Фред Адра – Лис Улисс и потерянный город (страница 88)
Берта схватила Константина за лапу, чтобы было не так страшно. Туннель совершил поворот и разветвился на два коридора: один, затемненный, уходил направо; другой – налево, и в конце его горел яркий свет. Оттуда же доносились голоса.
Константин и Берта, не сговариваясь, двинулись влево, и вскоре туннель вывел их на маленькую площадку, под которой обнаружилась гигантская, освещаемая кострами и факелами пещера, заполненная зверями, облаченными в белые балахоны с островерхими капюшонами. Держась за лапы, звери образовывали три кольца вокруг центра пещеры, где возвышалась на постаменте огромная, метра четыре в высоту, кофемолка. Она слегка подрагивала, стенки ее излучали голубоватое свечение, и острый дурманящий запах кофе чуть ли не сбивал с лап.
Звери в балахонах медленно, как в трансе, раскачивались и произносили нараспев уже знакомую Несчастным мантру: «Как мы устали. Сил наших нет. Ох. Нет, мы уволимся». Кофемолка в ответ с готовностью вибрировала, искрилась и перемалывала несколько тонн кофейных зерен. Константин и Берта изумленно наблюдали за этой сценой, не зная, что и подумать.
Внезапно «молящиеся» одновременно, будто по мановению дирижерской палочки, смолкли и упали на колени. Объект поклонения тоже застыл в неподвижности, прекратив молоть и сиять. В наступившей тишине ближайшая к кофемолке фигура простерла лапы к идолу и воскликнула голосом мэра Вершины:
– О Великая Кофемолка! Тебе приносим мы в жертву свое время! Ради тебя мы живем! На благо тебе мы трудимся! Мы уничтожили в здании все запасы чая и какао, отдав тебе безраздельную власть! Помоги же и ты нам, о Великая Кофемолка! Ибо пришла беда, с которой мы не в силах справиться!
И кофемолка ответила. Голос ее исходил откуда-то из недр горы кофейных зерен, и звучал он низко и грозно:
– Какой помощи вы ждете от меня, дети мои?
– Орды крыс грабят и разоряют наш город! Спаси нас, о Великая Кофемолка! – со слезами в голосе взмолился мэр, и его примеру последовали остальные: «Спаси, спаси нас, Великая Кофемолка!»
– Хорошо, я спасу вас! – возвестила Великая Кофемолка, и подземная пещера огласилась ликующими возгласами. – Но! – Крики смолкли. – Сначала вы должны заплатить!
– Мы готовы! – воскликнул мэр. – Сделаем все, что ты потребуешь!
– Хорошо. Принесите мне все золото, что есть в ваших домах!
– Мы сделаем это, о Великая Кофемолка!
– Далее. Переведите из бюджета города три миллиона банкнот в Градбургский Национальный Банк на имя Великой Кофемолки, номер счета 4543525.
– Мы сделаем это, о Великая Кофемолка, – повторил мэр, но теперь в его голосе слышалось удивление.
Берта подергала Константина за рукав и указала назад в глубину туннеля.
– Там кто-то есть, – испуганно прошептала она. – Видишь движущийся огонек?
– Вижу, – тоже шепотом ответил кот. – Ну-ка, поглядим.
Друзья двинулись назад, в то время как за их спинами святыня продолжала набивать цену за спасение города от нашествия. Теперь она требовала самолет и воздушный коридор до Градбурга.
Огонек исчез, и друзья решили, что он переместился в соседний, темный, рукав туннеля. И не ошиблись. Стало очевидно, что это медленно удаляющийся карманный фонарик. Ступая на цыпочках и стараясь не дышать, Берта и Константин осторожно последовали за ним.
Фонарик высветил железную дверь, в круге света появилась лапа и постучала в нее. Дверь отворилась, впуская пришельца внутрь, а потом закрылась за ним, но не плотно, и друзья пошли вперед, ориентируясь по полоске света, как по маяку. Они подкрались к двери, и Константин чуть-чуть ее приоткрыл – очень осторожно, чтобы те, кто внутри, ничего не почувствовали, но чтобы при этом хоть что-то видеть. И друзья увидели, да такое, что были потрясены до глубины души, ибо ничего подобного не ожидали.
Их взглядам предстала ухоженная просторная кабина. Одна ее стена казалась абсолютно прозрачной – за ней открывался вид на пещеру Великой Кофемолки. Берта и Константин догадались, что это вовсе не стена, а гигантский монитор. К нему примыкал массивный стол, заставленный электронной аппаратурой, рычагами, кнопками и микрофонами. А сидели за столом двое: архивариус Харон и Пародия Фугас. Рядом с Хароном лежал фонарик, а госпожа Фугас, склонившись над микрофоном, произносила:
– …лишь тогда я смогу помочь вам, дети мои.
Внизу, в пещере, с задержкой в долю секунды, Великая Кофемолка повторяла измененным голосом:
– … лишь тогда я смогу помочь вам, дети мои.
Харон сделал Пародии знак, и та выключила микрофон.
– Дорогая, – архивариус нежно накрыл ладонью лапу тигрицы. – А три миллиона не маловато ли будет? Пускай дадут пять миллионов!
– Не будем жадничать, милый, – ласково возразила Пародия Фугас. – А то еще они что-нибудь заподозрят.
– Ты права, любовь моя! Продолжай!
Константин отпрянул от двери и потянул за собой ошалевшую Берту.
– Ни фига себе… – проговорила лисичка, когда они вернулись в освещенный коридор.
Кот повернулся к ней, глаза его азартно блестели.
– Берта, у меня идея! Гениальная! Сам Улисс до такого бы не додумался!
Лисичка восприняла это заявление скептически и потребовала подробностей.
– Сейчас объясню! Только для начала… – Константин порылся в рюкзаке. – Ага, вот они!
– Накладные клыки? – удивилась Берта. – Зачем?
– Мы должны выглядеть устрашающе. А то сейчас, – извини, конечно, за прямоту, – но тебя и ребенок не испугается.
– А зачем нужно, чтобы меня боялись? Я никого пугать не собираюсь. Тем более детей.
– Собираешься, только пока об этом не знаешь. Надевай клыки и слушай…
Несколько минут спустя ритуал в пещере был прерван появлением новых действующих лиц. Два удивительных субъекта, самец и самка, твердой походкой приближались к Великой Кофемолке со стороны одного из многочисленных подземных туннелей, что роились под муниципальным комплексом. Кофепоклонников поразило не столько появление незнакомцев, сколько не вязавшийся с их видом термос в лапах самки и внушительного размера клыки. «Саблезубый кот? Саблезубая лиса?!» – недоуменно и испуганно перешептывались молящиеся.
Навстречу пришельцам нерешительно выступил мэр Вершины.
– Кто вы такие? – вопросил он, стараясь, чтобы его голос звучал грозно.
Незнакомцы остановились напротив мэра и смерили его высокомерными взглядами.
– Мы чайные жрецы! – важно произнес кот. – Посланцы Великого Заварочного Чайника, древнейшего и сильнейшего из питьевых божеств!
Толпа ахнула, а мэр отшатнулся.
– Чаеверы! Да еще и жрецы! – ужаснулся он. – Как вы посмели явиться сюда! Немедленно убирайтесь!
– Уберемся, но лишь тогда, когда получим то, за чем пришли!
– И что же это? – насторожился мэр.
– Один из наших братьев-чаеверов томится в застенках вашего нечестивого города! Мы требуем документ, подписанный мэром, дающий нам право освобождать заключенных!
Мэр горделиво вскинул голову.
– И думать забудьте!
Жрец недобро прищурился.
– Что ж… Тогда пеняйте на себя. – Не поворачиваясь, он протянул лапу к жрице. Та сунула в нее крышку от термоса, которая в перевернутом виде становилась чашей, и плеснула туда чаю.
Жрец вытянул чашу перед собой и грозно произнес:
– Если вы не выполните наше условие, я оболью вашу Кофемолку чаем!
Кофепоклонники содрогнулись.
– Прийти сюда с чаем, этим греховным зельем! Какое святотатство! – роптали они. А мэр взмолился:
– Нет-нет, пожалуйста, не делайте этого! Мы сделаем все, о чем вы просите, только не причиняйте вреда Великой Кофемолке!
– То-то же, – довольно ухмыльнулся жрец, опуская лапу с чашей.
Но радость его оказалась преждевременной, потому что в этот момент заговорила сама Великая Кофемолка, и голос ее звучал презрительно:
– Жалкие глупцы! Неужели вы думаете, что ваш ничтожный чай способен причинить вред мне, Великой Кофемолке! Да ваш Заварочный Чайник ничто по сравнению со мной! Дети мои, не бойтесь за меня! Хватайте их!
Лисица-жрица испуганно пискнула, а кот-жрец растерялся. Но лишь на мгновение.
– Ах, так! – рассердился он. – Ну ладно!
Однако, вопреки ожиданиям кофепоклонников и подруги-жрицы, он не выплеснул содержимое чаши на кофемолку, а залпом осушил ее сам.
Чаша выпала из его лап. Выпучив глаза, жрец захрипел и схватился за горло. Толпа, еще секунду назад готовая схватить пришельцев, нерешительно затопталась на месте. А чайный жрец с криком повалился наземь, раскинул лапы и забился в конвульсиях. Все, включая и саблезубую лисицу, испуганно отпрянули.
Кот неподвижно замер. Затем медленно поднялся на задние лапы, посмотрел на мэра стеклянным взглядом и протянул к нему лапы.