Фрэнсис Кель – Да здравствует принц! (страница 19)

Ах ты, чёртов мальчишка! Я хотел было замахнуться, но вовремя остановился. Унять внезапную вспышку гнева оказалось не так-то просто.

– Ну, – Отис направился к двери, – тогда без меня.

Он быстро взрослеет. Теперь его уже не заманить маленькой суммой. Я схватил телефон с бака и направился за ним.

– Две сотни. Моё последнее слово.

Отис развернулся, задумчиво пожевал губу и, шагнув ко мне, протянул руку.

– Три сотни и по рукам.

Вечером того же дня я сидел на чердаке жилого дома и ждал чистокровного. Мы договорились встретиться здесь, но прошло уже двадцать минут, а он всё не приходил. Я был весь как на иголках. Видеться с Люмьером лишний раз не хотелось, но избежать встречи я не смог. Я решил подождать ещё минут пятнадцать и свалить. В этот момент скрипучая дверь открылась, и на пороге предстал Люмьер Уолдин.

– Прошу прощения за задержку. Давно меня ждёшь? – с улыбкой спросил он, как будто мы договорились не о важном разговоре, а о пикнике на опушке леса. – Ты перекрасился? Тебе идёт, хотя прошлый цвет был не хуже.

Он снял капюшон и аккуратно поправил причёску. Светлые волосы чистокровного раздражали меня, но виду я не подал.

– В отличие от некоторых, я прихожу вовремя, – проворчал я в ответ, пропустив мимо ушей его комплимент.

– Мне жаль. Надеюсь, что смогу это как-то исправить. В следующий раз угощу тебя чем-нибудь в качестве извинений.

Скэриэл бесшумно появился из тени и, встав у чистокровного за спиной, приставил нож к его шее.

– Вот только неизвестно, настанет ли для вас, мистер Уолдин, этот следующий раз, – мягко произнёс Скэриэл.

К моему удивлению, на лице Люмьера не дрогнул ни один мускул. Он секунду-другую оценивал ситуацию, а потом растаял в улыбке, словно встретил близкого друга.

– О, какая честь, мистер Лоу. Мы как раз вас очень ждали. Не думал, что вы согласитесь к нам присоединиться, – весело проговорил Люмьер, медленно поднимая руки.

– Он тянет время. – Я достал пистолет из кобуры и направил на чистокровного.

– Сожмите кулаки, мистер Уолдин, не пытайтесь воспользоваться тёмной материей. Мы же не хотим залить здесь всё вашей кровью?

– Мне бы тоже не хотелось прибегать к грубой силе, – усмехнулся Люмьер, подчиняясь. – Я рассчитывал на более тёплый приём.

Казалось, это чистокровный завёл нас в ловушку. Чутьё подсказывало: что-то тут не так. Люмьер был студентом Пажеского корпуса – по слухам, застать их врасплох невозможно, но я надеялся, что приставленный к горлу нож собьёт с Уолдина спесь.

Скэриэл бросил на меня беглый напряжённый взгляд. Он тоже чувствовал подвох. Я продолжал целиться в грудь чистокровного, хотя головой понимал, что вряд ли выстрелю.

– Господа, зачем так грубо? – Люмьер словно издевался над нами. – Я всего лишь хочу лично с вами познакомиться, мистер Лоу. – Он выждал паузу и всё так же широко улыбаясь, спросил: – Или к вам лучше обращаться «мистер Хитклиф»?

10

– Господин Готье, давайте я вам по…

Только не это!

– Сильвия, пожалуйста… – Мне только и оставалось, что вцепиться в подол собственной футболки.

Домоправительница всё порывалась помочь с переодеванием. Она сделала ещё одну попытку подойти ближе. Я отошёл на два шага, тем самым ясно давая понять, что не готов сотрудничать. Не в этот раз. И не в последующие.

В первые дни я ещё нуждался в помощи, но теперь вполне справлялся сам, вот только Сильвия никак не могла этого понять. Когда я сидел сутками у себя, она заходила почти каждые полчаса. Стоило покинуть комнату, и она не спускала с меня глаз. Могла даже ранним утром заявиться, чтобы проверить, крепко ли я сплю. В её присутствии у меня уже начал нервно дёргаться глаз. Я чувствовал, что скоро достигну пика и стану огрызаться по поводу и без. Да и бандаж бесил неимоверно, хотя нужно признать, что он прочно фиксировал грудную клетку и восстановление ребра заметно ускорилось. Бернард, конечно, тот ещё ублюдок, но его отец, мистер Дон, настоящий профессионал своего дела, оперативно помог мне в больнице.

– Но вам же больно, позвольте помочь.

– Сильвия, прошу, – вымученно произнёс я. – Оставьте меня. Я справлюсь.

– Но…

– Не надо.

Стиснув зубы, я выставил руку, лишь бы остановить упрямую женщину. Сильвия буквально восприняла слова отца о заботе и теперь готова была кормить меня с ложечки, если бы я не пригрозил голодовкой в ответ на её выходки. Знай я, что меня будут так изводить, наверное, избил бы Клива чуточку сильнее, чтобы одной рукой он не отделался.

– Если вы меня стесняетесь, то, может, позвать Чарли? – примирительно предложила она.

– Всё в порядке, обойдусь без него.

Отлично, ещё и Чарли станет свидетелем моей беспомощности. Нет, я не готов раздеваться ни при Сильвии, ни при Чарли. У меня всего лишь ушиб ребра, и, чёрт возьми, с чувством собственного достоинства всё в полном порядке.

Гедеон внезапно появился в дверном проёме, позади Сильвии. Я чуть не вскрикнул: видеть его в своей комнате всё ещё было пугающим, и обычно ни к чему хорошему это не приводило. В последний свой визит он скинул Скэриэла с лестницы. С Сильвией, конечно, он так себя не поведёт, но, честно говоря, лучше быть начеку. Кто знает, что Гедеон задумал на этот раз. Не удивлюсь, если теперь он скинет со второго этажа меня.

– Сильвия, будьте добры, спуститесь за Габриэллой. – Сегодня его голос был на редкость доброжелательным. – Она в столовой, кажется, без присмотра. Наверное, опять играется с салфетками. Ей тоже пора ложиться спать.

В последнее время Габриэлла начала устраивать чаепития с игрушками прямо в столовой, создавая в комнате погром мирового масштаба. В голове не укладывалось, как это выходило у девятилетней девочки.

– Господину Готье нужно помочь переодеться и поскорее лечь спать. Завтра утром у него приём у мистера Дона в больнице Святого Августа.

– Не нужно помогать, – тихо вставил я.

– Я помогу Готье, – кивнул Гедеон.

Испуганно уставившись на него, я медленно добавил, обращаясь к Сильвии:

– А, впрочем, можем позвать Чарли.

Сильвия удивлённо посмотрела на меня.

– Я помогу, – повторил Гедеон, кажется, желая поскорее выпроводить её.

Сильвия устало вздохнула.

– Хорошо, я тогда спущусь к госпоже Габриэлле, – сдалась она, а я изо всех сил сдерживался, чтобы слёзно не начать просить её остаться.

Гедеон дождался, пока Сильвия выйдет, и закрыл дверь. Слава богу, что не на замок. Я так и застыл на месте, наблюдая за братом.

А день так хорошо начинался! В обед меня навестил Леон, чтобы узнать о самочувствии. Он привёз охапку цветов в большой корзине и пожелал скорейшего выздоровления. Про Клива я ничего ему не рассказал, но и Леон не лез с неудобными вопросами. Он всегда чётко понимал, когда следует остановиться и не переходить личные границы. Всё это меня удивляло, если вспомнить его детство. Прошло столько времени, а факт, что Леон был хулиганом, до сих пор не укладывался в голове. Тему Клива мы не поднимали, вместо этого обсуждали экзамены, выпускной, постоянные тренировки Леона, то, как нас достало неимоверное количество домашнего задания и всеобщая суматоха в лицее. Мы строили планы на весёлые деньки в Академии Святых и Великих, мечтали скорее переехать туда жить, – говорят, что там отличные комнаты, а кормят ничуть не хуже, чем дома. Наверное, это станет лучшим периодом в нашей жизни.

– Надеюсь, что Скэриэлу там понравится, – проговорил Леон, сидя на моей кровати.

– Надеюсь, что он сможет с нами поступить, – в свою очередь заметил я.

– Мы сделали всё, что смогли.

Несколько часов пролетели незаметно. Я даже немного расстроился, когда Леону позвонил дядя и напомнил, что пора возвращаться.

– Когда ты сможешь пойти в лицей? – спросил Леон в дверях.

– Мистер Дон сказал, что мне нужна как минимум неделя отдыха, а дальше он посмотрит на моё состояние.

– Близнецы тебя на днях навестят, они передавали привет.

Я тепло улыбнулся.

– Да, знаю, я списывался с Оливером утром. Он обещал завтра заехать.

Леон ушёл, пожелав мне как можно скорее распрощаться с рёберным бандажом. Я успел поужинать, прежде чем Сильвия активизировалась.

Оказавшись перед Гедеоном в одном бандаже, я нервно сглотнул. Лучше бы Леон не уходил. Надо было попросить его остаться на ночёвку, хотя прежде мы так не делали. Рядом с ним Гедеон не стал бы на меня нападать и вечер прошёл бы спокойно.

– Что с тобой случилось на этот раз? – требовательно спросил он.

– Было скользко. Я навернулся со ступенек и ударился всем телом.

Он пристально смотрел на меня.

– Там были скользкие ступеньки, – повторил я уже неувереннее.

– Готье.

Конец ознакомительного фрагмента.

Продолжение читайте здесь