Фрэнк Перетти – Тьма века сего (страница 77)
– Бернис? Она в больнице? Что случилось?
– Да звони же! – взорвался Маршалл, Том кинулся к телефону. Маршалл поднялся и вышел вслед за ним:
– Том…
Том смотрел на шефа, одновременно пытаясь набрать номер.
Маршалл прислонился к притолоке. Он чувствовал себя совершенно беспомощным.
– Том, прости меня.
Мне стыдно, что я сорвался.
Спасибо, что ты звонишь. Скажешь мне, что они ответят. Потом он вернулся к себе и, опустившись на стул, окаменел.
Вернувшись к нему, Том доложил:
– Э… у Бернис сломано ребро, они перевязали раны… но других серьезных повреждений нет. Кто-то пригнал ее машину из Бэйкера, и она поехала на ней домой. Сейчас она, должно быть, уже дома.
– Мне… мне необходимо уйти.
– Что с ней случилось?
– Ее избили. Кто-то набросился на нее, повалил и сильно избил.
– Маршалл… – Том боялся сказать что-нибудь не так. – Это… все так ужасно.
Маршалл, согнувшись, все еще сидел за столом. Том по-прежнему ничего не мог понять.
– Маршалл, что с номером? Выйдет сегодня газета или нет? Мы отправили материал вовремя, я не понимаю…
– Они не будут печатать, – сухо ответил Маршалл.
– Что? Почему не будут?
Маршалл, покачав головой, уронил ее на стол и некоторое время оставался совершенно неподвижным. Потом он со вздохом посмотрел на Тома:
– Ты можешь быть свободен на сегодня. Дай мне прийти в себя, тогда я позвоню, идет?
– Ладно.
Том вышел, прихватив из внутреннего помещения коробку с завтраком и плащ.
Зазвонил телефон – линия, которую Маршалл зарезервировал для особо важных разговоров. Он схватил трубку.
– "Кларион".
– Маршалл?
– Да…
– Это Элдон Страчан.
O! Слава Богу, он жив! Маршалл чувствовал, как у него запершило в горле, он был готов расплакаться.
– Элдон, с тобой все в порядке?
– Нет, у меня неприятности. Маршалл, мы только что вернулись, кто-то разорил весь дом. Тут настоящий погром!
– Что с Дорис?
– О, она в отчаянии. Я тоже.
– Нам всем досталось. Они крепко ударили, сразу по всем.
– Что произошло?
Маршалл выложил ему все. Самое трудное было – сказать, что его друг, которого как и самого Элдона вышвырнули за борт, его друг Тэд Хармель был мертв. Страчан молчал. Ему трудно было говорить в эту минуту. Какое-то время длилась мучительная, тягостная тишина, несколько раз прерываемая покашливанием, убеждающим в том, что собеседник не положил трубку.
– Маршалл, – произнес наконец Страчан, – нам лучше всего исчезнуть. Лучше всего – уехать отсюда и никогда не возвращаться.
– Куда? – спросил Маршалл. – Ты уже удрал однажды, не так ли? Пока ты жив, тебе придется жить с этим грузом, и они об этом знают.
– Неужели никто из нас ничего не может сделать?
– У тебя есть друзья! Государственный прокурор, например.
– Я тебе уже сказал, что не могу пойти к Норму Маттили только со своими догадками. Здесь одной дружбы мало. Мне нужны доказательства, документы.
Маршалл посмотрел вниз, на пустую коробку.
– Я тебе их достану, Элдон. Так или иначе, но я найду то, что можно показать тем, кто захочет нас выслушать. Элдон вздохнул.
– Я только не знаю, насколько далеко это еще может зайти…
– Настолько далеко, насколько мы с тобой позволим. Страчан немного подумал.
– Да, да, ты прав. Дай мне что-нибудь весомое, существенное, и я посмотрю, что можно сделать.
– У нас нет выбора, нам уже накинули петлю на шею. Мы должны спасать себя сами!
– Это я и собираюсь делать. Мы с Дорис собираемся скрыться, и я советую тебе поступить так же. Здесь нам нельзя оставаться.
– Как я тебя найду?
– Я не хочу говорить по телефону. Жди, пока тебе не позвонят из прокуратуры от Норма Маттили. Я свяжусь с тобой через него.
Только таким образом я смогу помочь.
– А если меня не будет здесь, если я уеду из города иди умру, то свяжись с Алом Лемли из «Нью-Йорк Таймс», я постараюсь держать его в курсе дел.
– Хорошо. Мы с тобой обязательно еще встретимся.
– Будем молиться, чтобы так оно и было.
– Да, теперь я уже начал молиться о многом.; Маршалл положил трубку, как следует запер все двери и отправился домой.
Бернис лежала на диване с ледяным пузырем на лице и неудобной повязкой на ребрах и желала только одного; услышать телефонный звонок. Она уже пыталась подняться, в голове стучало, тело болело, но ей нестерпимо хотелось, чтобы кто-нибудь позвонил. Что происходило за стенами ее квартиры? Она несколько раз звонила в редакцию «Кларион», но там никого не было. В конце концов она набрала домашний номер Маршалла, но и там никто не отвечал.
Наконец-то! Телефон проснулся. Бернис схватила трубку, как сова хватает мышь.
– Алло!
– Бернис Крюгер?
– Кевин?
– Да… – парень был возбужден и сильно нервничал. – Привет, я, похоже, помру, я имею в виду, что я здорово трушу!
– Где ты, Кевин?
– Я звоню из дома. Кто-то побывал здесь и изломал у меня в квартире!
– Ты закрыл дверь?
– Да.
– Но почему ты ее не запираешь?