Фред Адра – Лис Улисс и клад саблезубых (страница 44)

В этот день важные события происходили не только с Улиссом и его друзьями. Вернемся немного назад и нанесем визит Жозефине Витраж. После завтрака рысь некоторое время размышляла, чем заняться – убиваться по пропавшей сестре или полистать в газетах светскую хронику. Убиваться не хотелось. Для этого явно не хватало зрителей. Нет, она, конечно, обеспокоена. Но ведь за дело взялись такие серьезные сыщики, что волноваться не о чем. Очень скоро они придут и объявят, что Анжела нашлась. А еще лучше, если приведут ее с собой. Тогда их текущие расходы обойдутся Жозефине недорого. Да-да, так и будет. Надо только подождать. А ждать лучше всего листая светскую хронику. Поэтому когда горничная сообщила, что прибыли сыщики Проспер и Антуанетта, Жозефина довольно улыбнулась и велела впустить. Она даже не обратила внимания на озадаченное выражение мордочки горничной. А через минуту в гостиную вошли лис и лисица, и настала очередь озадачиться самой Жозефине.

– Э? – спросила она.

– Здравствуйте, госпожа Витраж, – сказал Проспер, полноватый лис средних лет, мех которого был несколько темнее Улиссовского. В зубах у Проспера торчала незажженная курительная трубка (при разговоре сыщик вынимал ее из пасти), а под мышкой он держал скрипичный футляр.

– Здравствуйте, госпожа Витраж, – сказала Антуанетта, молодая тощая лисица в длинном черном платье, с дамской сумочкой на плече. В зубах у Антуанетты торчал мундштук без сигареты (при разговоре сыщица вынимала его из пасти), на носике блестели очки, а под мышкой пристроился футляр от альта.

– Здравствуйте, – еле выговорила ошеломленная Жозефина. – А вы кто?

Лисы переглянулись.

– Сыщик Проспер и его помощница Антуанетта, – ответила лисица.

– Но… Позвольте… А как же… Вчера?

– Что вчера? – спросил Проспер.

– Вы ведь уже были здесь вчера! Но это были не вы…

Теперь настал черед сыщиков удивляться.

– Простите? – произнес Проспер, и его левая бровь взлетела вверх. – Вы хотите сказать, что не мы были здесь вчера?

– Да нет же! Вы были! То есть не вы, а Проспер и Антуанетта! Но… другие… – растерялась Жозефина.

– Очень интересно, – глубокомысленно произнес Проспер. – Другими словами, вчера вас посетили некие лисы, выдававшие себя за нас. Это очень интересно.

– Я вызову полицию, – решила Жозефина.

– А смысл? – усмехнулся Проспер.

– А нету? – жалобно спросила Жозефина.

– Никакого.

– Но откуда я знаю, что это вы – Проспер и Антуанетта, а не те, вчерашние?! А?

Вместо ответа оба лиса достали, развернули и продемонстрировали свои документы.

– Вчерашние мы тоже показали удостоверения? – поинтересовался Проспер.

– Нет, – ответила Жозефина убитым голосом. – Но кто они? Зачем им это понадобилось?!

– А вот это, – Проспер поднял указательный палец, – очень любопытный вопрос. Позволите присесть?

– Да-да, конечно!

Лисы положили футляры на журнальный столик и заняли по креслу напротив Жозефины. Проспер вынул трубку из пасти и, продолжая держать ее в лапе, спросил:

– Неужели вас не удивил наш преждевременный приезд? Вы ведь знали, что мы должны прибыть сегодня.

– Удивил, – согласилась Жозефина. – Но вы объяснили, что поезд поспешил.

– Что поезд сделал? – переспросил Проспер.

– Поспешил… – повторила Жозефина, чувствуя себя очень несчастной.

– Понятно, – кивнул Проспер и кинул красноречивый взгляд на помощницу. Антуанетта расценила это как предложение не оценивать интеллект клиентки слишком высоко. Чего она и так делать не собиралась, привыкнув к тому, что сыщики всегда умнее клиентов.

А Проспер продолжал:

– Что же, уважаемая госпожа Витраж, вынужден констатировать, что вас ввели в заблуждение.

Жозефина вздрогнула. Она вспомнила, что если детектив употребляет фразу «ввести в заблуждение» вместо «усыпить бдительность», то такой детектив не компетентен и доверять ему не стоит. Она подозрительно прищурилась.

– А вы действительно тот самый знаменитый Проспер?

– Вы же видели документы, – напомнил сыщик.

– Ну да… Просто подумала, мало ли…

– Тогда, с вашего разрешения, я продолжу. Итак, самозванцы повели себя естественно, убедили вас, что они – это мы, усыпили вашу бдительность…

– Как вы сказали? – встрепенулась Жозефина.

– Усыпили вашу бдительность. А что?

– Ой, как вы это хорошо сказали! – обрадовалась рысь. – Продолжайте, продолжайте!

Сыщики снова переглянулись и согласились взглядами друг с другом: у Жозефины Витраж явно не все в порядке с головой. Похоже, кто угодно мог выдать ей себя за знаменитых сыщиков, даже крокодилы.

– Расскажите, пожалуйста, что было дальше, – сказал Проспер.

Жозефина рассказала о встрече со вчерашними самозванцами, Проспер внимательно слушал, а Антуанетта делала заметки в блокноте.

– Ну что же… – заметил сыщик по окончании рассказа. – Пожалуй, ситуация проясняется, и мы можем предположить, кто были эти лисы.

– Кто? – нетерпеливо спросила Жозефина.

Проспер не без иронии пояснил:

– Версию о том, что это были мы, я, естественно, отметаю. Значит, это были мошенники. И, скорее всего, они имеют прямое отношение к исчезновению вашей сестры. Непонятно только, зачем им понадобился вчерашний маскарад. Но то, что цели у них недобрые, никаких сомнений. Ничего, они не знают, с кем связались. Вот нам уже почти все про них известно, кроме незначительных мелочей: кто они такие, откуда, зачем и что им нужно.

– Гениально, мэтр, – сказала Антуанетта. Проспер улыбнулся.

– И что же теперь? – растерянно спросила Жозефина.

– Теперь вы нам расскажете об исчезновении вашей сестры Анжелы Витраж, со всеми подробностями.

И Жозефина поведала все, что днем раньше рассказала Улиссу и Берте. Проспер слушал с закрытыми глазами, время от времени кивая головой, а Антуанетта неустанно водила ручкой по страницам блокнота. Когда же хозяйка дома закончила, Проспер открыл глаза и сказал:

– Многое проясняется. Но рассказ требует анализа. Приступаем!

Оба сыщика синхронно встали с кресел и открыли свои футляры. Проспер достал скрипку, Антуанетта – альт. Они стали друг напротив друга и, закрыв глаза, заиграли. Сначала Антуанетта неуверенно вывела простенькую гармонию. Затем Проспер подыграл, но его партия звучала диссонансом. Видимо, знаменитый сыщик не согласился с помощницей. Тогда Антуанетта попыталась подстроиться под мэтра. Но, когда ей это удалось, Проспер резко сменил тональность. Антуанетта остановилась, прислушалась, потом легонько стукнула себя по лбу, что означало – она поняла, куда клонит мэтр, – и принялась энергично подыгрывать. С этого момента скрипка и альт уже звучали дуэтом, дополняя друг друга и развивая мелодическую тему, добавляя в нее все новые и новые подробности. Это музыкальное расследование продолжалось не меньше десяти минут, и все это время Жозефина пребывала в полном шоке. Вчерашние зонтик и рюмка самозванцев напугали ее меньше. Возможно, дело еще и в том, что оба сыщика играли довольно плохо, и если следствие при этом двигалось вперед, то в эстетическом плане все было довольно грустно. Собственно, музыкой эти звуки назвал бы только заядлый криминалист.

Наконец музыкальная тема достигла апогея, вылилась в коду и затихла. Оба сыщика неподвижно стояли еще несколько мгновений, опустив инструменты. Затем Проспер вздрогнул, открыл глаза и велел помощнице:

– Отлично! Итак, запиши все выработанные версии! Первая это…

– Любовь, – неожиданно вмешалась Жозефина, у которой что-то такое крутилось в памяти со вчерашнего дня.

Проспер подозрительно посмотрел на клиентку.

– Да… А откуда вы знаете? Вы что, музыкант, разбираетесь в языке звуков?

– Я?! – ужаснулась Жозефина. – Ни в коем случае! Я порядочная рысь!

– Тогда как вы догадались про любовь? – не успокаивался Проспер.

– Не знаю… Просто подумала, – соврала Жозефина, которой интуиция подсказывала, что лучше на вчерашних проходимцев не ссылаться. Вряд ли бы это понравилось собеседникам.

– Хм… – сказал Проспер. – Итак, любовь. Это значит, что Анжела влюбилась и сбежала с возлюбленным.

– Точно! – согласилась Жозефина, чем вызвала очень недовольный взгляд сыщика.

– Это гениально, мэтр, – добавила Антуанетта, не отрываясь от блокнота.

– Вторая версия: Анжела сбежала из-за сестринской…