Фрэнк Херберт – Зеленый мозг. Долина Сантарога. Термитник Хеллстрома (страница 146)

– Что я должна сделать, чтобы вернуть его? – спросила она.

Вот с такой Фэнси приятно работать, с одобрением подумал Хеллстром.

– Пока не знаю, – произнес он.

– Перудж должен сегодня приехать. Может, мне потребовать велосипед?

– Поздно, – покачал головой Хеллстром. – Они отправили его самолетом. А это означает, что они нас подозревают.

Фэнси вздохнула. Отпечатки пальцев, серийные номера – про все это она знала.

– Лучше всего будет, если мы станем отрицать, что у нас когда-то был такой велосипед, – предложила она.

– Неизвестно, кто еще мог тебя на нем видеть, – заметил он.

А сам подумал: Надо отрицать, что у нас находится Фэнси. Ведь есть же другие особи женского пола, похожие на нее и лицом, и телом. Остались ли ее отпечатки на документах, подписанных Фэнси Колотерми? Вряд ли – прошло столько времени!

– Я поступила плохо? – спросила она, осознавая тот вред, который нанесла Термитнику.

– Плохо то, что ты и другие женщины выносили из Термитника гормональные препараты. И забрала велосипед.

– С ним все ясно, – кивнула Фэнси. – Но эти препараты – они же обеспечивают фертильность.

Фэнси понимала, что не совсем искренна, объясняя, почему она и другие женщины Термитника использовали данные препараты. Сначала это было чем-то вроде эксперимента, потом она сообразила, насколько восприимчивы к гормонам мужчины Внешнего мира и сколько радости и удовольствия они способны принести в таком состоянии. Фэнси поделилась своим открытием с сестрами, и те последовали ее примеру, выдумывая самые разные истории, с помощью которых объясняли, что они делают тем своим любовникам, кто интересовался, что с ними происходит. Гормональный препарат, который они похищали в лаборатории, был дорогой, и новых порций женщины достать уже не могли, тратя то, что удалось добыть.

– Назови имена всех женщин, с кем ты поделилась своим секретом.

– Нилс!

– Ты обязана это сделать. Каждая из вас в деталях опишет реакции мужчин Внешнего мира; то, что их волновало больше всего; кто они и сколько раз вы брали препарат в лаборатории.

Фэнси вздохнула. Разумеется, они выполнят приказ Хеллстрома. Забавы закончились.

– Мы оценим действие препарата и начнем проводить эксперименты во Внешнем мире, но уже под полным нашем контролем, – объяснил Хеллстром. – Поэтому предоставь нам детализированный отчет. Все, что вспомнишь, будет важно.

– Конечно, Нилс.

Фэнси вдруг обрадовалась – возможно, забавы не закончились! Если Хеллстром намеревается проводить опыты над чужаками, кто лучше всего подходит на роль экспериментатора, как не она, имеющая немалый опыт в подобных исследованиях?

– Ох, Фэнси! – проговорил Хеллстром. – Над Термитником нависла серьезная угроза, а ты все думаешь о своих игрушках!

Она опустила голову.

– Почему? – спросил он. – Почему?

Фэнси молчала.

– Мы могли бы отправить тебя в чаны для переработки, – произнес Хеллстром.

Глаза Фэнси расширились от ужаса. Она соскользнула со стола, на краешке которого сидела, и уставилась на Хеллстрома. Чаны! Но она ведь так молода! У нее впереди – целая жизнь, годы успешного воспроизводства. Да и ее умение обходиться с насекомыми – разве это сбросишь со счетов? Никто лучше, чем она, не понимает насекомых. Фэнси попыталась объяснить это, но Хеллстром прервал ее.

– Интересы Термитника – превыше всего!

Его слова словно ударили ее наотмашь, и Фэнси вспомнила, о чем еще намеревалась рассказать ему. Да, интересы Термитника превыше всего. Неужели Хеллстром думает, что она совсем опустилась?

– Есть кое-что, о чем я должна доложить, – произнесла она.

– Вот как?

– От стимулятора у Перуджа произошло помутнение сознания, и в один из моментов ему показалось, будто я задаю вопросы, хотя я этого не делала. Но потом, поняв, что с ним, я действительно стала спрашивать. Он был как в отключке, но на вопросы реагировал. Поэтому, полагаю, Перудж говорил правду.

– Что он сказал? Ну, быстрее!

– Перудж хочет заключить с вами сделку. Они изучили наши бумаги про Проект-40 и решили, что мы разрабатываем новый способ обработки металлов. Стали, прежде всего. Перудж заявил, что это настоящий прорыв в металлургии, и цена ему – миллиарды долларов. То, что он говорил, не всегда было понятно, но в общих чертах – это так.

Услышав слова Фэнси, Хеллстром так обрадовался, что ему захотелось обнять ее. Получилось, что она исполняла волю Термитника.

Пока он размышлял над этим, в комнату вошел Сальдо, и Хеллстром объяснил ему сложившуюся ситуацию. Теперь у них есть выход. Интерес Агентства к Проекту-40 – чисто коммерческий. Он лишний раз убедился в даре безошибочной коллективной интуиции, которой владел Термитник. Нужно немедленно известить лабораторию, работающую над Проектом. Вмешательство чужаков поможет им продвинуться в исследованиях. Все-таки у этих диких порой бывают озарения.

– Я действительно помогла? – спросила Фэнси.

– Еще как! – воскликнул Хеллстром.

Сальдо, остановившийся у консоли пообщаться с одним из дежурных, посмотрел на Хеллстрома и покачал головой. Значит, Перудж пока не выехал. У Сальдо был приказ – сообщить об этом, как только появится возможность.

Хеллстром хотел, чтобы чужак прибыл как можно скорее.

Металлургия! Изобретения! Все это теперь обретало смысл – серьезный и глубокий.

Фэнси все еще стояла около стола, глядя на Хеллстрома.

– Перудж говорил что-нибудь еще? – спросил он.

– Нет.

– Про Агентство, которое его послало? Правительственное агентство?

– Он сказал что-то про человека – шефа. Перудж ненавидит его. Ругал ужасно.

– Ты очень помогла всем нам, – произнес Хеллстром. – Но тебе нужно хорошенько спрятаться.

– Спрятаться?

– Да. Термитник тебе многим обязан. Я даже не буду винить тебя за то, что ты взяла препарат из фармакологической лаборатории. Ты нам напомнила, что с людьми Внешнего мира мы идентичны по химическому составу. За более чем триста лет мы изменились, поскольку целенаправленно этим занимались, но… – Он улыбнулся. – Фэнси, ты не должна ничего предпринимать, не посоветовавшись с нами.

– Разумеется.

– Мимека проделывала те же фокусы, что и ты?

– Да.

– Отлично. Я хочу, чтобы ты…

Хеллстром колебался, глядя на ее бледное лицо, выражавшее ожидание.

– Какова вероятность, что твоя ночная эскапада было успешной? – наконец спросил он. – Ты думаешь, ты беременна?

– Вероятность очень большая, – ответила Фэнси, просияв. – Я на пике фертильности. И легко это определяю.

– Пусть гинекологическая лаборатория подтвердит это. – Если все так, как ты говоришь, то прятаться тебе будет приятно и радостно. Отправишься в Центр вынашивания и скажешь им, что действуешь по моим указаниям. Но пока не ложись. Я пришлю кого-нибудь, и тебя подробно расспросят по поводу того, как ты использовала стимулятор с этим чужаком.

– Да, Нилс. Я иду в лабораторию прямо сейчас.

Фэнси повернулась и зашагала к дверям, провожаемая внимательными взглядами работников, которые на мгновение оторвались от своих мониторов – очевидно, она еще источала гормоны, свидетельствующие о пике фертильности. Впрочем, Хеллстром был слишком занят, чтобы заметить это. А она действительно странное создание, подумал он. И кого они только вывели в этой линии ФЭНСИ?

Когда Фэнси покинула комнату, Сальдо подошел к Хеллстрому, размышлявшему над тем, о чем он только что узнал. Тот поглаживал подбородок. Он постоянно прибегал к помощи антикатализатора роста волос, но теперь его борода стала отрастать. Перед встречей с Перуджем Хеллстром должен побриться. Люди из Внешнего мира ценят приличный внешний вид.

Итак, металлургия и инновационные изобретения!

– Что ты хочешь? – спросил Хеллстром.

– Я слышал ваш разговор с Фэнси, – произнес Сальдо.

– И то, что она говорила про Перуджа?

– Да.

– Ты все еще считаешь, что, позволив ей улизнуть из Термитника, мы совершили ошибку?