Франциска Вудворт – Песнь златовласой сирены. Дыхание ветра (страница 5)

– Я слушаю.

– Вы уверены, что хотите, чтобы я озвучил это здесь? – спросил Харн, указав взглядом на ректора, о котором мы на время забыли.

– Вы же не выгоните меня из моего кабинета?! – возмутился тот, с трудом скрывая свое любопытство.

– Вы правы, – уверил Тень, и не успело лицо ректора расслабиться, как он спросил: – Не будете ли вы так любезны открыть нам портал? Я знаю, у вас есть прямой доступ во дворец.

«Зачем нам во дворец?» – перепугалась я.

– Это излишне, – вмешался Харн. – Сейчас все на лекциях, мы можем выйти на воздух и прогуляться по парку.

– Что ж, давайте подышим свежим воздухом, – чуть поколебавшись, согласился лорд Хэйдес.

– Должен заметить, что наша Академия заинтересована в приобретение таких артефактов. Надеюсь, после того, как вы изучите всю информацию, мы окажемся в числе первых, с кем вы поделитесь ею, – встрял ректор.

– Первым будет Его Величество. Все зависит от его решения.

– Несомненно, – отступил ректор, бросив на меня задумчивый взгляд. Если рассчитывал впоследствии расколоть меня, то напрасно. До Тени ему далеко.

– Вы же понимаете, что такая информация является конфиденциальной, и я возьму с Лорана слово хранить ее в секрете, иначе это будет приравнено к измене? – с предупреждением произнес лорд, правильно оценив взгляд ректора.

– Я все понимаю, – скрипнул зубами тот.

Харн с Тенью направились к двери. Мне ничего не оставалось, как отлипнуть от стены, которую я подпирала, и последовать за ними.

Глава 3

В парке действительно было пустынно. Все адепты находились на лекциях, и я бы с удовольствием присоединилась к ним, а не гуляла в тревожащей меня компании. Держалась предусмотрительно подальше от Тени, вместо буфера используя Харна.

Когда мы достаточно удалились от учебного корпуса, Харн заговорил:

– Мы гостили у лорда Тигуана. Решив развеяться, поехали в Рискотоль. Забрели там на рынок животных. Один торговец продавал Гаярд. Внимание Лорана привлекла одна змейка, которая уже не могла менять форму, выдохлась. Мы купили ее у торговца за пять серебряных монет.

При этом известии брови Тени поползли вверх, и Харн пояснил:

– У нее началась агония, и торговец был рад хоть что-то за нее получить. Лоран напоил ее своей кровью и магией. Сил она высосала изрядно, он чуть сознание прямо на улице не потерял, но после того как накормилась, Гаярда обвилась вокруг его руки и признала хозяином.

– Что значит «признала»? – не понял Тень.

– Лоран сказал, что услышал ее мысленно.

– Вы понимаете, насколько это невероятно звучит? Гаярды не разумны.

– Как скажете, но Гаярда слышит мысленные приказы Лорана и охраняет его. Мы с лордом Тигуаном испытывали возможности этого феномена. Она поглощает направленную на Лорана магию и отражает атаки холодного оружия.

– Почему же вы себе не приобрели такого защитника? – с сомнением спросил Тень.

– Мой резерв после сражения с умертвиями еще не восстановился, да и умирающая Гаярда была лишь одна.

Лорд Хэйдес на некоторое время замолчал, обдумывая информацию, а потом признался:

– Лорд Тигуан писал об этом, не называя имен, – с неудовольствием уточнил он, – но я решил, что ему голову напекло. Слишком невероятно это звучало.

– Я взял с него слово, что он не будет называть имени Лорана, чтобы не привлекать к нему излишнего внимания.

– Лоран, покажите мне еще раз свой браслет, – обратился ко мне Тень.

Мы остановились, и я в который раз приподняла рукав мантии.

– Она еще может становиться татуировкой. И кстати, когда мы допекли ее своими атаками, она превратилась в сгустки тьмы и поглотила сталь клинков.

– Как это? – заинтересовался Тень.

Я мысленно попросила Гаю, и она из браслета превратилась в рисунок на моей коже.

– А я-то все не мог понять, что это мне напоминает!

– Не сомневаюсь, что у вас много таких знаков на сейфах, – хмыкнул Харн.

– Надеюсь, вы позволите проверить? – спросил разрешение Тень, доставая клинок.

«Гая, это испытание, потерпи!» – только и успела попросить я, как он неуловимым движением метнул в меня оружие. Клинок вонзился в область сердца, но отскочил и упал на землю, ударившись о плитку дорожки. В неверии я смотрела на дырку в мантии. Распахнув ее, обнаружила прореху и в жилете. Комок стал в горле, и я сглотнула.

Лорд наклонился за клинком, а я тут же отступила и спряталась за спину Харна. Ублюдок! Он испортил мою одежду! Кто мне заменит мантию?! Мне теперь с дырой ходить?

– Какой нервный у вас подопечный, – усмехнулся Тень, поигрывая клинком. – И главное, смелый какой!

Чувство ненависти поднялось во мне, сметая страх. «Гая, покажи ему!» – попросила я, выходя из-за спины Харна.

Подняла руку ладонью вверх, и на ней тут же сгустилось облако тьмы, сформировав оскаленную змеиную голову с внушительными клыками.

– Лорд Хэйдес, вас недвусмысленно предупреждают, чтобы вы заканчивали с экспериментами, – вежливо, тщательно пряча усмешку, произнес Харн. – Мне бы не хотелось объяснять отцу, почему глава департамента оказался так неосторожен, что полез к объекту, охраняемому Гаярдой.

Неожиданно Гая, которая начала опускаться, опять взвилась над моей рукой, скалясь.

– В чем дело? – не понял Харн, бросив вопросительный взгляд на Тень.

– Я просто пытался прощупать разум Гаярды.

– Лорд Хэйдес, я снимаю с себя всякую ответственность за вашу безопасность!

– Позвольте, но к чему такая реакция?! Ведь вашему подопечному ничего не угрожало.

«Не угрожало?! – меня даже затрясло от возмущения и захотелось закричать: – Да он мне одежду испортил и Гаю доводит!»

Невозможность выразить эмоции словами убивало меня. Я пошевелила пальцами другой руки, неожиданно ощутив воздушные потоки. Воздух начал закручиваться у моих ног, подхватив упавшую листву. Я растопырила пальцы руки, как будто имитируя когтистую лапу и натягивая образовавшиеся воздушные нити. Здравый смысл и чувство самосохранения отказали мне. Не пытаясь даже анализировать происходящее и движимая эмоциями, я взмахнула рукой крест-накрест, сконцентрировав воздух. Всем своим существом хотелось дать ему испытать на своей шкуре, каково это, когда портят твою одежду. На камзоле Тени появились прорехи, как будто кто-то провел когтистой лапой, повторив мои движения и вспоров ткань.

Тот отшатнулся от неожиданности, а я с мстительным удовольствием любовалась испорченной одеждой. Ярость прошла, и я потеряла контроль над воздухом, упустив нити. Как будто отпустила вожжи несущейся пары лошадей. Порывом ветра Тень отнесло от нас шагов на семь, и он с трудом устоял на ногах, меня же отбросило назад, но я обрела опору, упершись в Харна. Он положил мне руку на спину, не давая упасть.

– Как это понимать? – с холодной яростью спросил Тень, обретая равновесие.

– Позвольте, к чему такая реакция? Пострадала лишь ваша одежда, – не скрывая ехидства, ответил Харн.

От Гаи пришло чувство удовлетворения, и она свернулась у меня на запястье браслетом. Я же, наблюдая за разгневанным приближением Тени, желала провалиться на месте. Злость схлынула, оставив чувство растерянности и абсолютное непонимание, каким образом я это сделала.

– Мне кто-нибудь объяснит, каким образом первокурсник с только что инициированным даром обладает ударом «Когти тигра», изучаемом в конце третьего курса? И почему я не знаю о том, что ваш подопечный является еще и магом воздуха?

– Лоран, и правда, как ты это сделал? – спросил у меня Харн.

«Мне бы самой это кто-нибудь сказал», – вздохнула я про себя, но потянулась к блокноту.

«Я разозлился и почувствовал воздушные потоки. Сделал это на эмоциях», – написала я и протянула опекуну.

Тот прочитал и удовлетворенно кивнул, как будто это подтвердило его собственные предположения.

– Лорд Хэйдес, мой подопечный еще не умеет управлять своим даром. Он просыпается у него под влиянием сильных негативных эмоций. Если вы не хотите, чтобы вас прикопали, как тех умертвий, настоятельно советую не доводить Лорана, испытывая его терпение. Он еще молод и плохо владеет своими эмоциями.

– Хотите сказать, что он опасен для окружающих? – вкрадчиво спросил Тень.

– Хочу сказать, что опасно испытывать его терпение, – жестко отрезал Харн.

– Что ж, Лоран, должен заметить, меня впервые попытались избавить от одежды таким оригинальным способом. Будь вы женщиной, я бы воспринял это как желание познакомиться поближе, – со странной интонацией произнес он, пристально глядя на меня.

Когда смысл его слов дошел до меня, я ничего не могла поделать с румянцем, вспыхнувшим на моих щеках. Очень захотелось или его прикопать, или самой провалиться сквозь землю. Это он на что намекает?! И почему в его словах чувствовалась завуалированная угроза?

Когда же Тень небрежным жестом избавился от испорченного камзола, оставшись в тонкой белоснежной рубашке, тоже местами порванной на груди, сквозь которую виднелось не такое уж и худощавое тело, я не знала, куда девать глаза. Не ожидала, что он обладает довольно развитой мускулатурой. Впервые за все время поняла, что он мужчина. Просто раньше я его так сильно боялась, что он воспринимался как нечто абстрактное. Страх перед ним и сейчас никуда не делся, но теперь как-то осознала, что он совсем не стар.

Тень забавляло мое смущение. Если бы не знала, что передо мной один из самых страшных людей нашей страны, то могла бы поклясться, что его это веселит.