Франциска Вудворт – Пикантная ошибка (СИ) (страница 18)

Мне стыдно стало. Вообще то я просто так травы не рву, нервничала просто. А тут сорвала не просто травинку, а редкий цветок.

— Высушу. — буркнула сердито. — Для зелий пригодится. Приворотных.

— Ты на ведьминском факультете.

Яр сказал это так, точно заранее знал. Хотя… по форме же видно. И по шляпе. Я опять рассердилась непонятно на что и едва не смяла цветок в ладони. Яр вовремя остановила меня, аккуратно вынул цветочек. При этом еще — нарры меня дери — точно провел пальцами по моей кисти. Что, решил что ли приударить. Да не надо мне!

Я вскочила на ноги, чудом удержала цветок в руке.

— Ты иди себе, иди куда шел. Мне тоже пора.

— Цветок засушивать? — спросил Яр.

В его голосе отчетливо слышался смех. Я вздернула голову и гордо ушла куда-то в сторону. Вроде в нужном направлении.

Потом выяснилось, что заблудилась. Но нашла дорогу, к тому времени, как другие ведьмочки разбрелись по спальням. Готовясь к завтрашнему первому дню учебы.

Сибилл уже сидела на своей постели, листала какую-то книгу. Найлы видно не было. Я покосилась на часы. Они висели на стене, прямо над дверью. И тикали несколько угрожающе.

— Рада, а все таки почему тебя вызы… о, солнечник!

Сибил вскочила с постели, даже книгу уронила. Я торопливо спрятала цветок за спину.

— Мое!

— Зачем тебе? Ты же не травница.

— Откуда знаешь? — парировала я. — Меня декан вызывала, снова на шаре смотрела. Травница я, самая настоящая. Вот чтоб на… короче, травница, ясно?

— Я-я-ясно. — разочарованно протянула Сибилл, садясь обратно на постель.

Я же положила цветок между страницами учебника. Вот так, пусть себе лежит. Пригодится. Язык покалывало от желания сказать что-то, пожелать. Но я держалась. Даже прикусила его до слез из глаз.

— И никуда меня не выселят! — еле выговорила заболевшим языком.

Сибилл даже в ладоши хлопнула пару раз. Ее белые волосы сейчас был заплетены в две косички, отчего лицо казалось еще круглее.

— Я так рада! — она сказала совершенно искренне. — Ты девчонка отличная. Найла та еще фифа. Думает, если в городке родилась, так можно и носом вертеть.

— Пусть вертит. — пожала плечами. — Мне бабуля Наори всегда говорила, что неважно где родился, важно как себя показал.

— А моя бабка меня лупила. — призналась Сибилл, накручивая кончик косички на палец. — Я ей за это слабительное в квас подливала. Она опять лупила. Потому я как услыхала, что ведьм то принимают, так сразу к папке в ноги кинулась. Ну продали пару коров, заняли там и отправили.

— Так сразу согласились?

Две коровы это ого-го! Это спокойная зимовка и отсутствие голода. Это просто великолепно! А уж если продать двух коров, то значит там еще что-то осталось. Ясно, семья Сибилл явно зажиточная.

— Сказали, что ведьму ни один приличный парень замуж не возьмет. В Академии же кто-нибудь да позарится. Мне бы только манерам поучится, да веснушки вывести.

— Зачем вывести? — удивилась я. — Тебе они идут.

— Бегут. — махнула рукой Сибилл. — Вон везде говорят, что ведьмы мужиков одним взглядом поражают. Брешут, небось. Нам вон под ноги никто не валится. Хотя тебе…

— Мне тоже. — заверила я торопливо. — Это я вечно на них натыкаюсь. А с чего бы мужикам от нас падать то? Чай не суккубы. Да и волшебством чего их привораживать. Оно ж ненастоящее.

Мы еще поболтали о мужиках. При этом я старалась не думать о Гаде. Но оно думалось. Потому как высший демон, которому наподлила, не та штука, о которой можно легко забыть. То и дело ожидала, что вот сейчас в коридоре раздастся рев, а потом дверь разлетится в щепки. Как выглядят высшие демоны в боевой форме? Почему-то я представляла гигантского козла с рогами, красными глазами и хвостом с жалом. От таких мыслей становилось совсем не по себе.

Уже совсем стемнело, когда вернулась Найла. Мы с Сибилл, уже в пижамах, сидели на кроватях и болтали обо всем.

— Скучаете? — окинула нас взглядом свысока.

— Да вроде нет, — пожала я плечами.

— Тебя оставили? — с долей разочарования заметила Найла. — И какой всё же у тебя дар?

— Достаточный, чтобы здесь учиться, — парировала я.

— Кислые вы какие-то, — вздохнула она. — Не переживайте, всех не поступивших из академии выставили, так что скоро и на вас кто-нибудь внимание обратит.

— Мы сюда учиться пришли! — возмутилась Сибилла.

— Одно другому не мешает. Только последние дуры будут сидеть только за учебниками, когда рядом самые богатые и именитые женихи со всей страны.

— А смысл? Мы им не ровня. Можно подумать, им кто-то позволит жениться на таких как мы, — хмыкнула я.

— Ну, это ещё как посмотреть. Родители далеко, а мы здесь, рядом. А после диплома АБМ мы как невесты резко повысимся в цене.

— Его ещё получить надо, — здраво заметила Сибилла.

— Ха! Главное кавалера себе стоящего найти. Все знают, что у ведьм с магами дети всегда одарёнными рождаются. Думаете, все не поступившие просто так постель старшекурсникам грели? Если повезёт понести, те никогда ребёнка не оставят, будь у него хоть искра дара. Считай обеспечена на всю жизнь, ведь здесь одни богачи. Эх, знали бы вы где я сегодня гуляла…

— Мы спать хотим. Хватит болтать! — не проявила интереса я. — И мало чести в девках дитя рожать. Ты как хочешь, но я считаю, что сперва брак, а потом уже всё остальное. Ты переодеваться будешь? Мы свет гасим.

— Сейчас. Не ворчите, как бабки старые.

Найла неохотно подошла к своему шкафу. Всё же то, что мы её не стали расспрашивать о вечере, её немного задело. Порылась в своих вещах, доставая пижаму и бурча под нос:

— Ну-ну, ждите… Хотя, я тоже считаю, что брака достойна. Только, если сидеть, не высовывая носа из комнаты, жениха не найти. Они сами в комнату к вам стучаться не будут.

И тут неожиданно раздался стук в нашу дверь.

Замерли и нервно переглянулись между собой мы все. Мы с Сибилл были в пижамах, и открывать пошла Найла. Я вытянула шею, чтобы рассмотреть гостя. Не то, чтобы женихов ожидала, но любопытно же кто там.

За дверью оказалась гостья.

— Простите за беспокойство в столь позднее время, но это вы знакомая Я… Ясарата?

— Чего?! Не знаю таких!

Найла хотела закрыть дверь, но я соскочила с постели.

— Это ко мне!

Я подошла, узнавая в пришедшей одну из приехавших по обмену. Хоть лицо уже и было открыто, но диковинная одежда выдавала в ней чужеземку. Где это видано, чтобы женщина и штаны, и платье носила одновременно! А на девушке они были. Штаны из струящейся ткани, а сверху необычного фасона платье: прямое, и почти до пола, но при этом по бокам имеет высокие вырезы. Украшенное жемчугом и вышивкой серебряными нитями. Дорогое, наверное, я такой красоты никогда не видела.

— Это вы? — переспросила она у меня. — А как вас зовут?

— Какая разница, если я ему своё имя не называла? — парировала я.

— Простите. Теперь я убедилась, что это действительно вы. Вот, он просил вам передать, — протянула мне небольшую круглую коробочку, покрытую лаком, с резной крышечкой.

— Что это?

— Сешен. Он лучше всего подходит для сохранения солнечника. Вы знаете, у нас их принято у кровати с ребёнком ставить, вместо ночника. Очень удобно. Нужен свет — открыл сешен, а если ребёнок спит, то можно закрыть. Считается, что если поставить его у изголовья, то будут сниться хорошие сны. А сушат солнечник у нас после того, как он испустит весь свет и потускнеет.

Я вспыхнула, вспомнив, что наговорила Яру с самоуверенным видом. Он, наверное, потешался с меня.

— Передайте ему, что не надо! Я давно не ребёнок, — гордо вскинула голову в ответ.

— Нет-нет, я не хотела обидеть! Берите! — всучила мне злополучный сешен.

— Я тоже не ребёнок, но до сих пор с солнечником сплю, — призналась мне с извиняющейся улыбкой. — И ещё вот!

Мне в руки перекочевала корзинка.

— Ещё раз извините за поздний визит, я пойду, — протараторила быстро она, отступая. И сбежала!

Не гнаться же за ней в пижаме. Захлопнула дверь и вернулась в комнату, рассматривая дары.