Фрэнк Херберт – Ловец душ (страница 5)
Рамзи перевернул страницу, прочел:
– Тридцать девять лет. Начинал рядовым, дослужился до офицера. Бывший старшина-механик. Имеет лицензию радиолюбителя. Место рождения: Пуэрто-Мадрин, Аргентина. Отец, Хосе Педро Гарсия-и-Агинальдо, – владелец ранчо, мать умерла при родах дочери, когда Гарсии было три года. Вероисповедание: католик. Носит на шее четки. Перед каждой миссией ходит к священнику за благословением. Жена: Беатрис, тридцать один год.
– Фотография есть? – спросил Оберхаузен.
– Нет.
– Жаль. Я слышал, она редкая красавица. Продолжай.
– Получил образование в Нью-Оксфорде, отсюда и британский акцент.
– Как же я горевал, когда уничтожили Британские острова, – сказал доктор. – До чего уникальная культура! Фундаментальная, неповоротливая. В том-то и была ее слабость. Будь добр, продолжай.
– Играет на волынке, – прочел Рамзи и взглянул на доктора Оберхаузена. – Во прикол: латиноамериканец – и на волынке!
– По-моему, ничего странного, Джонни. В определенных случаях ничто так не утешает, как волынка.
Рамзи закатил глаза.
– Утешает!
Он вновь внимательно посмотрел на своего шефа.
– Зачем я вам это читаю?
– Я хотел получить полное представление о бортинженере, прежде чем поделиться с тобой последней подачкой от Службы безопасности.
– И какой же?
– Не исключено, что Гарсия – из тех спящих агентов, от которых не спится безопасникам.
– Гарсия? – фыркнул энсин. – Чушь! Все равно что меня подозревать!
– Тебя все еще проверяют, – заверил доктор Оберхаузен. – А насчет Гарсии – не знаю. Может, правда, может, нет. Мы получили от контрразведки описание одного шпиона, оперирующего на подлодках, которое в точности с ним совпадает. Миссию чуть не отменили. Я уговорил их действовать по плану, пообещав, что ты лично за ним присмотришь.
Рамзи вгляделся в нахальную улыбку на цветной фотографии в папке.
– По-моему, мы гоняемся за призраками. Врагам только того и надо. Мнительность безопасников доведет их до паранойи, а оттуда и до преждевременной деменции недалеко.
Доктор Оберхаузен поднялся с плетеного кресла. Оно благодарно скрипнуло в ответ.
– Смотри, не говори этого джентльменам из Секотдела. С тобой проведут брифинг по поводу Гарсии. Да, чуть не забыл: коммодор точит нож на случай, если ты провалишь задание.
– Все благодаря вашим стараниям, – съязвил Рамзи.
– Я забочусь о своих людях, – невозмутимо парировал Оберхаузен. – Уж об этом не беспокойся. Учись давай. – Он махнул в направлении видеоскопа. – А я к работе.
Рамзи подождал, пока за доктором закроется дверь, швырнул папку обратно в ящик и сделал двадцать вдохов и выдохов, чтобы успокоить нервы. Затем потянулся за досье двух оставшихся членов экипажа.
На фото – высокий худой мужчина с редеющими пепельными волосами, резкими чертами лица и сутулыми плечами.
«Выглядит как профессор провинциального колледжа, – размышлял Рамзи. – В юности, небось, мечтал преподавать математику и теперь злится на своих помешанных на флоте родичей за то, что заставили его пойти по их стопам».
«Интересно, Спарроу в курсе, что жена ему изменяет? – подумал Рамзи. – Для большинства их друзей это не секрет».
Рамзи взял вторую папку.
На фото – грузный мужчина (под шесть футов ростом) с вьющимися (завитыми?) каштановыми волосами, орлиным носом, косматыми бровями. Вид как у насупившегося ястреба.
«Нежеланных!» – отметил про себя Рамзи.
«Нежеланный… – задумался Рамзи. – Подсознательный стереотип мести женщинам как способ расквитаться с бросившей его матерью».
Рамзи взглянул на психологическое заключение:
«Нежеланный, – повторил про себя энсин. – Боннет, вероятно, и не стремится к повышению. Его устраивает, что над ним всегда есть коммандер, заменяющий ему фигуру отца».
Рамзи бросил папки на журнальный столик и откинулся в кресле, продолжая размышлять.
«Сложное сплетение многомерных личностей. Спарроу с Боннетом протестанты, Гарсия – католик. При этом никаких религиозных трений. Ребятам удалось наладить тесный рабочий контакт. В результате – самый высокий рейтинг эффективности. Как отразилась на команде потеря офицера-электронщика Хеппнера? Как они воспримут замену? Черт! Почему именно Хеппнер? В его профиле и зацепиться-то не за что: счастливое детство, спокойная домашняя обстановка. Картину портит лишь неудачно закончившийся роман в двадцать четыре года и теперь вот нервный срыв в тридцать два. По идее, сорваться должен был “нежеланный” Боннет. Или же озлобленный математик Спарроу…»
– Вы спите?
Над ним стоял бессменный инструктор Рид.
– Сейчас уже три часа. Я принес схему аппаратного отсека на «Адских челноках». – Он развернул чертеж и ткнул в него пальцем. – Вот рабочая стойка. Вот зажим. Здесь – инструменты. Миниатюрный токарный станок. Вакуумные насосы. Разъемы коммутатора.
– Слушайте, я умею читать.
– Вы должны находить и подключать тестовую плату в полной темноте, – продолжал Рид, опускаясь в плетеное кресло, в котором перед тем сидел доктор Оберхаузен. – Завтра начнете тренироваться на макете.
– Завтра же суббота, Клинт! – запротестовал Рамзи.
– Вас отпускают только в шесть вечера, – напомнил Рид и склонился над схемой. – Сосредоточьтесь на расположении выключателей. Вот тут – аварийная подсветка. Вы должны находить ее с первой попытки.
– А если найду со второй?
Рид выпрямился, сурово глядя на энсина.
– Мистер Рамзи, уясните себе хорошенько одну вещь и помните о ней даже во сне.
– Какую же?
– Несерьезных аварий на подлодках не бывает.
Коммандер Спарроу торопливо сбежал по пандусу в прорезанную прожекторами темноту подводного причала и замедлил шаг. Лицо обдало влажным туманом, осевшим под невидимым во мраке каменным потолком. Спарроу прокладывал себе путь мимо снующих туда-сюда шаттлов и спешащих с деловым видом людей. Впереди над водой, как выгнутая спина огромного кита, возвышался силуэт его субмарины – эдакая стосорокафунтовая Вагнеровская примадонна на освещенной прожекторами сцене.
В голове проносились обрывки последнего инструктажа в Службе безопасности.
– Вашему экипажу присвоена высшая категория секретности, но среди вас может находиться спящий шпион.
– В моей команде? Да я знаю их как облупленных! С Боннетом ходим уже без малого восемь лет. С Джо Гарсией еще до войны вместе служили. С Хеппнером… – Лицо капитана побагровело. – А что за новый электронщик?
– Насчет него не беспокойтесь. Далее, наша инспекция подтвердила отсутствие на борту вражеских сигнальных устройств.
– Тогда на кой черт мне вставили в шею эту фигню?
– Дополнительная мера предосторожности.
– Так что там насчет новенького, какой у него профрейтинг?
– Он один из лучших. Вот его послужной список.