Франциска Вудворт – Строптивица для лэрда (СИ) (страница 60)

– Хочешь, я заплачу выкуп за Владислава? – осторожно спросила я.

– Мне ничего не надо! – напрягся он.

– Ты его просто отпустишь?..

– А зачем он мне? Даже домой доставлю.

От облегчения у меня подкосились ноги. Я уткнулась в грудь Драгомира лбом, не сдержав счастливого вздоха. Слава богу, мытарства закончились!

– Можно мне сейчас к нему? Клянусь, он никого не тронет!

– Нет! – в его голосе прозвенел металл.

– Но почему?!

– Однажды я послушался тебя и отпустил. Это была самая большая ошибка в моей жизни. Теперь нет пророчества, люди сосуществуют в мире с грогами, и ты никому ничего не должна!

– Я Владу должна! Он мой муж, и меня насильно никто не вынуждал брачные клятвы давать! – воскликнула я, вырываясь из его рук, но нежные объятия превратились в стальные.

– Отпусти! – взвизгнула я.

– Больше не отпущу. – Он подхватил меня на руки и куда-то понес.

– Драгомир, отпусти! Не заставляй меня звать Эндельсона! – вырывалась я.

– Не трать зря силы. Он крепко спит.

– Что?! – в смятении я даже замерла и во все глаза смотрела на него.

– Снотворное.

– Так ты заранее все продумал?! – У меня потемнело в глазах, и я взбесилась.

Матеря его на чем свет стоит, я извивалась в его руках. Драгомир пинком открыл какую-то дверь и сгрузил меня на кровать. Это стало последней каплей, и с желанием выцарапать ему глаза я бросилась на него. Ему удалось прижать меня к кровати, но я брыкалась как сумасшедшая. Вспомнила ситуацию с Миславом, и у меня градом брызнули слезы. Неужели и Драгомир?.. Предательство полоснуло по сердцу, ведь от него подлости я не ожидала.

«Нет, я больше никогда не буду покорной!» – промелькнула мысль, заставившая вырываться и драться с удвоенной силой, ничего уже не видя от слез. Я даже не замечала, что Драгомир лишь уклоняется от ударов, не нападая.

Ему удалось поймать мои руки и завести за голову. Он придавил меня своим весом, лишая возможности не то что двигаться, но и дышать.

– Не трогай меня! – казалось, что закричала, но прошептала я, так как горло сдавило спазмом.

– Кристина, это я! Посмотри на меня! Кто тебя обидел? – требовательно спросил Драгомир.

Он чуть отстранился, держа вес на руках и давая мне возможность дышать, но мои руки не отпустил.

– Кто тебя тронул?

– Мислав, – прошептала я и разрыдалась, перестав сопротивляться.

Выругавшись, он перекатился на спину, потянув меня за собой, и прижал к своему боку.

– Он тебя изнасиловал? – спросил хрипло.

Я не знала, что ответить, и еще сильнее зашлась в плаче.

Постепенно, заставляя отвечать «да» или «нет», Драгомир вытянул из меня всю историю. Не знаю, как ему это удалось, такое матери родной не расскажешь.

– Как ты могла подумать, что я тебя… – возмущенно выдохнул он, не договорив фразу.

– А что я должна была подумать, когда ты… на кровать…

– Я хотел лишь тебя запереть до завтра.

– Почему до завтра? – судорожно всхлипывая, спросила я.

Драгомир не ответил, но я и сама поняла. Завтра он планировал отправить Влада домой. Тот не знал, что я здесь, и был бы рад возвращению.

Значит, насиловать он меня не собирался, а что мужа лишить хочет, то ничего страшного? Но на возражения и упрашивания сил не осталось. Сегодня был невероятно долгий, радостный и одновременно нервный день, и я сама не заметила, как провалилась в сон под мерное дыхание Драгомира.

Глава 19

Проснулась я, когда рассвет только-только начал вступать в свои права. Мне было тепло и уютно. Открыв глаза, поняла, что провела всю ночь, лежа под боком Драгомира. Он еще спал, и я не сделала и попытки пошевелиться, решив сначала поразмышлять.

Главное, я нашла Влада. Ура! Дело за малым – уговорить Драгомира отпустить меня. Ну не будет же он насильно держать меня на острове?! Я жена другого, и к браку меня не принуждали. Думаю, ему просто надо дать время, чтобы понять это. И еще я помнила, какое растерянное лицо было у Драгомира, когда я плакала. Мои слезы его безразличным не оставят. Не мытьем так катаньем, но он меня отпустит.

Вспомнив свою вчерашнюю истерику, я внутренне поморщилась. Это же надо было так сорваться! Я себе такого напридумывала, что совсем с тормозов слетела. И еще мне было невероятно стыдно за рассказ о Миславе. В нормальном состоянии я бы согласилась скорее себе язык отрезать, чем в таком признаться. Как же теперь я Драгомиру в глаза посмотрю? Вот черт!

И тут мне пришла мысль: тихонько улизнуть, найти Эндельсона и рвануть с ним на корабль, к Владиславу. Но я тут же отбросила эту идею. Даже освободив мужа, мы не сможем выйти из бухты из-за рифов. Тем более Драгомир и сам хотел его сегодня освободить.

Внезапно раздался звук бегущих по коридору ног, и в комнату влетел подросток.

– Кэп, пленник умирает! – закричал и осекся, увидев нас вдвоем.

Я тут же слетела с кровати. Драгомир сел, еще плохо соображая со сна.

– Повтори! – приказал он.

– П-п-пленник умирает, – запинаясь, произнес мальчишка, косясь на меня.

– Какого черта?! – выругался Драгомир. – Я же приказал уменьшить дозу.

– Это Влад?! – спросила я.

– Нет времени, пошли, – произнес он, быстро вставая и выходя из комнаты.

По дороге я узнала, что Влада все это время держали на опиуме, добавляя наркотик в еду и питье.

– Как ты мог?! – в ужасе прошептала я.

– Не было иного выхода. – Драгомир выдержал мой взгляд. – Ты не представляешь, что началось, когда он начал приходить в себя.

– Корабль стонал, как живой, и доски ходили ходуном, – добавил парнишка.

Не понимаю, о чем они. В этот момент я вообще соображать не могла при мысли, что с мужем беда.

На лодке мы доплыли до одного из кораблей, стоявших в бухте.

– Что произошло? Я же приказал уменьшить дозу! – потребовал он отчета у мужчины, ожидавшего нас на палубе.

– Я не виноват, кэп! – побледнел тот, увидев выражение лица Драгомира. – Пришел Дубах и сказал, что сегодня он сам даст питье пленному.

– Доставить его на корабль! – приказал Драгомир, и мы поспешили к трюму.

Парнишка бежал впереди с фонарем и освещал нам дорогу. Господи, как же там было душно, затхло и темно. Я споткнулась, и Драгомир поддержал меня за локоть, но я выдернула руку.

В небольшом отсеке, огороженном толстой решеткой, лежал Влад. Даже при плохом освещении я увидела, насколько он истощен. Муж никак не прореагировал на наше появление и не подавал признаков жизни. Я могла лишь молиться, чтобы он был в забытьи.

– Почему вы решили, что он умирает? – отрывисто спросил Драгомир.

– Он хрипел и выгибался, а сейчас затих, – произнес подросток.

– Откройте! – потребовала я.

Драгомир кивнул, и надсмотрщик, который нас встретил, достал ключи.

Я первая влетела в камеру и упала на колени перед Владом. На шее пульс не прощупывался, руки ледяные. Он был в облике грога, но даже так было видно, что черты лица заострились, щеки впали. В панике я не могла понять, дышит он или нет.

– Влад! – Это был крик души, и, закрыв глаза, я открыла нашу связь.