Фредерик Форсайт – Ветеран (страница 62)

— Этот форт и фактория — точная копия, позволяющая до последней и мельчайшей детали показать, что представляли собой эти сооружения времен бессмертного генерала Кастера. Я лично наблюдал за строительством и сумел позаботиться о том, чтоб все эти детали ничем не отличались от оригинала.

И он начал водить своих гостей от одного сооружения к другому, попутно объясняя, как зародился этот проект, сколько средств удалось собрать Историческому обществу Монтаны и Фонду культуры, сколько еще фондов удалось убедить вложить средства для создания столь замечательного памятника истории.

Он рассказал, что проект соответствует оригиналу до дюйма, что в строительстве использовали только местные породы дерева, что в погоне за совершенством были даже заказаны специальные железные гвозди и скобы, в точности копирующие старинные.

Его энтузиазм передался гостям. А он, лучась улыбкой, сообщил им следующее:

— Форт Херитейдж, безусловно, будет иметь огромное образовательное и воспитательное значение для молодежи, причем не только из Монтаны, но и, как я смею надеяться, из других штатов тоже. Уже зарезервированы все билеты на автобусные туры, люди готовы ехать даже из Вайоминга и Южной Дакоты.

Возле резервации крау у нас имеется огороженный участок земли в двадцать акров, там выращивают траву и заготавливают сено для лошадей. Причем, жать траву будут серпами, как в старину, мы уже нашли специалистов. И наши посетители увидят и поймут, каков был уклад жизни в этих краях сто лет тому назад. Смею уверить, этот опыт просто уникален, ничего подобного в Америке пока что не существует.

— А мне нравится. Даже очень нравится, — заметил сенатор. — Ну а каким же образом вы будете набирать штат?

— О, это самое интересное, сенатор. Здесь будет не музей, а настоящий действующий форт конца девятнадцатого века. Фонды позволяют нам нанять человек шестьдесят молодых людей, но только на лето, на время национальных праздников и школьных и студенческих каникул. В основном привлекут молодежь из драмкружков и школ сценического искусства из всех крупнейших городов Монтаны. И знаете, студенты с большой охотой откликнулись на наш призыв. Возможность подзаработать, приятно и с пользой провести летние каникулы. К тому же привлекает грандиозность поставленной нами задачи.

У нас уже есть шестьдесят добровольцев. Сам я буду играть роль майора Инглза из 2-го кавалерийского, роль начальника форта. Будут у меня и помощники: сержант, капрал и восемь солдат. Все эти студенты умеют прекрасно держаться в седле. Лошади и седла будут любезно предоставлены дружественно настроенными владельцами ранчо.

Предполагается привлечь и несколько молодых женщин, они будут играть роль поварих и прачек. Платья, разумеется, по тогдашней моде. Другие студенты будут играть роль трапперов, скаутов, первопоселенцев, направляющихся на запад в поисках лучшей доли.

К нам согласился присоединиться настоящий кузнец, так что посетители увидят, как подковывают лошадей. Сам я буду проводить службы вот в этой часовне, и мы будем распевать гимны тех дней. У девушек, конечно, будет своя отдельная спальня. И еще наставница из университетских дам, Шарлот Бевин. Солдаты будут жить в одной казарме, гражданские — в другой. Уверяю вас, мы все предусмотрели, до последней детали.

— Ну а что касается вещей, без которых нынешние молодые люди просто не мыслят существования? Я имею в виду проблемы соблюдения личной гигиены, всякие там свежие фрукты, овощи и прочее? — спросил конгрессмен из Хелены.

— Вы абсолютно правы! — снова расцвел в улыбке профессор. — Здесь мы предусмотрели три маленькие хитрости. Во-первых, здесь не будет настоящего огнестрельного оружия. То есть все пистолеты и ружья будут всего лишь копиями, за исключением нескольких, из которых можно стрелять холостыми, да и то под нашим присмотром.

А что касается гигиены, видите вон ту выставку оружия? Там представлены копии «спрингфилдов», но за этим шкафом фальшивая стенка, а за ней — самая настоящая ванная с горячей водой, туалетами, кранами, всякими там биде и душами. Видели на улице огромную бочку для сбора дождевой воды? Так вот, под нее подведена труба. За бочкой имеется маленькая дверца. Она открывается в огромную холодильную камеру, работающую по принципу газоохлаждения. Там хранятся всякие стейки, котлеты, овощи и фрукты. Газированная вода. Но никакого электричества. Здесь можно пользоваться только свечами и масляными лампами.

Они стояли у двери в хижину для гостей. Один из чиновников приоткрыл ее и заглянул внутрь.

— А один обитатель у вас, похоже, уже имеется, — заметил он. И указал на застеленную одеялами койку в углу. Затем они обнаружили и другие следы пребывания непрошеного гостя. Лошадиный помет в конюшне, угольки от костра. Сенатор так и покатился со смеху.

— Похоже, кое-кто из ваших артистов не мог дождаться, — сказал он. — А что, если здесь поселился настоящий колонист тех времен, а?

Присутствующие ответили дружным смехом.

— Нет, если серьезно, профессор, работа просто отличная. Думаю, все с этим согласны. Примите мои поздравления. Ценнейший вклад в развитие нашего штата.

С этими словами они и вышли из форта. Профессор запер за собой ворота, продолжая ломать голову над тем, откуда взялись одеяла в хижине и лошадиный помет на конюшне. И вот автомобили направились по ухабистой дороге к длинной полосе черной земли, шоссе под номером 310, а затем свернули к северу, к Биллингзу и аэропорту.

Билл Крейг возвращался с охоты два часа спустя. И тут же заметил, что одиночество его было нарушено. О том свидетельствовала дверь в стене возле часовни, запертая изнутри на засов. Он точно помнил, что закрыл ее, но запереть изнутри никак не мог. А стало быть, проникший в форт незваный гость или ушел через главные ворота, или же все еще находится внутри.

Он проверил ворота, они оказались заперты. Но снаружи виднелись какие-то странные следы. Примерно такие оставляют колеса фургона, только эти были значительно шире, и в середине имелись зигзагообразные полоски.

Зажав ружье в руке, он перелез через стену, но после почти часового обхода всех помещений убедился, что в форте, кроме него, никого нет. Тогда он снял засов, открыл дверь и впустил Розбад. Отвел лошадь на конюшню, покормил. Потом пошел еще раз взглянуть на подозрительные следы у входа. Обнаружил следы туфель и тяжелых охотничьих ботинок, еще множество зигзагообразных полосок, но ни одного отпечатка копыта. И что самое интересное — человеческие следы за воротами обрывались. Очень странно.

Две недели спустя прибыла первая партия — штат музея. И, по стечению обстоятельств, Крейг в это время снова расставлял ловушки у подножия горы Прайор.

Караван являл собой весьма внушительное зрелище. Три автобуса, четыре автомобиля, в каждом по два водителя, и целых двадцать лошадей в одном огромном серебристом трейлере. Когда разгрузка была закончена, все машины уехали.

Еще в Биллингзе сотрудники переоделись в костюмы, соответствующие их ролям. У каждого также имелся запас сменной одежды. Профессор лично проверил все вещи и настоял на том, чтоб ничего «современного» в форте не было. Никаких электроприборов, никаких штучек, работающих на батарейках. Для некоторых добровольцев сама мысль о расставании с любимым транзисторным приемником была просто невыносима, но следовало подчиняться условиям договора. Не разрешалось даже брать книги, напечатанные в двадцатом веке. Профессор Инглз неоднократно подчеркивал, что полное погружение в прошлое, на целый век назад, важно как с точки зрения аутентичности, так и в чисто психологическом плане.

— Со временем вы действительно поверите в то, что являетесь первопроходцами и живете в те славные и трудные времена, — не уставал повторять он.

На протяжении нескольких часов студенты театральных училищ, вызвавшиеся стать обитателями форта не только из желания подзаработать на летних каникулах, но и ради того, чтобы набраться столь необходимого для успешной карьеры опыта, обследовали новое место с все возрастающим восторгом.

Кавалеристы заводили лошадей в стойла, а потом принялись обустраивать свою казарму. Два плаката с изображениями Рэкел Уэлш и Урсулы Андрее были пришпилены к стенке и немедленно конфискованы. Повсюду звенел смех, настроение было праздничным.

Гражданские персонажи, то есть кузнецы, торговцы, повара, скауты и пионеры с Востока, заняли вторую большую казарму. Для восьми девушек была выделена спальня, куда они и проследовали под предводительством мисс Бевин. Затем прибыли два громоздких фургона, крытых белой холщовой тканью. В них были запряжены огромные тяжеловозы; фургоны решили припарковать у главных ворот. В чисто рекламных целях, для привлечения внимания туристов.

К концу дня Бен Крейг стоял на опушке леса, держа Розбад под уздцы, и с расстояния полумили со все возрастающим чувством тревоги наблюдал за тем, что творится в форте и вокруг него. Ворота распахнуты настежь. Внутри видны два фургона, кругом снуют люди. Над воротами гордо развевается на ветру звездно-полосатый флаг. Он заметил также двух военных в синих мундирах. Он ждал несколько недель, чтоб навести справки о Шепоте Ветра, узнать, наконец, куда увезли ее шайенны, и вот теперь боялся подойти к этим людям и спросить.