Франциска Вудорт – Жар огня (СИ) (страница 78)

Мой сорванный голос восстанавливался долгое время, и я не могла нормально говорить, но благодаря целителю Асхана, который отпаивал меня разными отварами (рецепты так и не удалось узнать), он почти стал прежним. Осталась лишь легкая хрипотца, но Латриэль говорит, что она придает мне особый шарм.

После того как вернулся голос, в моем гардеробе появились платья. Харн настоял. Думаю, для того, чтобы иметь возможность навешать на меня артефактов. Каждая брошь, заколка для волос или пряжка имели начинку. Я не ошиблась, когда предполагала, что так будет. Не уверена, что артефакты защитят меня от Верховного жреца темных, но раз принцу так спокойнее, мне несложно.

Мы все вместе направились в дом. Харн проводил нас с Латриэль до комнат. Сначала ее, а потом меня. И мне показалось, что, несмотря на внешнее спокойствие, он чем-то озабочен.

– Все в порядке?

– Да. Почему ты спрашиваешь?

– Мне кажется, что ты чем-то озабочен.

– Получил письмо от отца.

– Что-то случилось?

– Нет, все хорошо. Скоро свадьба Нэйтана, нам пора возвращаться.

Он хотел еще что-то добавить, но не стал.

– Что? – спросила я.

– Я хотел бы поговорить с тобой.

– Зайдешь?

– Нет. Давай потом, после прогулки.

Так ничего и не добившись, крайне заинтригованная, я пошла переодеваться.

Вот лучше бы он промолчал! А так в голове вертелись десятки возможных тем для разговора. В результате я всю прогулку сверлила Харна изучающим взглядом. Он выглядел немного задумчивым, как будто на что-то решался, и я стала склоняться к мысли, что на свадьбу к брату принц хочет поехать один, оставив меня здесь. А что? Логично же! Сам сказал, что скоро уезжать. Наверняка из-за большого скопления гостей велика вероятность появления Верховного на празднике, вот он и не хочет мною рисковать.

Придя к такому выводу, я повеселела. Если честно, я лучше проведу время у эльфов. Погружаться в придворную жизнь с ее лицемерием и ядовитыми шпильками в спину совсем не хотелось. Да-да, я успела прочувствовать на себе все ее прелести. Стоило мне сменить мужской костюм на женское платье, как понеслось. Удивительно, королева прилюдно выказывала мне свое покровительство, и при ней все были вежливы, но это не избавляло от колких замечаний, если я проходила мимо одна, – причем сказанных громко, чтобы наверняка услышала.

И раньше придворных возмущало, что какой-то безродный выскочка находится под опекой самого принца. О его заботливом отношении ко мне знали все, но когда выяснилось, что я не юноша, на мою голову посыпалось столько скабрезных предположений, что оставалось диву даваться извращенной фантазии некоторых.

Вот только после встречи лицом к лицу с моим самым страшным кошмаром – Корнелиусом – я испытала слишком сильное потрясение, и сплетни уже не задевали. Я пропускала их мимо ушей, высоко держа голову и не отводя глаз от говоривших.

Взгляды в мою сторону изменились после того, как неизвестная девушка, приехавшая вместе с объявившимся кронпринцем, из простолюдинки превратилась в аристократку и невесту наследника. Стали шептаться, что я тоже темная лошадка, ведь не зря так задираю нос и явно запоминаю всех, кто говорит обо мне гадости. Еще и мою дружбу с Илией обсудили. На самом деле она была благодарна мне за спасение Нэйтана, а я понимала, как ей тяжело при дворе, и поддерживала. Но этого никто не знал, и настроение придворных резко поменялось: все стали лебезить, набиваясь в друзья. Как по мне, уж лучше бы и дальше ненавидели…

Переливчатый смех Латриэль заставил меня вскинуть голову и посмотреть на нее, невольно улыбаясь. Желая пройтись, она увлекла Харна за собой, вдоль берега ручья, а теперь развлекалась: перепрыгивала с камня на камень, перебираясь на другую сторону в узком месте. Мы с Асханом тоже спустились к ручью, но дальше не пошли, присев на валунах, нагретых солнцем.

Эльф тоже повернул голову, наблюдая за сестрой, а его длинная коса оказалась совсем рядом, так и захотелось протянуть руку и коснуться блестящих густых волос. Даже у меня раньше не было такой длинной косы. Эта мысль заставила улыбнуться. Стало интересно, он ее каждое утро заплетает по новой? Улыбка стала еще шире, когда я представила Асхана с распущенными волосами или заплетающего их.

– Тебе нравится здесь? – неожиданно спросил Асхан, поворачиваясь ко мне.

– Да. Очень, – совершенно искренне ответила я.

– Я рад, что ты приехала к нам. Посмотрела, как мы живем, познакомилась с моими родными.

– Спасибо за приглашение. Я тоже рада была со всеми познакомиться, – ответила я и, неожиданно даже для самой себя, добавила: – Ты здесь совсем другой.

Асхана мое признание развеселило, даже глаза засверкали. Он посмотрел вопросительно, и пришлось продолжать:

– Не такой безразличный ко всему, как в Академии. Например, видно, что ты любишь сестру и у вас близкие отношения с родителями. Дома ты более расслаблен, не смотришь на всех свысока, – не смогла не поддеть я и шутливо закончила: – Но Латриэль столько раз повторяла, что эльфы лучше всех, и теперь я понимаю – это семейное.

Некоторое время Асхан боролся с собой, его губы подрагивали, но наконец он не выдержал и рассмеялся.

– Скорее, это особенность нашей расы, – признался покаянно. – Мы привыкли быть лучшими во всем.

«Но игры выиграли мы!» – так и хотелось возразить, показав язык, но я удержалась от детской выходки.

На его смех удивленно оглянулся Харн, дернулся к нам, но Латриэль ахнула, сделав вид, что потеряла равновесие и подвернула ногу, привлекая к себе внимание принца. После наших с ней тренировок я могла точно сказать, что сценка разыграна специально, уж слишком преувеличенно эльфийка показывала свою беспомощность.

– Вы скоро уезжаете…

– Тебе Харн сказал?

– Нет еще, но скоро свадьба Его Высочества. Мы приглашены.

– Мы вернемся вместе?

– Хорошо бы, но, думаю, вы уедете немного раньше. Я хотел бы у тебя спросить…

– Да? – невольно напряглась я.

– Каникулы заканчиваются. На пятом курсе всех распределят на практику. Ты поедешь?

– Наверное. Я и сдавала все предметы ускоренно, так как Харн хочет, чтобы я закончила Академию вместе с ним.

– А ты чего хочешь?

– Какая разница, – ушла я от ответа. – Харн мой опекун, за обучение платит он, и ехать или нет мне на практику – решает тоже он.

– Лоран, тебе не место в военных гарнизонах.

– Разве есть иные варианты?

– Есть. Ты можешь на это время остаться у нас и развивать свои способности. Наша семья имеет много друзей и предоставит тебе лучших учителей. Поговори с опекуном, он прислушивается к твоим желаниям, да и сам должен понимать, что женщине не место там, где кровь и сражения.

Я помрачнела. Уже второй человек говорил о том, что предстоящая практика мне ни к чему. Еще год назад я бы обиделась и из противоречия приложила все усилия – доказать, что не хуже мужчин справлюсь. Но это был тяжелый для меня год, а сражение при прорыве стало последней каплей. Владей я лучше своими силами – и мы обошлись бы без жертв. Поэтому я признавала: лучше мне развивать способности, а не воевать.

– Не думаю, что Харн согласится на это, – грустно заметила я, глядя на принца.

Асхан взял мою ладонь, привлекая внимание к себе. Прежде чем отвернуться, я успела увидеть недовольный взгляд опекуна.

– Если заботится о твоем благе – согласится, но и ты должна проявить настойчивость. Скажи, ты хотела бы остаться здесь?

– У вас хорошо. Асхан, я подумаю над твоими словами, – ответила я, осторожно высвобождая пальцы. Подхватив Латриэль на руки, к нам уже приближался Харн, и я не хотела его злить.

– Скажи, чему ты улыбалась, глядя на меня? – сменил тему эльф.

– У тебя очень красивые волосы. Так и хочется дотронуться до косы, – призналась я, радуясь, что он не стал настаивать, но говоря не совсем откровенно. Временами, когда перед глазами раскачивалась его шикарная коса, больше всего хотелось схватить за нее и дернуть, как в детстве.

Мои слова не обидели эльфа, а, кажется, даже доставили удовольствие. В его глазах появились смешинки.

– Так дотронься! – Он перекинул через плечо волосы.

Что? Я удивленно смотрела на него, не веря своим ушам. Асхан смотрел искущающе, давая понять, что не шутит и мне не послышалось.

Я колебалась недолго, руки просто чесались потрогать. Вряд ли еще представится такая возможность! Не справившись с искушением, я протянула руку, пока он не передумал, и погладила. Шелковистая, теплая от солнца. Обхватив косу ладонью, провела по всей длине, до кожаного ремешка внизу. Как атлас!

– Лоран, прикасаться к волосам имеют право лишь члены семьи! – гневно одернул меня Харн, и я чуть не отпрыгнула от Асхана, чувствуя себя застигнутой на месте преступления.

– В каждом правиле есть исключения. Я обязан твоей подопечной жизнью. Одну мне подарила мать, а вторую она, и я готов посвятить ее Лоран, – не сводя с меня глаз, произнес эльф, и так торжественно, что я смутилась.

Хорошо, Харн заговорил о подвернутой ноге Латриэль, портя момент и резко меняя тему. Как ни старалась эльфийка убедить его, что уже все в порядке, принц так и держал ее на руках, настаивая, что лучше вернуться и обратиться к целителю. Пришлось нам спешно собирать вещи и направляться обратно.

Более чем уверенная, что с сестрой Асхана все в порядке, с ними к целителю я не пошла. Разговор с эльфом оставил сильное впечатление, и хотелось побыть в одиночестве. Не ожидала я, что он способен так красиво говорить. «Готов посвятить жизнь» – пусть мне этого и не надо, но ведь как звучит! И насчет предстоящей практики я с ним согласна, но вряд ли Харн согласится, чтобы я провела ее у эльфов.