Франциска Вудорт – Жар огня (СИ) (страница 68)
На ночь Нэйтан с Илией разместились чуть в стороне от остальных. Наблюдая, как принц заботится о невесте, беспокоясь о ее удобстве, мое сердце сжалось. Невооруженным глазом было видно, что между ними любовь. Кто бы мог подумать, что кронпринц будет оказывать столько внимания простой девушке. Хорошая пара, и он станет замечательным мужем.
«Наверное, хорошо, когда рядом есть такой человек», – мечтательно подумала я, засыпая, и накликала сон.
Мне приснилось, что мы едем с Харном в открытой коляске по городу. Солнечный, теплый день, а вокруг толпа народу. Люди устилают цветами наш путь, приветственно крича, а мы им машем. Я знаю, что мы едем из храма. Все нас поздравляют, желают счастья. Ощущения такие радостные, светлые. Харн очень красивый в белом с золотым камзоле, да и на мне восхитительное пышное платье цвета топленого молока. Он держит меня за руку, бросая нежные взгляды.
В костре громко треснула ветка, вырвав меня из сна. Встрепенувшись, открыла глаза и вновь закрыла, повернувшись на другой бок. Глупый сон. Надо же, до чего разыгралось мое воображение! Я привыкла, что Харн заботится обо мне, и вот даже в мужья во сне записала. Надо было поменьше на Нэйтана с невестой смотреть. Усмехаясь над собой, постаралась снова заснуть. Зря, второй сон оказался не настолько радужным.
Я оказалась в моей спальне во дворце. Ко мне пристала служанка, чтобы расчесать волосы, а я отмахивалась, говоря, что они короткие и сама справлюсь. Девушка же возмущенно тараторила, что скоро придет мой супруг, а я еще не готова. С огромным трудом удалось от нее избавиться, но, оставшись одна, еще больше разволновалась. Я знала, что сейчас должен прийти Харн, и, глядя на расстеленную постель, ужасно нервничала. Дрожали не только руки, меня всю трясло мелкой дрожью. Ноги не держали, и я рухнула в кресло, поджав их под себя. Ожидание было невыносимо. С одной стороны, хотелось, чтобы он как можно дольше не приходил, а с другой… сил моих нет! Уж лучше бы пришел и покончил со всей этой неопределенностью.
Как будто повинуясь моей молчаливой просьбе, смежная дверь, которой в реальности не было, открылась, и в проеме появился Харн, одетый в один халат. Я тут же нервным движением сжала ворот кружевного пеньюара, боясь дышать.
Принц бросил взгляд на кровать и лишь потом увидел меня в кресле. Быстрым шагом пересек разделяющее нас расстояние и присел у моих ног, положив руки на подлокотники.
– Волнуешься? – глядя по-доброму и улыбаясь краешками губ, спросил он.
С трудом кивнула, чувствуя, как задеревенело тело и перехватило горло.
– Не бойся.
Принц встал, а потом наклонился и подхватил меня. Я готова была закричать от страха, вцепившись в его плечи, но не успела даже рта открыть, как оказалась на его коленях. Теперь он сидел в кресле, обнимая меня. Несмотря на это, я испытала облегчение оттого, что мы остались на месте. Кровать пугала.
– Устала? – как ни в чем не бывало заботливо спросил принц.
Осторожно кивнула, не зная, стоит ли признаваться. Вдруг он решит, что следует отправляться в постель. Но Харн был в хорошем настроении и никуда не торопился. Притянув мою голову к себе, заставив прислониться к нему всем телом, стал гладить по волосам, плечам. Больше ничего не происходило, и я стала понемногу расслабляться и успокаиваться.
«Это же Харн, он не сделает ничего плохого», – уговаривала саму себя, пригревшись в его руках.
– Если бы ты знала, как долго я об этом мечтал! – выдохнул принц, приподнимая мой подбородок. – Умираю от желания поцеловать свою жену.
Вопреки словам, прикосновения его были легкие, как перышки. Он нежно коснулся губ, прокладывая дорожку от одного уголка к другому, поцеловал нос, щеки, глаза. Изучал губами мои черты. Я жмурилась от нежных поцелуев, смущаясь, а он целовал, целовал… Вернулся к губам, и я приоткрыла их, задыхаясь от нехватки воздуха, чтобы тут же разделить с ним дыхание на двоих. Жгучие поцелуи становились настойчивее, требовательнее. У меня кружилась голова. Я вспоминала другие, сводящие с ума, пьянящие поцелуи и отвечала, как тогда. Все смешалось, но стоило почувствовать, как с моего плеча стягивают пеньюар, как пришло отрезвление.
– Анни… – выдохнул мне в губы принц, а я дернулась, избегая поцелуя.
Мысли о другом мужчине в такой момент привели в смятение. Ведь забылась и посчитала, что это Тень меня целует. Пылая от смущения, оттолкнула Харна, вырываясь и вскакивая на ноги. Теперь ничто на свете не заставило бы меня вернуться в кресло. Один взгляд в его сторону отзывался болью. Зачем вспоминать о том, кому не нужна? Сама себе стала противна оттого, что, закрыв глаза, позволила памяти воскресить прошлое. И если тогда все происходящее казалось правильным, то сейчас желание Харна меня раздеть воспринималось как противоестественное. Это мой опекун, я научилась ему доверять, и он не должен делать это!
Харн поднялся, замерев напротив, а я корила себя. Принимая его предложение, упустила из виду то, что происходит за закрытыми дверями между супругами, – необходимость близости.
– Анни, – коснулся моих плеч принц, удерживая и не давая отступить, – я понимаю, как тебе трудно и страшно, но нам нужно подтвердить брак.
– Не н-н-надо… – заикаясь от страха, попросила его.
– Я не сделаю тебе больно, – не пожелал услышать меня Харн, потянувшись к поясу моего халата.
– Нет! – воскликнула я, но поздно. Быстрым движением меня избавили от одежды и подхватили на руки, уложили на постель.
– Не бойся.
Не замечая моего слабого сопротивления, он набросился, осыпая лихорадочными поцелуями лицо, тело, говоря, что я его жена, его.
– Анни… моя Анни, – бесконечно повторял принц, стирая поцелуями дорожки слез и осуществляя права мужа. Потом обнимал, крепко прижимая и не давая отодвинуться. Обещал, что в следующий раз будет более сдержанным и мне обязательно понравится, а я глотала слезы, чувствуя себя обманутой и преданной.
– Лоран…
Открыв глаза, я увидела перед собой лицо Харна и в ужасе дернулась, отталкивая его и откатываясь.
– Это просто кошмар, не плачь! – Опекун замер на месте, не делая попытки приблизиться.
Вытирая мокрые щеки, быстро огляделась. Лес. Наша стоянка. Все еще спят.
– Ты металась во сне. Все в порядке?
Я кивнула, беря себя в руки и мысленно убеждая, что это всего лишь сон. Вот только пусть я и проснулась, но при взгляде на опекуна чувство предательства оставалось. Умом понимала, что он ни в чем не виноват, но ничего не могла поделать, инстинктивно желая держаться от него подальше. Хорошо, что еще рано вставать, и у меня есть немного времени прийти в себя…
Собираясь, завтракая со всеми и выдвигаясь в дорогу, я пребывала в своих мыслях. Не знаю, что навеяло этот сон, но поняла точно – я никогда не соглашусь на помолвку с Харном. Он много для меня сделал, я ему стольким обязана, что сложись такая ситуация в реальности, не смогу сопротивляться и отстаивать себя. Сновидение показало, что я скорее позволю причинить себе боль, чем раню его. А это неправильно, я больше не хочу быть жертвой. И замуж не хочу.
Но, поневоле наблюдая за кронпринцем и его невестой, чьи взаимная любовь и нежность сквозили в самых невинных прикосновениях, понимала, что не совсем права. Не стоит быть категоричной и полностью закрываться. Нужно дать себе шанс на счастье. Пусть у меня не осталось родных, нет рода, но можно создать свою семью и дать детям то, чего была лишена. А для этого нужно перестать вспоминать прошлое и сожалеть о том, чего никогда не будет. Даже во сне я вспоминала лорда Хэйдеса. Довольно! Нужно вырвать из сердца все чувства, которые ему удалось пробудить, и жить настоящим.
– Стойте! – негромкий оклик Сольена заставил придержать коней. Наш отряд остановился. – Прислушайтесь.
Я замерла, не слыша ничего подозрительного, а потом поняла: не считая звуков, издаваемых сбруей и лошадьми, в лесу было неестественно тихо.
Умолкли все птицы, даже ветер не шевелил листву. В окружающем пространстве разливалось угрожающее напряжение. Я встревоженно вглядывалась вперед, и в какой-то момент все стало расплываться перед глазами. Воздух дрожал как марево, смазывая очертания предметов. Начало темнеть, как будто вместо утра сгущались сумерки. Подняв взгляд, обнаружила, что на небе ни облачка, но смотрела я на него сквозь темную дымку.
– Прорыв! Все назад! – крикнул кто-то, и это подстегнуло всех. Мы развернули лошадей, но вместо того, чтобы понестись во весь опор, отступали, придерживая волнующихся животных.
– Нужно уходить порталом, сообщим о прорыве и дадим координаты.
– Если открывать портал, разрывом пространства можем еще один прорыв спровоцировать, – медленно произнес Харн.
– А потом будем вылавливать всю нечисть в округе до конца практики, – добавил Сольен.
– Она и размножиться успеет. Наши ничего не подозревают, все сюда едут, до места сбора полдня пути, – это Сарияр.
– Странно, прорывы чаще всего вблизи городов. В этой глуши его трудно засечь.
– Я бы не хотел неожиданно встретиться с тем, что оттуда вылезет.
Мне казалось, что все так спокойно переговариваются, и лишь у одной меня заложило уши и помутилось в голове от страха. ПРОРЫВ! Я в своей жизни столько ужасов наслушалась об этом, а тут он вот, рядом, и неизвестно, что из него полезет. Изо всех сил старалась держаться так же невозмутимо, как и остальные, но внутри дрожала как лист на ветру.