Франциска Вудворт – Песнь златовласой сирены. Жар огня (страница 5)

Для меня стало откровением, что мы популярны, ведь постепенно к нам потянулись и другие посетители «Маски», выражая свое восхищение нашей игрой. И все хотели с нами выпить.

От шума и количества спиртного у меня кружилась голова. Харн хотел меня увести, но ему не дали, так как многие стремились посмотреть вживую на ловкого мальца, который обошел более сильных парней. Постепенно всеобщее веселье захватило и меня. Я улыбалась незнакомым людям, кивала, не слыша и половины из того, что говорят.

Мое внимание привлекли зажигательные танцы девушек, и я подошла поближе, опершись о перила, чтобы лучше видеть. Один танец они даже посвятили нам с Харном, затащив к себе на сцену. Потом для нас спели песню. У танцовщиц был ребек, и, увидев знакомый инструмент, я испытала ностальгию. Попросив его, я села на край сцены и сыграла для всех. Сначала полилась печальная мелодия, рвущая душу, а потом я заиграла более позитивную, не желая расстраивать всеобщее веселье. Меня просили играть еще и еще. Под знакомые мелодии начали петь все посетители «Маски».

Затихающие разговоры не сразу привлекли мое внимание. Столпившийся вокруг сцены народ стал расступаться и, подняв голову, я увидела двоящееся лицо Тени. Ребек в моих руках издал надрывный пронзительный звук. Я даже моргнула пару раз, но Глава Тайной канцелярии и не думал исчезать.

– Сожалею, что прерываю ваше веселье, но вас ждут во дворце, – ледяным тоном произнес он.

Я вскочила, но ноги отказывались держать, и меня повело. Хорошо, что Харн был рядом, и я упала в его распахнутые объятия. Может, он тоже выпил лишнего, а может, просто от силы инерции, но и его повело. К чести принца он устоял, крепко держа меня. Только это взбесило Тень, и мою тушку вырвали из надежных объятий, а потом мир перевернулся – меня забросили на плечо.

Как выходили – не помню. В сознании отложился лишь вспыхнувший портал и переход, а затем мраморный пол и низкий взбешенный голос Тени:

– Вы первый день как опекун и не придумали ничего лучшего, как привести вашу подопечную не пойми куда и напоить?! Да вам даже щенка доверить нельзя!

– Я не хотел. Все вышло из-под контроля. Отдайте Лоран!

– Вас ждет отец, и он вне себя, так как вы проигнорировали его призывы, предпочтя развлекаться. Ее я забираю!

Вспыхнул портал, и я увидела знакомый ковер, а когда меня сгрузили на кровать, то вдобавок и знакомый потолок. Облегченно выдохнула, радуясь, что весь этот безумный день закончился без нападений и еще каких-либо неприятных сюрпризов. Все, о чем мечтала, – мягкая постель и тишина. В наличии имелось первое и второе. Я закрыла глаза и тут же уснула, ощущая себя в полнейшей безопасности.

Наверное, я не была бы в этом так уверена, если бы почувствовала, что меня раздевают.

Стоило открыть глаза, как я беззвучно застонала. Состояние было такое, будто меня избили или я заболела: голова тяжелая и гудит, во рту сухо. Даже то, что я лежу на обнаженной мужской груди, должного впечатления не произвело. Грудь была знакома, ведь не первый раз я засыпала или просыпалась на ней. Или на нем? Правильнее будет – на Главе Тайной канцелярии.

«Дожила! – подала голос совесть. – Даже не удивляется, просыпаясь рядом с мужчиной».

Я поморщилась. Мыслей вообще не было. И каким образом я опять очутилась дома у Тени, не имела представления. От вчерашнего вечера в памяти сохранились лишь разрозненные обрывки и вереница незнакомых лиц. Кажется, я играла на ребеке… кружащиеся в танце девушки в масках… песни… нечеткое лицо Тени.

От напряжения голова заболела сильнее, и я зашевелилась, не зная, как ее пристроить. Одеяло немного сползло, открывая мою обнаженную руку. Некоторое время я на нее пялилась, не понимая, что именно меня смущает. А потом дошло – то, что она обнажена. Озадачившись отсутствием одежды, я чуть отстранилась и, опустив взгляд, узрела свою обнаженную грудь, которой прижималась к мужскому телу.

Рука, лежащая на моей попе, сжалась. Явственно ощущая прикосновения к своей коже, без всяких преград одежды, я поняла, что белья на мне тоже не наблюдается.

Испытанный мною шок трудно передать словами.

– Проснулась?

Я вздрогнула от вопроса.

Меня перевернули на спину и нависли надо мной.

В панике я забарахталась, пытаясь оттолкнуть от себя лорда. Рука случайно соскользнула ему на талию, и я ощутила присутствие на нем белья. Хоть что-то!

Круглыми глазами уставилась я на Тень, туго соображая: «Как я здесь оказалась?!»

– Интересный вопрос, – язвительно произнес мужчина. Видимо, я послала ему свои мысли. – Вот что бывает, когда начинаешь посещать питейные заведения. Не стоит тогда удивляться, что оказалась в чужой постели и не помнишь, как тебя раздевали.

Горечь подкатила к горлу, и меня затошнило. Закрыв рот рукой, я спешно стала выбираться из постели, уже не заботясь о своем внешнем виде, и лишь молилась, чтобы окончательно не опозориться. До ванной комнаты долетела, не чувствуя ног. Успела в последний момент. Меня мучительно выворачивало над отхожим местом.

В какой-то момент на голые плечи лег мужской халат, усиливая мой позор: с одной стороны, прикрыли наготу, а с другой – было невыносимо стыдно, что лорд видит меня такой.

Когда меня отпустило, я бессильно села на пол, кутаясь в халат. Было так плохо, что хотелось просто лечь и умереть. На четвереньках отползла к стене и прислонилась к ней спиной, сжавшись в комок. Бездна, за что мне это?! Позор на мою голову! В висках пульсировало, и я чувствовала такую слабость, что даже сил не было встать.

Лишь увидев перед собой мужские ноги, поняла, что Тень вернулся, но головы не подняла.

– Лоран, тебя даже проучить толком нельзя. Сама себя лучше любого накажешь, – хмыкнул лорд, обозревая меня. – Вставай, пол холодный.

Он что-то поставил на раковину и наклонился, поднимая меня, так как я даже не пошевелилась.

Я еле стояла, и он приказал:

– Обхвати меня ногами!

Одной рукой он прижал меня к себе, в другой держал принесенную с чем-то кружку. Я спрятала лицо у него на плече, чувствуя себя полностью разбитой. Лишь увидев, что он тащит меня к кровати, я протестующе затрепыхалась, не желая приближаться к месту своего позора. Поняв причину, Тень сменил направление в сторону кресла у камина.

Опустившись в кресло вместе со мной, он тут же протянул кружку:

– Пей. Станет легче.

В этом я сомневалась и была бы счастлива выпить обычного яда, настолько мне было плохо. В кружке оказалась чуть кислая и вяжущая рот жидкость. Осушив кружку до дна, я вернула ее Тени. И хотя я сидела к нему лицом, смотреть на него избегала, отводя глаза. Однако стоило лорду прикоснуться пальцами к моим вискам, я вздрогнула.

«О нет! Не ожидает же он, что я буду ему показывать вчерашние события?!» – промелькнула мысль.

– Закрой глаза, я помассирую виски, – развеял мои опасения лорд, и я подчинилась, чувствуя себя донельзя слабой и несчастной.

Замерла, стараясь лишний раз не шевелить головой. Как же мне плохо!

Движения пальцев прогоняли боль и дарили облегчение. Я расслабилась и впитывала нехитрую ласку. В голове царила звенящая пустота. Сил подумать о том, что я сижу на коленях у мужчины в непозволительной позе, не было. Не важно, что я оседлала его ноги, имело значение лишь то, что чудесным образом головная боль отступала и мне становилось легче. Я боялась сделать лишнее движение, чтобы боль не вернулась.

Теперь я нашла объяснение бледным лицам парней поутру после выходных. Не понимала только, зачем люди пьют спиртное, если потом настолько плохо?! Чтобы я еще раз…

Одна рука Тени переместилась на мой затылок, зарывшись в волосы и массируя голову, а вторая легла на лоб. Видимо, что-то ему не понравилось, потому что руку сменили губы. Он отстранился, но я чувствовала его дыхание на своем лице.

Затем рука сместилась, массируя шею, а потом уже две руки начали разминать плечи. Смотрит лорд на меня в этот момент или не смотрят, мне было безразлично.

«Вот не буду открывать глаза, и все!» – решила я, отдаваясь приятным ощущениям.

Через некоторое время несопротивляющуюся меня притянули к крепкому телу. Одна рука зарылась мне в волосы, продолжая массаж, а вторая гладила спину. Было так хорошо, что я просто не задумывалась, прилично или нет то положение, в котором я нахожусь.

– Пьяница, – пожурил Тень.

Это прозвучало с такой нежностью, что, не поверив своим ушам, я немного отстранилась, распахнула глаза, чтобы заглянуть лорду в лицо, и тут же попала в плен его глаз цвета расплавленного серебра. Никогда еще он не смотрел на меня с такой теплотой. Чуть надавив мне на затылок, он сократил между нами расстояние и легчайшим поцелуем коснулся моих губ.

«Это наказание?» – уточнила я, сама не веря тому, что говорю.

– Если я кого и наказываю сейчас, то только себя, – загадочно выдохнул Тень мне в губы и опять поцеловал. Бережно. Нежно.

«Себя? Почему себя? За что?» – крутились вопросы в голове, но были сметены его дыханием и теплотой мягких губ. Он никогда еще так ко мне не прикасался: осторожно, смакуя каждый поцелуй, и я видела неприкрытое удовольствие, с которым он это делал. В какой-то момент мои глаза закрылись, и я растворилась в той нежности, которую он дарил. Безвольно опущенные до этого руки скользнули по его груди и обняли за шею. Мне хотелось удержать мгновение, запомнить его, прочувствовать.