Фрэнк Миллер – Проклятая (страница 37)
На мгновение леди Люнет прикрыла глаза, а Мерлин продолжал:
– Понимая, что мертворожденное дитя лишит ее права на трон, королева сговорилась с повитухой. И вот, при свете луны повитуха тихо выскользнула из замка, направляясь в знакомый ей дом крестьян, где недавно праздновали рождение мальчика.
Леди Люнет принялась аккуратно лепить следующее печенье.
– Говорят, что матери мальчика щедро заплатили золотом из королевской казны, – сообщил Мерлин. – Однако несколько дней спустя она задохнулась насмерть. Поговаривают, что причиной тому был яд.
Люнет усмехнулась и даже тихонько рассмеялась. Мерлин поднялся на ноги, сцепил руки за спиной и глубоко вздохнул:
– Разумеется, всякий, кто мог что-то знать о заговоре, встретил аналогичную кончину, – тут он повернулся к леди Люнет. – Всякий, но не повитуха, которая, боясь за свою жизнь, бежала из королевства и никогда не возвращалась.
Королева закрыла ставни на окне, чтобы заслониться от закатного солнца. Мерлин потянул себя за кончик уха, размышляя.
– Надо полагать, если бы ее когда-нибудь обнаружили, то она бы представляла большую опасность для короля.
Леди Люнет отставила тесто в сторону.
– Думаю, именно поэтому она никому не показывалась на глаза, что было разумно, учитывая судьбу прочих участников заговора. Возможно, более простое объяснение заключается в том, что она никогда не покидала королевства и с ней произошло то же, что и с бедной матерью, которая продала ребенка за несколько золотых.
– Да, я тоже всегда подозревал это, – кивнул Мерлин. Медленно зашагал к двери и внезапно остановился. – Хотя, конечно, есть и третий вариант.
– Какой? – резко спросила леди Люнет. Глаза Мерлина блеснули.
– Возможно, повитуха жива и здорова и находится под моей защитой. Хорошего дня, Ваше Величество.
Леди стиснула зубы, а Мерлин распахнул дверь и устремился вниз по лестнице. Грохот оповестил о том, что дверь в покои королевы закрылась, и в башне воцарилась тишина. Леди Люнет взглянула на песочные часы: в нижней половине уже скопилось довольно много песчинок.
– Кыс-кыс-кыс, – позвала она кошку. Попыталась снова, но безуспешно. Не дождавшись ответа, леди Люнет наклонилась и взглянула в пустые мертвые глаза. Кошка лежала там же, на бархатной скамье.
Удовлетворенно улыбнувшись, леди склонилась, подняла с пола недоеденное пирожное и осторожно положила его обратно на поднос.
Тридцать два
– Замок Греймалкин, – пробормотала Ева, кормя Маргариту с рук мертвой мышью. – Там живут духи любовников, Фесты и Морейи. Темные духи. Этот пьяница явно что-то замышляет.
Нимуэ разглядывала послание от Мерлина, пока Моргана, Рос, Гавейн и его спутница – женщина в пурпурном одеянии, которую, как выяснила Нимуэ, звали Кейз, – обсуждали следующий шаг.
– Ехать в одиночку слишком опасно, – заявил Гавейн. – На Королевском тракте повсюду заставы Красных Паладинов. Придется пользоваться лесными тропами, так что я поеду с тобой.
–
– Отец говорит, что ты нужен здесь.
– Добыча провизии и поиск выживших важнее, – согласилась Нимуэ.
– Зачем вообще ехать? – спросил Гавейн. – Этот человек служит Утеру Пендрагону. Как мы можем доверять ему?
– Согласна, – поддержала Моргана.
Нимуэ взглянула на меч.
– Артур бы сказал, что Утер Пендрагон – наш лучший шанс на выживание.
От упоминания Артура у нее кольнуло в груди.
– Ну и где эта храбрая человечья кровь? – рыкнул Гавейн. – И что его «король» сделал для нас, кроме как сидел сложа руки, пока фейри убивали от самого Шлака до Хоксбриджа и Дьюденна?
– Я сама видела эту бойню и не нуждаюсь в твоих напоминаниях, – резко ответила Нимуэ. Гавейн сел на камень, кипя от гнева. – Таково было последнее желание моей матери. А Мерлин не дал повода не верить ему.
Ева на это только усмехнулась.
– Мы можем оставить меч здесь, – предложила Моргана.
– Но он просит взять меч с собой.
– Мне это не нравится, – Моргана покачала головой.
– Я поеду, – решительно заявила Нимуэ. – И меч будет при мне, – и добавила, коснувшись руки Морганы: – И ты тоже.
– И Кейз, – подхватил Гавейн. – Я бы доверил ей собственную жизнь.
Женщина в пурпурном просто кивнула, не снимая капюшона. Кончик леопардового хвоста хлестнул по полу.
– Значит, решено, – Нимуэ поднялась и обратилась к Еве: – Напиши Мерлину, что я встречусь с ним через три дня в замке Греймалкин.
Маргарита склевала последний кусочек мертвой мыши, и Ева вытерла руки от крови.
Вдова стояла на краю – утес выступал над замерзающим зеленым берегом Бухты Рогов. Там же, вдалеке, на вершине отвесной черной скалы, образованной извержением древнего вулкана, высились обдуваемые ветром руины замка Греймалкин. Чайки и черные дрозды с криками дрались за гнезда на выступах омываемой морем скалы. Мерлин подъехал ближе, ежась от пронизывающего ветра, и спешился с лошади.
– Тебе не холодно? – поинтересовался он, поскольку на Вдове было лишь черное платье с высоким воротником под шею и длинными рукавами и ее обычная черная вуаль.
– Я люблю холод, – заметила она, извлекая чашу змеиной глины с Пламенем фейри, которую Мерлин спрятал в седельной сумке на ее лошади.
– Я благодарен тебе за помощь.
– Ты все еще намерен уничтожить меч с помощью Пламени фейри?
– Да, – печально сказал Мерлин. – Я больше не верю ни в какого «истинного короля». Или в то, что один старый друид сможет направлять его. Этот меч слишком силен для нашего варварского века.
– Ты мог бы забрать его себе. Тогда Повелители Теней снова обретут утраченное влияние.
– Ты знаешь, что этому не бывать. В далекие времена я пытался объединить человечество и фейри, – он на секунду замолк, глаза затуманились от воспоминаний, – но потерпел неудачу.
– Что ж, Прокаженный Король не простит тебе предательства. Он назначил высокую цену за твою голову, так что лучше тебе исчезнуть еще лет на сто.
– Как только покончу с мечом.
– А что насчет девчонки-фейри?
– Брошенная на милость судьбы, она либо сгорит в огне паладинов, либо падет от мечей викингов. Надеюсь, что смогу ее урезонить, но, как бы там ни было, эта Ведьма Волчьей Крови доставит мне меч.
Мерлин вскочил на коня и направил его к замку. Его бороду развевал морской бриз. Волшебник даже не подозревал, что на соседнем холме в высокой траве прячется шпионка леди Люнет. Она дождалась, пока Мерлин пересечет поле и слезет с лошади перед опасным пешеходным мостом, который соединял горы с замком Греймалкин, а затем поползла по траве обратно, чтобы подать сигнал.
Нимуэ не спалось. Она ворочалась с боку на бок, но почва низких холмов была твердой и усеянной мелкими камешками. Они договорились не разводить огонь в лагере, так что стоял кошмарный холод, – хотя Моргана, казалось, заснула легко, безо всяких жалоб.
Кейз согласилась взять на себя ночной дозор. Никогда еще Нимуэ не видела, чтоб эта таинственная женщина спала. Она просто села на поваленное дерево и замерла, прислушиваясь к каждому звуку. Желтые глаза поблескивали в лунном свете, а хвост лениво свисал к земле.
– У тебя очень красивый хвост, – прошептала Нимуэ.
– Спасибо, – Кейз улыбнулась, обнажая белые клыки.
– Ты давно знаешь Гавейна?
– Не очень.
«Да уж, разговор у нас выходит увлекательный», – подумала Нимуэ.
– В любом случае я благодарна тебе за компанию.
– Мне любопытно увидеть этого Мерлина, вокруг которого столько разговоров.
– Ты слышала о нем прежде? – поинтересовалась Нимуэ. Учитывая, что Гавейн долго странствовал, а у Кейз были странные одежды и сильный акцент, Нимуэ предположила, что эта женщина родом с далеких берегов Франции.
– Не под этим именем, – ответила Кейз.
– А у него их много?
– Он очень долго ходит по этой земле, – пояснила Кейз. – Ты должна знать это, ведь ты собираешься отдать ему меч твоего народа.