Фрэнсис Хардинг – Паучий дар (страница 56)
– Нет! – Слишком поздно она сообразила, что ей подрезали крылья. Весло вырвали у нее из рук. – Нет!
В ужасе она обернулась и посмотрела туда, откуда приплыла. А там яростно дрожали и метались камыши, пропуская через себя что-то огромное, темное, ростом выше человеческого, с широко распахнутыми крыльями. И когда из серого леса выскочил гигантский черный Лебедь, по-змеиному изогнув шею, Неттл закричала. Растрепанные перья Лебедя были липкими и грязными. А луна отражалась в его человеческих глазах.
Лебедь увидел Неттл и поплыл к ней с неуклюжей грацией раненого зверя, пятная сломанные камыши темно-красным. В бледных, словно детских руках Лебедь держал извивающееся существо, под тонкой кожей которого синели вены. Голова существа безвольно болталась, а выпученные глаза прятались под розовыми веками.
Неттл закричала и забилась, когда один из мужчин, остановивших жемчужную лодку, схватил ее. Только через несколько секунд она поняла: он что-то ей говорит. Вот только сквозь шум ветра и крики Лебедя сложно было разобрать, что именно. А потом Неттл вспомнила, где она – и почему здесь оказалась. Поэтому она закрыла глаза, сжала зубы и заставила себя слушать.
Глава 37
Глотка
Келлен проснулся от холода. Нет, одеяла на этот раз не распались на нити, но спина Неттл, вопреки обыкновению, не грела его спину. Он сел, осоловело моргая. Свет, просачивающийся в щели вокруг двери, подсказывал, что ночь подходила к концу. В полумраке комнаты Келлен разглядел, что Линнет мирно спит в своей кровати. Простыню и пол рядом с ней усеивали каменные чешуйки. А вот Неттл нигде не было видно. У Келлена упало сердце, когда он вспомнил их последний разговор.
«Наверное, она спит в мастерской, – подумал он. – Утром мы обязательно все обсудим еще раз. Мы просто устали, переволновались и потому начали друг на друга кричать. Все будет хорошо». Впрочем, эти мысли не помогли Келлену заснуть, так что он на цыпочках подкрался к двери в соседнюю комнату, чтобы проверить, как там Неттл. Но в мастерской он ее не нашел. Келлен обыскал весь дом, но невозмутимой девочки-загадки, которая повсюду следовала за ним молчаливой тенью, нигде не было видно.
Он сидел на плавучем причале, глядя на то место, где раньше покачивалась на воде жемчужная лодка, когда появился Галл на болотной лошади. Только что Келлен был совсем один – и вот уже всадник навис над ним мрачной громадой. Мокрые пряди водорослей тянулись от лошадиной гривы к плечам Галла. И, кажется, он очень давно не брился.
– Я не нашел вас в башне-хранилище. – В невыразительном голосе Галла Келлену послышались обвиняющие нотки. – Мы нашли тебя только потому, что почуяли твою кровь в воде.
Келлен почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Кажется, теперь он будет еще меньше любить пиявок. И все же его куда сильнее расстроили новости о том, что Неттл в башню не вернулась.
– Неттл пропала, – сказал он.
– Пропала?
Келлен сердито и жалко пожал плечами.
– Сошла с корабля! – горько пояснил он. – Бросила нас.
До него потихоньку доходил смысл случившегося, и с каждой секундой в груди разгоралась боль.
– Мы поругались. Она без конца повторяла, что нам нужно оставить эту затею и вернуться, что достаточно будет рассказать Канцелярии о том, что нам удалось выяснить. – Он швырнул в воду камень. – Должно быть, она уже на пути во внутренние земли.
Келлен в общих чертах поведал Галлу об их с Неттл ссоре и не мог при этом не упомянуть о разговоре с Линнет.
– Эта женщина рассказала, где встречалась со связным Освободителей? – Галл подался вперед в седле. – И где же?
При виде столь зловещей целеустремленности Келлену на ум невольно пришли слова Неттл о том, что Галл неумолимо дичает.
– Мы ведь собираемся следить за Освободителями – и всё? – осторожно спросил он.
– Будет лучше, если я пойду один, – ответил Галл. – Когда я вернусь, то расскажу, что мне удалось выяснить.
– Вот уж дудки! – воскликнул Келлен. – Я скажу тебе, где она встречалась с Освободителями, но только после того, как мы отправимся в путь. Даже не думай идти без меня! На твоей лошади хватит места для нас обоих.
«Если я буду рядом, то помешаю Галлу сотворить что-нибудь ужасное», – сказал он себе, надеясь, что это правда.
На лице Галла отразилась внутренняя борьба. Наконец он вздохнул и признал:
– Оставлять тебя здесь небезопасно. К утру вся деревня будет знать, что ты снял проклятие с этой женщины. Если здесь есть шпионы Освободителей, они быстро сообразят, кто ты такой. Моя лошадь ни за что не позволит тебе на нее сесть. Но уверен, что женщина, которую ты спас, одолжит нам лодку.
Когда Келлен разбудил Линнет, она действительно согласилась отдать ему лодку, да еще так охотно, что он ощутил укол совести.
– Мне-то она сейчас все равно ни к чему. – Линнет посмотрела на скованные камнем руки и ноги.
Рассвет еще только брезжил на горизонте, когда Келлен двинулся на лодке вслед за болотным всадником мимо спящей в тумане деревни. То тут, то там проступали серые очертания домов с камышовыми крышами; веревочные лестницы убраны, пустые лодки крепко пришвартованы к причалам.
Келлен направил лодку в канал, ведущий на север, как сказала Линнет. Она объяснила ему, какие метки искать на путевых шестах и где сворачивать. Рядом бесшумно скользила болотная лошадь. Иногда она вертела вытянутой мордой, реагируя на звуки, которые Келлен не слышал, или замечая что-то, скрытое от его глаз.
С восходом солнца от одежды Галла начал валить пар, отчего казалось, будто всадник горит. Грязь, покрывавшая болотный шелк, тоже подсохла и опадала чешуйками. Мокрые водоросли в лошадиной гриве побурели, захрустели и осыпались в воду. При свете дня Келлену было легче увидеть перемены, о которых говорила Неттл. За последние две ночи волосы болотного всадника отросли почти на дюйм. Ногти покрылись мхом и казались длиннее и острее, чем раньше.
– Галл, – окликнул его Келлен чуть погодя: уж очень ему хотелось услышать человеческий голос, – ты был в этих местах, когда изучал окрестности?
– Вроде бы да, – ответил Галл совсем не так уверенно, как ожидал Келлен.
– Ты заблудился?
Галл сдвинул брови, словно ему надо было хорошенько подумать над ответом на этот вопрос.
– Не совсем, – чуть смущенно сказал он. – Мы… забрались слишком далеко в сторону моря и не сразу нашли обратную дорогу.
– В сторону моря? – озадаченно моргнул Келлен.
– Да. – Галл нахмурился сильнее. – Нас все время влекло к морю. – Он едва заметно встряхнулся. – Но пока я не отвлекаюсь, волноваться не о чем.
Келлен беспокойно заерзал в лодке. Что-то влекло Галла и его лошадь к морю, все глубже в Марь. Как давно это началось? Судя по всему, странная сила продолжала звать всадника к себе.
Ясное утро близилось к полудню, когда впереди блеснул участок открытой воды. Посреди него стояло мертвое дерево, поросшее серо-желтым лишайником. По сухим перекрученным сучьям бежали лианы с белыми цветами. В стволе зияла расщелина, спускавшаяся почти до самой воды. Кто-то – человек ли, порождение ли Мари – заложил ее камнями и скрепил раствором, сотворив подобие стены.
– Линнет сказала, что встречалась со связным у мертвого дерева со стеной внутри, – прошептал Келлен. – Должно быть, мы на месте.
– Зачем кому-то строить… – Галл оборвал себя на полуслове. – Нет смысла задавать такие вопросы в Мари.
У Келлена, впрочем, были кое-какие мысли на этот счет. Ветви дерева загибались внутрь, образуя арку, и что-то подсказывало Келлену, что перед ним выход из арки, в которую прошла Белтея. Скорее всего, Освободители решили заложить ее камнями, чтобы оттуда больше не выскакивали болотные ведьмы.
– Сейчас здесь никого нет, – тихо заметил Галл.
– Да, но Линнет говорила, что связной иногда оставляет для нее записки между камнями, – объяснил Келлен.
– Записки? – Галл сощурился. – Тогда моя лошадь сможет выследить его по запаху.
Они решили подобраться поближе и поплыли, пуская по воде шелковую рябь. Хотя солнце уже светило вовсю, в тени дерева царила гнетущая атмосфера, живо напомнившая Келлену о другой Глотке, встреченной в Глубокой Мари. Солнечные лучи ложились на ресницы тяжело, как золотые монеты.
Когда до дерева оставалось несколько метров, в голове Келлена проснулся тихий предостерегающий голосок.
– Подожди, – вдруг сказал Келлен, заметив, как что-то дрожит под водой. Он перегнулся через борт лодки и потянулся рукой в глубину. Его пальцы задели грубые нити, напоминающие конский волос…
…За миг до того, как ловушка сработала и лодка с мальчиком, лошадь и всадник оказались пойманными в сеть. Болотная лошадь пронзительно зашипела, внезапно обнаружив, что ее ноги запутались в сети. Она принялась рваться и брыкаться, едва не опрокинув лодку мощным ударом копыта.
Со всех сторон раздались крики: мужчины и женщины в коричневых одеждах, прятавшиеся в камышах и за деревом, повыскакивали из своих укрытий. Это они подняли сеть и теперь тянули за веревки, чтобы покрепче спеленать болотную лошадь и ее всадника. Галл попытался вытащить нож, но бьющаяся в панике лошадь мешала ему это сделать. На глазах у Келлена она начала барахтаться, переворачиваясь с боку на бок, но преуспела только в том, что окунула Галла в озеро и запуталась еще сильнее.