Фрэнсис Бернетт – Как стать леди (страница 3)

Они принялись листать книгу посетителей и обсуждать имена и даты. Наконец список был составлен; Эмили собралась уходить. Она уже встала и застегивала плащ, как вдруг леди Мария сделала ей воистину щедрое предложение.

– Эмили, – сказала она, – я хочу попросить тебя второго числа приехать в Маллоу. Ты поможешь мне занять людей, чтобы они не докучали друг другу. Хотя, по-моему, друг друга гости и вполовину так не донимают, как меня. Хочу иметь возможность в любое время удалиться и прикорнуть часок. Не желаю развлекать гостей. Ты можешь, к примеру, предложить им прогуляться, поиграть во что-нибудь или полюбоваться на колокольни. Надеюсь, ты не будешь возражать?

Лицо Эмили порозовело, глаза вспыхнули от радости.

– О, леди Мария, вы так добры! Вы знаете, какое это для меня удовольствие. Я наслышана о Маллоу. Все говорят, что там чудесно и что таких садов не отыскать во всей Англии.

– Да, сады великолепны. Мой муж был помешан на розах. Тебе следует сесть на поезд, отходящий из Паддингтона в два тридцать. Прибудешь в усадьбу, как раз когда подадут чай на лужайке.

Эмили расцеловала бы леди Марию, будь они в таких отношениях, которые позволяли бы демонстрацию привязанности. Впрочем, с таким же успехом можно было поцеловать дворецкого, когда он наклонялся к ней за обедом и бормотал с горделивым почтением: «Вам портвейн или черри, мисс?» Леди Мария пришла бы в изумление не менее, чем Бибсуорт, а Бибсуорт точно скончался бы на месте от ужаса и негодования.

Эмили взмахом руки остановила омнибус, и когда села в него, ее лицо сияло от восторга, который добавляет свежести и привлекательности любой женщине. Подумать только, какая удача! Покинуть крошечную, раскаленную от зноя комнату и отправиться в качестве гостьи в одну из самых прекрасных старинных усадеб в Англии! Как восхитительно пожить некоторое время почти той жизнью, какой удачливые люди живут год за годом, – следовать заведенному распорядку, гулять среди живописных ландшафтов и наслаждаться этим в полную силу! Спать в уютной спальне, где тебя разбудит утром вышколенная горничная и подаст чай в изящной чашке, и пить его, слушая пение птиц в парке!.. Эмили воспринимала простейшие человеческие радости с искренним простодушием и с предвкушением думала о том, как каждый день будет носить свою лучшую одежду и каждый вечер переодеваться к ужину. Она умела получать от жизни намного больше, чем большинство людей, хотя и не осознавала этого.

Эмили отперла своим ключом парадную дверь дома на Мортимер-стрит и направилась вверх по лестнице, почти не ощущая ужасной духоты. Навстречу спускалась Джейн Капп; Эмили радостно улыбнулась ей.

– Джейн, если ты не занята, я хотела бы поговорить с тобой. Зайдешь ко мне в комнату?

– Да, мисс, – ответила Джейн, как всегда почтительным тоном. По правде говоря, ее заветнейшим желанием было когда-нибудь стать горничной у настоящей леди, и для себя она решила, что тесное общение с мисс Фокс-Ситон – лучшая тренировка. Она обычно просила позволения одеть ее «на выход» и считала за честь сделать прическу.

Сейчас Джейн помогла Эмили снять платье для прогулок и аккуратно положила на место перчатки и вуаль. Затем опустилась на колени и расстегнула испачканные в грязи туфли.

– О, спасибо, Джейн! – воскликнула Эмили, по привычке выделяя слова интонацией. – Очень любезно с твоей стороны. Я действительно устала. И у меня хорошая новость. Я приглашена на очень интересное мероприятие в первую неделю августа.

– Уверена, вы получите удовольствие, мисс, – сказала Джейн. – В августе такая жара!

– Леди Мария Бейн любезно пригласила меня в усадьбу Маллоу, – объяснила Эмили и улыбнулась – Джейн как раз надевала дешевые домашние тапочки на ее большие, однако изящные ступни. У крупной женщины и ноги далеко не как у Золушки.

– О, мисс! – воскликнула Джейн. – Как замечательно! Я на днях читала про Маллоу в журнале «Современное общество». Пишут, в усадьбе очень красиво, а вечеринки ее светлости – это нечто невиданное. Там собирается весь бомонд. А вообще статья была о маркизе Уолдерхерсте.

– Он кузен леди Марии, – сообщила Эмили. – И тоже будет присутствовать на вечеринке.

По натуре она была общительна, а жила обособленно, не имея круга общения, и простые беседы с Джейн и миссис Капп доставляли ей удовольствие. Каппы не сплетничали и не отличались назойливостью, и Эмили воспринимала их как подруг. Однажды она проболела неделю и внезапно сообразила, что не имеет близких людей, и что если вдруг умрет, то последними – и к тому же единственными, – кого увидит, наверняка будут Джейн и миссис Капп. Той ночью она немного поплакала, однако убедила себя, что причиной дурных мыслей являлись слабость и температура.

– Как раз по поводу приглашения я и хочу поговорить с тобой, Джейн. Нам нужно подумать насчет нарядов.

– Непременно, мисс. К счастью, начинаются летние распродажи. Вчера я видела чудесные окрашенные льняные ткани, весьма недорогие. В сельской местности лен будет выглядеть очень нарядно. А еще у вас есть новое платье из туссора с голубым воротником и корсажем. Вам к лицу.

– Действительно, туссор всегда смотрится оригинально, – согласилась Эмили, – и я видела очень милую желтую шляпку – такие делают из мягкой соломки – за три шиллинга одиннадцать пенсов. Обвить голубым шифоном и сделать отстрочку – получится отлично.

Эмили часто делала искусными пальчиками превосходные вещи из обрезков шифона, а еще из нескольких ярдов льна или муслина и остатков кружева, ухваченных на распродаже. Вместе с Джейн она провела счастливый вечер, тщательно изучая ассортимент своего ограниченного гардероба, и пришла к выводу, что коричневую юбку можно перелицевать и, если к верху добавить новую подкладку на отвороты, воротничок и кружевное жабо из цветных ниток, вид будет что надо. А вечернее платье из черного тюля, которое великодушно пожаловала Эмили одна из ее патронесс год назад, можно реконструировать и подогнать. Восхитительно! Черный цвет подчеркнет свежее лицо и белые плечи. Было еще белое платье, которое требовалось отдать в чистку, а еще старое, розовое, необыкновенно широкое – в сочетании с кружевом оно смотрится чудесно.

– Ну вот, теперь у меня есть что переодеть к ужину, – подвела итог Эмили. – Никто не ожидает от меня, что я буду часто менять наряды. Вряд ли кто-нибудь вообще обратит внимание.

Она была слишком непритязательной и довольствовалась духовным, как ангел. Не находя интереса в размышлениях о своих достоинствах, девушка больше восхищалась качествами других людей. Ей достаточно было обеспечивать себя едой, кровом и гардеробом, который не посрамит ее перед более удачливыми знакомыми, и упорно трудилась ради этой скромной цели. Эмили нашла на летних распродажах пару хлопчатобумажных платьев, которые при высоком росте и тонкой талии смотрелись на ней действительно элегантно. Бескозырка с нарядной лентой и большим птичьим пером, пара безделушек на шею: бант, шелковый шарфик, завязанный дерзким узлом, да оригинальные перчатки – вот и все, чтобы ощущать себя достаточно подготовленной.

В последнюю вылазку на распродажи Эмили посчастливилось приобрести белый парусиновый плащ и юбку, которые она надумала подарить Джейн. Пришлось тщательно пересчитать деньги в кошельке и отказаться от покупки понравившегося зонтика, однако Эмили сделала это с радостью. Будь она богатой женщиной, она осыпала бы подарками всех, кого знала; для нее было истинным наслаждением сделать что-либо для Каппов, которые, по ее ощущениям, постоянно давали ей больше, чем она им платила. Каппы наводили порядок в ее маленькой комнатке, подавали горячий свежезаваренный чай к возвращению домой, порой ставили на стол букетик нарциссов ценою в один пенс, – в общем, были сама доброта, и Эмили это ценила.

– Я очень обязана тебе, Джейн, – сказала в тот наполненный событиями день Эмили, усаживаясь в четырехколесный экипаж, который должен был отвезти ее на вокзал. – Не знаю, что бы я вообще без тебя делала. Я чувствую себя такой нарядной, после того как ты перешила платье! Если горничная леди Марии надумает увольняться, непременно порекомендую тебя на ее место.

Глава 2

В два тридцать с вокзала Паддингтон в Маллоу отправлялись и другие гости, более изысканно одетые, чем Эмили Фокс-Ситон; их сопровождал к вагону первого класса лакей с кокардой и в длинной серой накидке. Эмили, путешествовавшая третьим классом вместе с нагруженными узлами работягами, видела из окна, как они прошли мимо, и если бы не была в приподнятом настроении, наверняка проводила бы со вздохом. В дорогу она надела перешитую коричневую юбку и белую льняную блузку в коричневый горошек. Под новым воротничком был кокетливо повязан коричневый шелковый галстук, а на голове красовалась новая бескозырка. Плюс к тому коричневые перчатки и в тон к ним зонтик от солнца. Эмили выглядела одетой модно и элегантно, однако недорого, что бросалось в глаза. Люди, которые ходят по распродажам и покупают вещи за три шиллинга одиннадцать пенсов или отрезы три на четыре фута, наверняка поняли бы ее уловку и вычислили стоимость нарядов. Однако в Маллоу не ожидалось публики, способной на подобные калькуляции. Скорее всего, даже прислуга знала о ценах меньше, чем гостья.