Фрэнк Херберт – Мессия Дюны. Дети Дюны (страница 104)

Джессика позволила себе глубокий вздох.

– Рано или поздно, – заговорила она, – кому-то придет в голову соединить вас и мою внучку, чтобы объединить наши два Дома и залечить старые раны.

– Такая возможность уже обсуждалась, – ответил Фарад’н, быстро взглянув на мать. – Я ответил, что подожду исхода событий на Арракисе. Сейчас нет необходимости в поспешных решениях.

– Однако вы всегда находили возможность лить воду на мельницу моей дочери, – сказала Джессика.

Фарад’н напрягся.

– Объяснитесь!

– Дела на Арракисе обстоят не совсем так, как вы их себе представляете, – ответила Джессика. – Алия играет свою игру, игру Мерзости. Моя внучка будет постоянно находиться в опасности, если Алия найдет способ ее использовать.

– Вы ждете, что я поверю, будто вы и ваша дочь воюете друг с другом, что Атрейдес выступил против Атрейдеса?

Джессика посмотрела сначала на Венсицию, потом на Фарад’на.

– Однако Коррино может выступить против Коррино.

Кривая усмешка коснулась губ принца.

– Хорошо подмечено. Так каким образом я лью воду на мельницу вашей дочери?

– Тем, что вас вовлекли в убийство моего внука, и тем, что вы участвуете в моем устранении.

– Устране…

– Не верь этой ведьме, – предостерегающе произнесла Венсиция.

– Я сам разберусь, кому мне доверять, – произнес Фарад’н. – Простите, госпожа Джессика, но я не понимаю причин вашего устранения. Единственное, что я понял, так это то, что вы и ваш верный хранитель…

– Который, кстати, муж Алии, – сказала Джессика.

Фарад’н изучающе посмотрел на Айдахо, потом на башара.

– Что ты думаешь по этому поводу, Тиек?

Башар, очевидно, думал именно так, как предвидела Джессика.

– Я думаю, что ваша матушка права. Будьте осторожны!

– Он ментат-гхола, – сказал Фарад’н. – Мы можем замучить его до смерти, но все равно не добьемся никакого ответа.

– Но для нас безопаснее и проще допустить, что с нами разыгрывают трюк, – проговорил Тиеканик.

Джессика поняла, что настало время действовать. Именно теперь, когда печаль и горе Айдахо замкнули его психику в той части сознания, которую он выбрал. Ей не нравилось использовать его таким образом, но ставки были слишком высоки.

– Начнем с того, – заговорила Джессика, – что я прибыла сюда по своему выбору и по своей доброй воле.

– Это интересно, – заметил Фарад’н.

– Вам придется поверить мне и предоставить полную свободу на Салусе Секундус. Я говорю это по доброй воле и без всякого принуждения.

– Нет! – запротестовала Венсиция.

Фарад’н не обратил на ее крик никакого внимания.

– На каком основании вы это утверждаете?

– Я полномочная посланница Общины Сестер и должна заняться здесь вашим образованием.

– Но Община обвиняет меня…

– Это потребует от вас решительных действий, – сказала Джессика.

– Не верь ей! – истерически выкрикнула Венсиция.

Фарад’н посмотрел на мать с убийственной вежливостью.

– Если вы перебьете меня еще раз, то я прикажу Тиеканику выставить вас вон. Он слышал, что вы согласились на расследование. Это передает его в мое распоряжение.

– А я говорю тебе, что она ведьма! – Венсиция бросила выразительный взгляд на немого сардаукара у стены.

Фарад’н заколебался.

– Тиек, что ты думаешь? Я околдован?

– Насколько я могу судить, нет. Она…

– Вы оба околдованы!

– Матушка, – тон сына был ледяным и безапелляционным.

Венсиция, сжав кулаки, попыталась что-то сказать, потом резко повернулась на каблуках и выскочила из зала.

Фарад’н снова обратился к Джессике:

– Согласится ли на это Бене Гессерит?

– Согласится.

Фарад’н оценил скрытый смысл сказанного и натянуто улыбнулся.

– А чего вообще хочет Община Сестер?

– Вашей женитьбы на моей внучке.

Айдахо вопросительно посмотрел на Джессику, словно желая что-то сказать, но промолчал.

– Ты хотел что-то сказать, Дункан? – спросила Джессика.

– Да. Община Сестер хочет того, чего она хотела всегда: чтобы вселенная не мешала их действиям.

– Очевидное допущение, – произнес Фарад’н, – но я не понимаю, почему для этого пришлось присылать сюда вас.

Айдахо был привязан к стулу и поэтому изобразил пожатие плечами движением бровей и обескураженно улыбнулся.

Фарад’н заметил эту усмешку и круто повернулся к Айдахо.

– Я вас забавляю?

– Меня забавляет вся эта ситуация. Кто-то из вас скомпрометировал Космическую Гильдию, использовав их транспорт для доставки на Арракис орудия убийства – орудия, чье назначение невозможно было скрыть. Вы нанесли ущерб Бене Гессерит, убив мужчину, которого они собирались использовать в своей наследственной программе…

– Так ты называешь меня лжецом, гхола?

– Нет, я верю, что ты ничего не знал о заговоре. Но думаю, что ситуацию надо прояснить.

– Не забывайте, что он ментат, – сказала Джессика.

– Именно об этом я сейчас и подумал, – ответил Фарад’н. Он снова повернулся к Джессике. – Давайте решим так: я освобождаю вас, и вы делаете заявление. Это по крайней мере позволит оставить на время вопрос о смерти вашего внука. Ментат прав.

– Эта женщина – ваша мать? – спросила Джессика.

– Мой господин! – предостерегающе воскликнул Тиеканик.

– Все верно, Тиек, – отмахнулся принц. – Что, если это действительно моя мать?

Джессика решила рискнуть всем, поставив на раскол в Доме Коррино.