Фред Адра – Лис Улисс и долгая зима (страница 42)

– Господин Олаф, куда вы время от времени отлучаетесь в нерабочее время?

В волчьих глазах мелькнула мимолетная растерянность.

– Домой.

– В деревню?

– Да. К маме. К папе. Братишкам и сестренкам.

– Где вы были вчера утром?

– В своей комнате, в домике охранников, отсыпался после ночного дежурства.

– Кто-то может это подтвердить?

– Мне снились снежные демоны, спросите любого из них.

– А кто-нибудь реальный?

– Откуда мне знать? Я спал.

– Ясно. Спасибо, больше я вас не задерживаю.

Олаф равнодушно встал и, не прощаясь, покинул кабинет.

– Мэтр, что происходит? – недоумевала Антуанетта. – Обычно я понимаю, что вы делаете, но сейчас озадачена.

Проспер усмехнулся:

– Милая моя помощница, разве не сама ты утверждала, что уборщик врет про механического чудака?

– Да. Никто ведь больше этого чудака не видел, значит, Стиг врет.

– Допустим. Тогда возникает вопрос, зачем он врет.

– Он сам похититель и хотел перевести стрелки на выдуманного зверя!

Проспер сморщил нос.

– Не логично. Разве не разумней было бы промолчать и не привлекать к себе внимания? Ведь ясно, что мы быстро разберемся, правда это или нет.

– Возможно, он растерялся и запаниковал, – предположила лисица.

– Хорошо. Но если похититель – он, то неужели он не был бы готов к расспросам?

– Видимо, был бы… – Антуанетта задумалась. – Постойте. Если мы застали его врасплох, а он запаниковал и начал на ходу сочинять… то похититель не он! А значит, он кого-то покрывает! – Лисица подпрыгнула на месте. – Олафа! Конечно же единственного земляка, который его не бойкотирует, он его выгораживает! Это гениально, мэтр!

Проспер самодовольно улыбнулся, а Антуанетта никак не могла успокоиться:

– Так это Олаф похитил мальчика для кровавого обряда! Он принесет его в жертву и вызовет демонов!

– Антуанетта…

– А если мы его арестуем, то он вызовет адвокатов! Это даже хуже, потому что адвокаты страшнее демонов, а еще у нас нет доказательств!

– Верно, – кивнул Проспер. – Нужно что-то еще, кроме догадок. Поэтому я собираюсь позвонить отцу Ирмы и Олега.

Антуанетта покачала головой:

– Ирме это не понравится. Она просила не ставить в известность ее семью.

– Я и не буду, – заверил Проспер. – Притворюсь, что звоню по совершенно другому делу. Пригласи, пожалуйста, сюда девушку.

Антуанетта двинулась к двери.

– Кровавые обряды, ужас какой… – пробормотала она.

– Не думаю, что это так, – произнес ей вдогонку Проспер. – Полагаю, все гораздо прозаичней.

ГОРНОЛЫЖНАЯ ТУРБАЗА «ЛЕДЯНОЙ ДВОРЕЦ»

1 ФЕВРАЛЯ, 13:06

Антуанетта привела Ирму, а сама отправилась, по приказу мэтра, проверять алиби Олафа.

Молодая волчица сразу выказала сыщику недовольство:

– Вы обещали не вмешивать мою семью! Вы не понимаете, это все усложнит! Папа пришлет сюда своих коммандос, которые будут только мешать!

Проспер терпеливо выслушал Ирму, а когда та наконец сделала паузу, вставил:

– Кроме того, вам влетит за то, что не усмотрели за братом. Верно?

– Да! – с вызовом ответила девушка. – И вам влетит – за то, что до сих пор его не нашли!

– Успокойтесь, – призвал детектив. – Мне нужна от вашего отца кое-какая информация, но я не собираюсь ему рассказывать об исчезновении Олега. Более того, он даже не узнает, что я сыщик.

Ирма поглядела на собеседника с недоверием.

– Как это?

– Увидите. – Проспер взялся за телефон. – Теперь, пожалуйста, продиктуйте номер папы.

Девушка назвала номер и добавила:

– Учтите, вы вряд ли застанете его дома. Папа не любит сидеть в четырех стенах, на него это плохо действует.

– Я все же попробую, – ответил Проспер, набирая номер. – Как его зовут?

– Господин Трофоб. Клаус Трофоб.

Вопреки предупреждениям Ирмы папа ответил сразу:

– Клаус Трофоб у телефона!

Проспер кашлянул в сторону и сказал, понизив голос:

– Господин Трофоб, меня зовут Арнольд Нотариус, я адвокат, представляю интересы одной дикой деревни в снежной глуши.

– Ледовые чертоги?

Проспер про себя улыбнулся. Похоже, ему сразу удалось нащупать ниточку…

– Так вы о ней слышали?

– Конечно. Мои дети сейчас отдыхают недалеко от нее, в «Ледяном дворце».

– Что вы говорите!

– А в чем, собственно, дело?

– Видите ли, мой клиент…

– В смысле, деревня?

– Ну да.

– Как может быть вашим клиентом вся деревня?