Фрэнк Херберт – Бог-Император Дюны (страница 57)

– Мне велели прочитать книгу о его жизни.

– Эту биографию, кстати говоря, написал тоже я… Так какие тайны велели тебе выжать из меня твои хозяева?

Хви не моргнув глазом восприняла этот стремительный переход к сути дела.

– Они очень хотят знать внутренний механизм религии Господа Лето.

– Они и сейчас хотят это знать?

– Они хотят знать, каким образом вам удалось перехватить инициативу у Бене Гессерит.

– Им, без сомнения, очень хотелось бы воспользоваться моим опытом?

– Я уверена, что именно это у них на уме, господин.

– Хви, ты ужасный представитель Икса.

– Я – ваш слуга, господин.

– Ты не хочешь узнать что-нибудь для себя лично?

– Я боюсь своим любопытством доставить вам беспокойство, – ответила она.

Он удивленно посмотрел на нее, потом снова заговорил:

– Я понимаю. Мы не станем сейчас обсуждать более интимные проблемы. Хочешь, я расскажу тебе об Общине Сестер?

– Да, это будет очень хорошая тема. Вы знаете, что сегодня у меня была встреча с одной из Сестер?

– Скорее всего, это была Антеак.

– Она произвела на меня страшное впечатление.

– Тебе не стоит ее бояться. Она пришла в посольство по моему приказу. Ты знала, что в твоем посольстве обосновался Танцующий Лицом?

Хви едва не задохнулась, от осознания сказанного в груди ее появился жуткий холод.

– Отви Йак? – спросила она.

– Ты подозревала его?

– Он мне просто не нравился, и мне говорили, что… – Она пожала плечами, окончательно все поняв. – Что с ним случилось?

– С настоящим? Он мертв. Это обычная тактика Танцующих Лицом в подобных обстоятельствах. Мои Говорящие Рыбы получили приказ убить всех Танцующих Лицом в твоем посольстве.

Хви промолчала, но по щекам ее потекли слезы. Это объясняет пустые улицы и загадочное «да» Антеак. Это объясняет очень многое.

– Говорящие Рыбы будут помогать тебе до тех пор, пока ты не сделаешь новые назначения, – сказал Лето. – Мои гвардейцы будут хорошо тебя охранять.

Хви смахнула слезы с лица. Инквизиторы Икса будут в бешенстве от такого поведения тлейлаксианцев. Поверят ли на Иксе в ее рапорт? Весь персонал ее посольства замещен Танцующими Лицом! В такое трудно поверить.

– Так они сменили всех? – спросила Хви.

– У Танцующих Лицом не было никаких оснований оставлять кого бы то ни было в живых. Следующей должна была стать ты.

Хви содрогнулась.

– Они так долго тянули, потому что им надо было с особой тщательностью скопировать тебя, чтобы обмануть меня. Они не знают всех моих способностей.

– Значит, Антеак…

– Сестры Общины, как и я, могут отличать Танцующих Лицом от настоящих людей. А Антеак… что ж, она очень хорошо умеет делать то, что делает.

– Никто не доверяет тлейлаксианцам, – сказала Хви. – Почему их не истребили?

– Специалистов надо использовать, но понимать при этом, что они ограниченны. Ты удивляешь меня, Хви. Я не подозревал, что ты столь кровожадна.

– Но тлейлаксианцы… они слишком жестоки, чтобы считать их людьми. Они не люди!

– Уверяю тебя, что только люди и именно они могут быть столь жестокими. Я и сам иногда бываю жесток.

– Я знаю, господин.

– Но только когда меня провоцируют, – продолжал Лето. – Единственные люди, которых я хотел уничтожить, – это сестры Бене Гессерит.

От изумления Хви потеряла дар речи.

– Они очень близки к тому, чем они должны быть, но одновременно очень далеки от этого.

Хви вновь обрела способность говорить:

– Но в Устном Предании сказано…

– Да, там говорится о религии Преподобных Матерей. Когда-то они создали особую религию для специфического общества. Они назвали это инжинирингом. Это не слишком сильно тебя поразило?

– Это бессердечно.

– Действительно. Результаты вполне соответствовали их ошибке. Несмотря на все грандиозные попытки достичь экуменизма, в Империи продолжали процветать многочисленные религии, люди поклонялись своим божествам и самозваным пророкам.

– Вы изменили это положение, господин.

– В какой-то степени. Но боги умирают с большим трудом, Хви. Мой монотеизм господствует, но исходный пантеон продолжает существовать. Он ушел в подполье и продолжает жить, прикрываясь различными масками.

– Господин, я чувствую в ваших словах… – Она тряхнула головой.

– Такой же холодный расчет, как и в действиях Общины Сестер?

Хви кивнула.

– Фримены обожествили моего отца, великого Муад’ Диба. Правда, он не слишком хотел, чтобы его считали великим.

– Но были ли фримены…

– … правы? Моя дражайшая Хви, они были очень понятливы во всем, что касается власти, и им хотелось обрести законного наследственного властителя.

– Мне… очень неприятно это слушать, господин.

– Я вижу. Тебе не нравится идея о том, что, по-видимому, любой человек может стать богом, не прилагая к этому чрезмерных усилий.

– Вы говорите об этом, как о какой-то мелочи, господин, – голос Хви стал отчужденным и испытующим.

– Уверяю тебя, что кто угодно не может стать богом.

– Но вы неявным образом утверждаете, что унаследовали свою божественность от…

– Не вздумай сказать это Говорящим Рыбам – они очень остро реагируют на всякую ересь.

Хви почувствовала, что у нее пересохло во рту.

– Я говорю это только для того, чтобы защитить тебя, – сказал он.

– Благодарю вас, господин, – произнесла Хви едва слышным голосом.

– Моя божественность проявилась тогда, года я объявил фрименам, что не стану больше отдавать племенам воду мертвых. Ты знаешь об этой воде?

– В дни Дюны это была вода, которая добывалась из тел умерших, – ответила она.

– Ах да, ты же читала Ноя Аркрайта.