Фрэнсис Кель – Ренессанс (страница 38)

По мере того как глаза привыкали к темноте, накатившая волна паники постепенно сходила. Я медленно приподнял голову и часто задышал. Скулу свело от боли. Наверное, я неудачно упал, ударился лицом. Попытался встать – не вышло. Без помощи рук сделать это было сложно. Кажется, меня вырубили электрошокером на пороге, затем приволокли куда-то и нацепили наручники. Проклятье… это в духе людей мистера Эна.

Я неуклюже повернулся, ложась полубоком, чтобы не переносить вес тела на руки, сцепленные за спиной. Тут же я увидел её – полоску света из-под двери. Я обрадовался, ведь за секунду до этого вдруг стало действительно страшно: что, если непонятный тип бросил меня куда-то в подвал? Но свет моментально развеял мои опасения. Значит, позади меня, скорее всего, окна. Просто плотные шторы не пропускали лунный свет.

Сколько я так лежал? Ориентироваться в пространстве было всё ещё трудно. Я прислушался: никакого шума чужих шагов. Вгляделся в полоску света: никаких тревожных теней по ту сторону двери. Тогда, задержав дыхание, как перед прыжком, я начал медленно подниматься. Он ещё здесь или уже ушёл? Если здесь, то что задумал? Убить меня? В глазах слегка двоилось, руки совсем онемели.

Я ругал себя за то, что не закрыл ворота раньше. Может, тогда бы ничего не произошло. Этот тип бы не смог приблизиться и ударить электрошокером через толстые прутья. Всё моя вина. В Запретных землях нельзя так расслабляться.

Над головой раздался глухой скрип. Я замер и поднял голову, словно мог увидеть чужака. Он на втором этаже, прямо надо мной. Чёрт.

Чёрт, чёрт, чёрт.

Нужно было связаться со Скэриэлом или Эдвардом, но мой телефон остался наверху. Я подошёл к двери, вновь прислушался. Тишина. Ещё и руки скованы… Если не освобожу их, то не смогу остановить этого типа.

Я дотронулся пальцами до запястья – к этому времени онемение прошло, осталось лишь лёгкое покалывание ниже локтя – и наткнулся на что-то тонкое, плотное.

– Чёрт возьми, – с облегчением выдохнул я.

Это были не наручники. В жизни так не радовался тому, что мне сковали руки пластиковыми стяжками. Дёшево и сердито. Если правильно всё сделать, то их можно снять. Нужна лишь твёрдая поверхность, о которую я смогу ударить запястьями, чтобы порвать стяжку и освободиться. Но сначала – где бы взять хоть немного света?

Я пошёл в сторону окон – шаг за шагом, медленно, словно имел вагон времени. Наконец что-то мягкое коснулось моего лба. Шторы? Я помотал головой, пытаясь отодвинуть их. Лунный луч на секунду ослепил. Я был на верном пути. Вцепившись зубами в ткань, я потянул её в сторону.

За окном стояла глубокая ночь или это только казалось? Я огляделся и заметил очертания мебели. Я сам её покупал. Это окончательно успокоило. Чужак оставил меня в зале справа от входной двери. Надо мной комната Скэриэла. В другом конце моя комната и кабинет Эдварда.

Луна освещала только маленькую часть зала. У дальней стены темнели шкафы, значит, слева от них – четыре стола. Я мог дойти до остальных окон, отодвинуть шторы, найти выключатель – прямо у двери, но боялся, что привлеку внимание чужака. Стоит ему выглянуть в окно, и он увидит свет внизу. Слишком рискованно. Пусть лучше думает, что я всё ещё без сознания.

Пройдя по светлому участку зала, я замедлился. Нужно быть осторожнее. Не хватало ещё упасть в самый ответственный момент. Я снова ничего не видел, шёл вслепую, а задев что-то крупное, чуть не упал. Стул. Сделал ещё шаг и ударился коленом. Твою ж мать. Стол. Он оказался ближе, чем я думал.

Я повернулся, пригнулся и ударил запястьями. Ничего не вышло. Пройдя вдоль стола, пальцами нашёл угол. Попытался ещё раз. Нет. Пластиковые стяжки впивались в кожу при каждом резком движении. Ещё раз. Бесполезно. Я, видимо, прикладывал недостаточно сил.

Скрип над головой повторился. Тот тип всё ещё что-то искал в комнате Скэриэла. Не найдя это, он мог вернуться за мной. Я в сотый раз порадовался, что здание старое, поэтому что-то где-то ещё скрипит. Раньше это бесило, но не сейчас. Я понадеялся и на то, что стены достаточно толстые. Хоть бы чужак не услышал шума, с которым я пытаюсь освободиться.

– Давай, идиот, ты сможешь, – жёстко прошептал я себе, зажмурился и со всей силы ударил по столу, стискивая зубы.

Плечи дрогнули от боли, когда я смог освободить руки. Кисти гудели. Я потёр их, с наслаждением разминая; кажется, даже почувствовал, как кровь бежит по жилам.

Направившись было к двери, я вновь замер и прислушался. Я не услышал чужака, но и сидеть здесь дальше было бессмысленно. Он мог вернуться в любую минуту. У него электрошокер, а может быть, ещё и нож или пистолет.

Тихо, насколько возможно, я приоткрыл дверь. В холле не оказалось никого. На лестнице тоже. Я вышел и, оглядевшись, убедился в своей догадке: незнакомец что-то искал. В других комнатах двери были нараспашку, внутри – сущий бедлам. Книги, журналы, настольные игры – всё валялось на полу. Этот тип шёл прямо по ним, ломая корешки, сминая коробки. Удивительно, как он не разрушил зал, в котором бросил меня.

Я подошёл к лестнице и поднялся на три ступеньки, опираясь на стену и прислушиваясь. Он с кем-то говорил. Кажется, по телефону, иначе мне крышка, если их двое. Я слышал только отзвуки его низкого недовольного голоса. Я поднялся ещё на три ступеньки, но всё так же не мог разобрать ни слова.

Спустившись обратно, я встал у входной двери и попытался собраться с мыслями. Можно было бросить всё так. Просто сбежать, ни во что не ввязываясь, – мало ли кто к нам явился? Но нет. Это ведь и мой дом. Я вложил сюда много сил, а этот сукин сын пришёл и вырубил меня, точно сосунка. Какого чёрта? Нужно добыть какое-нибудь оружие, остановить его, а затем связаться со Скэриэлом. Пусть сам решает, что делать дальше.

Я опомнился, услышав приближающиеся шаги: мужчина вышел к лестнице. Времени мало. Бежать или защищать свою территорию? Выбор сейчас казался очевидным. Я огляделся, схватил металлическую подставку, стоявшую у дверей, вытащил зонт и бесшумно положил рядом. Голос стал громче и злее:

– Говорю же, ничего. – Мужчина выслушал ответ и проговорил: – Я всё обыскал! Ни сейфа, ни тайников. Денег здесь нет. – Он остановился на лестнице. – Ты меня за новичка держишь? Ах ты ублюдок, вот сам бы и тащился в эту дыру!

Я сильнее сжал подставку в руках и встал у начала лестницы за углом.

– Мне похер, что там тебе Тони наплёл! Если парень прячет деньги здесь, то я их не нашёл. Пусто, ты меня понял? – Он снова начал спускаться, останавливаясь через каждые два шага. – Да какого хрена, я к тебе в обслугу не нанимался! Если Тони дал тебе задание надрать парню жопу и найти деньги, так и займись этим! Что ещё за херня? А ты думаешь, у меня много свободного времени, чтобы всякими сопляками заниматься?

Я молился, чтобы он закончил разговор раньше, чем спустится. Он был уже рядом, продолжая ругаться. Я держал подставку, готовый к удару.

– Да пошёл ты, мудила! – рычал он. – Что слышал! Ты меня запугивать решил? Думаешь, я больше себе работы не найду? Да в Запретных землях её навалом. Грабь любого. Ты, сука, кто ещё такой? Я всё сказал. Пошёл ты на хер вместе со своим Тони!

Увидев его ногу, я замахнулся. Удар был таким мощным, что мужчина упал на ступеньки, а телефон вылетел из рук. Я услышал, как на том конце орут матом, и подумал, что лучше просто сбросить звонок.

Мужчина растянулся на ступеньках, схватившись за голову, и что-то простонал. Я отшвырнул телефон, поднялся выше и ещё раз ударил его по голове. Он застонал снова, но уже тише. Я ударил сильнее, желая, чтобы он просто заткнулся. Его тело дрожало, и казалось, что он вот-вот поднимется, поэтому я занёс подставку снова. И снова.

От череды ударов его голова превратилась в кровавое месиво. Я проломил ему череп, лицо было не узнать. Он давно уже не стонал и не двигался. Кровь стекала по ступенькам, образуя большую лужу внизу. И наконец я замер.

Я убил человека.

Подставка выпала из рук и с грохотом покатилась по лестнице. Кажется, этот звук слышала вся улица. Мои ноги и штанины были в крови. Я поднялся выше, осматривая всё это: труп, лестницу, кровавую лужу.

– Твою ж мать, – выдохнул я. – Мне это ещё отмывать.

Я тяжело опустился на ступеньки, вглядываясь в лежавшего у моих ног мужчину. Пару минут назад он дышал, разговаривал, ссорился с кем-то по телефону. Теперь это просто окровавленный, изуродованный труп. А я переживаю только о том, что мне ещё драить лестницу и пол. Да что со мной? Когда я успел так измениться?

Руки задрожали. Нужно позвонить Скэриэлу. Нужно закрыть ворота. Что, если Райли или кто-то ещё придёт, а тут всё в крови? Нужно что-то делать, но я только и мог, что сидеть и смотреть на дело своих рук.

– Я поступил правильно, – повторял я самому себе.

Я защитил свой дом. Защитил то, что важно для Скэриэла. То, что важно для него, становится важным и для меня. Это наша территория. Мы Союз проклятых. Наверное, этот мертвец ещё долго будет сниться мне в кошмарах. Но выбора у меня не было.

Первым делом я вышел на безлюдную улицу и закрыл ворота. Морозный воздух меня немного взбодрил. Вернувшись в дом, я собрал все ненужные тряпки, принёс таз с водой и начал отмывать кровь. Голову чужака замотал в пакеты, затем спустил его вниз и уложил на толстый слой газет и бумаги. Смыв кровь, поднялся и схватил телефон.