А наш сигнал: два коротких удара и один длинный?

– Чего?