Фредерик Перлз – Внутри и вне помойного ведра. Практикум по гештальттерапии (страница 50)

Обе стороны полны опасности. Если мы на стороне ангелов, нам придется жертвовать, отказываться, отчуждать, подавлять, проектировать и т. д. большую часть наших возможностей. Если мы идентифицируемся с нашими потребностями, нас могут наказать, выбросить, презирать и оставить без внешней поддержки. Терапевтическое решение — это рациональность, осознание, что многие из наших катастрофических ожиданий не оправданы, что многие из интроектов устарели, это только бремя. Соприкасаясь с окружающей средой и с собой, больной учится различать свои фантазии и свою оценку реальности.

Пока конфликт между индивидом и обществом очевиден и известен каждому, пока конфликт между тем, продаться ли обществу или следовать своим путем, не является чем-то новым, пока разделение между подчиняющимися и бунтовщиками остается неизменным в поколении, слишком мало известно об интернализации этих конфликтов, и о том, как найти интегральное решение.

Такое решение требует понимания функции границы "я" и границы эго. Обе — границы контакта. Выражение "границы я" — корректно, термин "граница эго" ограничен индивидуумом, но его законы применимы ко всем границам контакта. Эти границы определяются дихотомией: "идентификация/отчуждение". Это исследование дает надежду привести нас к самому трудному явлению — проекции.

Мне хотелось бы прервать это скучное абстрактное обсуждение примером, проливающим свет на уместность нашего исследования.

Группа граждан вовлечена в установление границы, разделяющей черных и белых людей. Обычно положением негра и требуют отождествления негра со своими усилиями. Пока они вовлекаются в этот процесс интеграции, создается другая граница, дихотомия между борцами за свободу и борцами за антисвободу.

В течение Второй мировой войны граница пролегала между союзниками и нацистами, которая скоро сменилась другой границей, названной "железный занавес".

Я могу перечислить дюжину примеров, в которых такие границы всегда существуют между индивидуумами, семьями, кликами, кланами, нациями и слоями общества, и заключить, что цели, идеалы, подобные Объединенным Нациям и Общечеловеческому братству не имеют перспективы всеобщности и, таким образом, ведут к дурацкому оптимизму.

В Дурбане у нас был национальный клуб белых, негров и индейцев. Мы прекрасно ладили с неграми и индейцами, но все попытки собрать вместе двух последних провалились. В Соединенных Штатах реальной границей является не раскол между демократами и республиканцами или между управлением и трудом, или между белыми и группами национальных меньшинств, или придерживающимися закона гражданами и бунтарями. Граница лежит между "соответствующими" и "несоответствующими". Я пользуюсь этими терминами умышленно, чтобы избежать моральных приговоров, таких, как хороший и плохой, правильный или неправильный.

Чтобы понять идею решения, нам необходимо осознать, что включило бы в себя замысел, по своей значимости подобный многомиллиардной аэрокосмической программе, но в отличие от нее, это использование денег сохранило бы в конце концов много миллиардов. Более того, он может быть выполнен, или, по крайней мере, обсужден любым учреждением, стоящим у власти.

Я сомневаюсь, однако, что в технократическом обществе, которое почти неограничено в своем планировании "вещей", гуманистическое мероприятие такой важности могло бы быть понято. Единственная надежда заключается в признании, что мы не имеем возможности отделаться от гуманистической проблемы гигантских размеров из-за взрывной силы возможности открытой гражданской войны.

За малым процентом исключений, каждый гражданин принадлежит к одной из трех этих категорий:

а) Соответствующие. Они производят, продают и обслуживают "вещи" и заботятся о производителях, торговцах и обслуживающих "вещи". Они сами поддерживают в финансовом отношении себя и образуют довольно плотно организованное общество;

б) Несоответствующие. Они представляют очень неорганизованное общество и ошибочно воспринимаются как множество разных и независимых категорий: преступники, сумасшедшие, асоциальные, исключенные, безработные, хиппи, бедные, наркоманы, больные, жители гетто. В финансовом отношении они — бремя для соответствующих, поскольку их приходится поддерживать или заключать в тюрьму;

в) Промежуточный класс. Те, кто заботится о несоответствующих. Они также оплачиваются и используются соответствующими. Они включают полицию, рабочих благотворительные учреждения, персоналы больниц и тюрем, психологов, докторов, министров.

Значение имеет сама идея, а не мелкие детали, кто куда относится.

Значение имеет то негодование, которое соответствующие испытывают по отношению к несоответствующим из-за огромного количества налоговых денег, которые тратятся на них.

Значение имеет то негодование и ненависть, которые несоответствующие испытывают к своей зависимости и отсутствию понимания.

Направление, которое существовало всегда — обратить несоответствующих в соответствующих лечением, раскаянием и обучением.

Сделайте несоответствующих самоподдерживающимися! Соответствующие, примите существование!

По крайней мере, взгляните на проблему. Используйте ваши компьютеры!

Сделайте предварительное исследование. Где-нибудь на свете должен быть социолог, который мог бы принять ответственность за социокосмическую программу. И! Генералы, имейте в виду: концентрационные лагеря — это не ответ.

Границы контакта, признание различий — да. Стены, осуждение различия — нет. Сила или здравый смысл? Или: применение силы, чтобы восстановить здравый смысл. Было бы хорошо. Но она будет, как всегда, злоупотреблением.

Хотя моя фантазия увлекается, концепция границы всплывает четко. Границы "я" можно было бы назвать явностью чувств. Чувства соприкасаются. Они не проникают за поверхность, чтобы идти глубже, нам придется нарушить поверхность, это очевидно. Быть в соприкосновении это значит быть ориентированным на поверхность. Это одна из основных характеристик гештальттерапии.

Не принимая во внимание поверхность, мы проникаем внутрь и анализируем до бесконечности, ибо как бы глубоко мы ни проникли, мы всегда будем наталкиваться на другую поверхность. Подобно луковице, когда очищается один слой и возникает другой, потом еще и еще, пока мы Tie достигаем нечто.

Фрейд говорил о подавлении и возвращении в бессознательное. Если мы понимаем язык очевидного, нам не нужен этот двусмысленный разговор. На самом деле ничто не подавляется. Возникают все соответствующие гештальты, они находятся на поверхности, они очевидны, как и обнаженность короля. Наши глаза и уши узнают их, при условии, что ваш компьютер анализа-мышления не ослепляет вас, при условии, что вы остаетесь на невербальном уровне самовыражения, движения, позы, голоса и т. д. Не нацеливаясь на поверхность, на границу "я", вы безнадежно остаетесь вне соприкосновения — и еще копия вне достижения — разделение стеной толстых слоев многословия.

Граница контакта, например граница эго, является слишком запутанным предметом, пока не будет принята в своей простоте. Граница эта подобна прокрустову ложу.

Прокруст, человек из Древней Греции, который любил играть в игры соответствия и регулирования. У него было только одно ложе. Так, если его гость был слишком длинным, он отсекал его ноги, если он был слишком коротким — он вытягивал его до тех пор, пока тот не соответствовал длине ложа.

Это то, что мы делаем с собой, если наши возможности не соответствуют нашему образу себя.

Не все границы так жестки, как это ложе. История из жизни Древней Палестины демонстрирует как жесткую так и смещающуюся границу.

В деревне жила проститутка. Однажды жители деревни решили побить ее камнями. Я не знаю причины. Может быть, она запросила чрезмерную плату у клиента или заразила его венерической болезнью. Как бы то ни было, пока они собирались побить ту девушку камнями, шел один малый с белокурой бородой и длинными волосами, похожий на настоящего хиппи. Он поднял указательный палец правой руки и произнес: "Кто без греха, пусть бросит первый камень". Все выронили камни, молчание… Потом (единственный) стук единственного камня.

Девушка обернулась: "МАМА!" Что случилось? Для поступка матери не было препятствий. Но пауза? Они, действительно вдруг задержались. Они решили уравнение грех=грех? Они действительно осознали свою проекцию?

Все это возможно, но теряется суть. Суть в том, что они очнулись от транса бешенства, что они пришли в соприкосновение с реальностью, что они пережили один из типов сатори.

У нас славное "бабье лето". Чуточку даже жарко. У меня была короткая сиеста, которую пробудило живое сновидение прощания с семьей Рундов, семьей моей матери. Прощание с моим дедушкой кажется безвозвратным. Я вижу других снова, без него. Я сижу довольно далеко от него, целую его руку и ясно понимаю, что он сидит здесь, и рядом со мной есть рука, не связанная с человеком. Очень мужественная рука.

Мне надоело, и я зеваю. Я слишком ленив, чтобы сделать что-нибудь с этой рукой.

Скука и усталость. Вы помогали мне раньше.

Я не хочу ни разыгрывать сновидение в стиле Перлза, ни ассоциировать в стиле Фрейда. Я хочу остаться в этой атмосфере. Прощание и мое почтение к нему несет что-то лживое и натянутое.