Фрэнсис Хардинг – Свет в глубине (страница 50)
– Я дождусь твоего возвращения, – твердо сказал Квест. – Переживай за себя. Не за меня.
Глава 32
К тому времени как Харк поднялся на вершину холма, к каменной пирамиде, солнце уже клонилось к горизонту. Перед ним до самого моря расстилались зеленые и коричневые кустарники, кое-где под действием ручьев изрезанные черными утесами и ущельями. Вдалеке можно было различить скопление серых крыш вдоль береговой линии и тускло-бордовые стены аванпоста Лиги бдительности.
Дул северный ветер, донося слабый звон ударов металла по металлу. Видимо, внизу что-то сооружали или чинили. За деревней виднелась пришвартованная в бухте маленькая лодка, а вдоль причала темнела длинная тень, которая вполне могла оказаться необычайно длинной субмариной.
Если Харк в открытую спустится к деревне и покажет клочок бумаги первому встречному, вряд ли его пристрелят как вора или шпиона. Однако придется объяснять свое появление Вайн и, возможно, ему не представится шанса стащить ее записную книжку. Если он действительно намерен украсть ее научные заметки, нужно тайком пробраться туда. План был опасным и ненадежным, но другого выхода он не видел.
Харк вспомнил слова Вайн, когда та отдавала ему записку: «Найди одного из часовых и дай им это, чтобы они знали, что ты работаешь на меня. Стража найдет меня и приведет со склада». Пакгауз. Если повезет, окажется, что именно там она проводит исследования.
Одно здание на левой стороне лагеря казалось больше остальных. Его стены поблескивали болезненно-желтым цветом. Харк сполз в неглубокий сухой ров и начал пробираться вниз по холму извилистым маршрутом вдоль русла засохшей речушки. Чертополох и кусты можжевельника, росшие по берегам, вытянулись с человеческий рост, обеспечивая надежное прикрытие. Иногда ему мерещился шорох со стороны ущелья, но, когда он оглядывался, никого не было видно. В затылке, однако, свербило, и Харк воображал, как Джелт бесшумно крадется за ним по мелкому рву.
Солнце уже садилось, небо гасло, наливаясь цветом темной меди. Крик чаек, шум моря и лязг металла становились громче, и Харк пришел к выводу, что, должно быть, деревня легионеров близко. Он осторожно выбрался из рва и быстро пополз между двумя пятнистыми утесами. Всмотрелся и прямо под собой увидел узкую панораму аванпоста. Он почти добрался!
Ярдах в двадцати[38] вниз по склону обнаружилось большое белое здание, как он и предполагал. Отсюда можно было разглядеть заляпанный птичьим пометом металл крыши и облупившуюся краску. Здание было одноэтажным, зато длина достигала пятидесяти футов[39]. Справа от склада виднелась дюжина других зданий из кирпича грубого обжига, с соломенной крышей. Здания выглядели поспешно выстроенными времянками, как и две деревянные лачуги у самого причала.
Сумерки сгущались, но Харк смог различить двух человек, слонявшихся между лачугами. Время от времени они смеялись или переговаривались с кем-то. Кроме того, на дальнем конце деревни тоже наблюдалось некоторое движение вокруг голых стен строившегося здания. Похоже, лязг и звон доносились именно оттуда.
В лодке сидели два человека и, кажется, о чем-то беседовали. За ними чернела длинная, наполовину погруженная в воду тень, которую Харк заметил с вершины холма. Это действительно была субмарина, теперь это было очевидно. Мало того, в ее очертаниях было что-то знакомое. Три винта, линии черных плавников из закаленной стали… «Дитя бездны», субмарина, которая привезла Сокрытую Деву на Ледиз-Крейв! Сломанные весла заменили на новые, более светлого оттенка, не успевшего потускнеть. Разбитые задние панели выглядели так, будто их тоже починили. Неужели это и есть секретный проект Вайн?
«Это не мое дело. Мне нужно ее исследование о метках». Харк уже собрался поползти к складу, когда услышал, что кто-то справа откашлялся, а затем сплюнул. Харк замер и осторожно покосился в направлении звука. В тридцати футах на маленькой каменистой горке стояла небольшая пушка, к которой прислонился молодой человек, лениво жевавший табак. Грязный синий мундир и свинцовые пуговицы на кепи выдавали в нем члена Лиги. На коленях лежал мушкет.
Харк подобрал камешек и резким движением швырнул его туда, откуда пришел. Камешек с тихим шорохом приземлился в кустах. Из скрытого кустами рва вырвался вихрь испуганных птиц. Молодой человек вскочил и направил подзорную трубу в сторону склона. Харк воспользовался этим, метнулся к складу и прижался к западной стене, где часовой не мог его увидеть. Прокрался вдоль стены и заглянул за угол. Поблизости никого не оказалось, дверь склада была не больше чем в футе от него. Харк не задумываясь проскользнул внутрь и оказался в маленьком кабинете. Стены были заставлены книгами и полками, на столах валялись судовые журналы и наброски. На одной полке стояла батарея банок с глубоководными рыбами, замаринованными в мутной желтой жидкости. Слева была еще одна дверь, видимо, ведущая в другие помещения склада.
Харк едва не пропустил серую книгу, потому что она лежала на самом видном месте. После акробатического проникновения в музей и изматывающего спуска по склону холма он вообразил, что книга заперта в шкафу или спрятана на дне дорожного сундука. Но она лежала раскрытой на самом виду, на одном из письменных столов. Страницы были исписаны аккуратным почерком. Тут же был подробный рисунок перепончатой лапы.
Харк уставился на книгу, поднял, перелистал страницы. Посмотрел на рисунок глаза с двумя зрачками, шишковатый плавник на локте… Ошибки быть не может. Это именно та книга. «Я нашел ее. Нужно отнести ее Квесту». – «Нет. Я могу спасти Джелта». Харк смотрел на книгу, ожидая, что почувствует радость. Он сделал все, что в его силах, и вот наконец раздобыл ее. Почему же легкие были словно пусты и переполнены воздухом одновременно? Книга в его руках казалась тяжелее свинца, и мысль о том, что придется подниматься вверх по склону, вызывала усталость.
«Нет, не могу, – неожиданно подумал он. – Я не могу его спасти». Редкие крики чаек снаружи вдруг сменились сумасшедшим гвалтом, словно птицы пытались заглушить его мысль. «Нет, нет, нет, нет!» – казалось, вопили они. Только услышав хруст гравия, он понял, почему встревожились птицы.
Харк подскочил к другой двери, открыл и скользнул в темноту. Закрыл за собой дверь как раз в тот миг, когда входная дверь распахнулась. Несколько секунд он стоял неподвижно, прижав ухо к двери. В кабинете раздавались мужские голоса. Харку удалось разобрать отдельные слова: «…придерживается одной истории… уверяет, что ничего не знала… если мы сделаем так, это может послужить уроком ее банде…»
Звучало все довольно зловеще, но вновь прибывшие по крайней мере говорили не о нем. Однако они не спешили уходить. Он услышал скрежет ножек стула. «Если они и дальше собираются тут болтать, придется искать другой выход», – подумал он и оглянулся, часто моргая, чтобы глаза привыкли к темноте. Слабый свет пробивался из восьми маленьких стеклянных, вставленных в крышу окон. Харк сумел разглядеть сумрачное, захламленное помещение, оно было гораздо больше, чем кабинет, и, возможно, занимало всю остальную площадь склада.
Харк сразу узнал эту вонь: щекочущий нервы запах гнили и соли. Вода Подморья. Но были и другие запахи. Пахло уксусом, в котором мумифицировали образцы, маслом, тошнотворно воняло потушенными страхофонарями. У левой стены были сложены ящики и бочки. Рядом стояли тачки и пара маленьких портовых кранов, цепи и крюки которых тускло поблескивали. Раскладные столы справа были загромождены серебристыми инструментами тонкой работы, бутылками коричневой и черной жидкости и громадными стеклянными линзами, прикрепленными к мраморным столешницам.
В центре, занимая большую часть помещения, возвышалось что-то огромное, неправильной формы, скрытое ширмами из корабельной парусины. Изнемогающий от любопытства Харк подобрался поближе. Он очень осторожно отодвинул ближайшую ширму и уставился на непонятный предмет длиной футов в двадцать[40]. Предмет лежал на грубо сколоченном деревянном столе. Нечто подобное Харк иногда видел на рынке. На такие столы выкладывали свежую рыбу, чтобы не вываливать ее прямо на землю. «Свежий улов», – удивленно подумал он.
Перед ним лежал монстр из ночных кошмаров, сотворенный из хитина, переливающегося стекла и бледной плоти, с тщательно выверенной симметрией. Из верхней части тела выступала рыжевато-коричневая труба, испещренная концентрическими рядами тупых зубов и похожая на пасть миноги. С обеих сторон туловища выдавались огромные зазубренные клешни в пятнистых панцирях. Между пластинами брони блестели провода и медные трубки. С боков свисали мешки с бледной жидкостью. В центре лежал подсоединенный к дюжине трясущихся стеклянных трубок серый кусок плоти с темной извилистой щелью. Жабры Сокрытой Девы. «Но… Вайн должна была работать над субмариной! Она сама говорила!» Говорила ли? Теперь, когда Харк мысленно вернулся к последнему разговору с Вайн, он понял, что не помнит, произнесла ли она слово «субмарина».
Наконец он догадался, почему Лига бдительности выбрала для своей базы заброшенный остров. Понял, почему они скрывали свои разработки и расставили вооруженных часовых, чтобы никого сюда не пускать. Чтобы никто не видел, что именно они создают. Понял, почему Вайн не хотела, чтобы он или кто-то еще приходил в деревню. Они работали не над субмариной. Они создавали нечто, явно предназначенное не для плавания. Они создавали бога.