Франциска Вудорт – Жар огня (СИ) (страница 33)

Если наследство матери существует, мне не нужно думать, на что жить. Как выяснилось, я не подданная короля и формально имею право покинуть страну, если что. Пусть идти мне некуда, да и сделать это будет не просто даже после моего совершеннолетия, но наличие самой возможности уже много значило.

«В любом случае я не собираюсь выходить замуж по приказу короля и не намерена ему подчиняться, попытайся он меня принудить», – повторила себе в который раз для собственного спокойствия.

Смешно, Тень, как маленькой, объяснял мне, почему мы с ним не пара, думая, что я не даю себя считывать из-за обиды. Убеждал, что это я выше его по положению, а не он, но так и не понял, что все гораздо серьезнее и на кону моя жизнь.

Поставив на место садовый инвентарь, я пошла к себе. Долго отмокала в ванне, глотая слезы. Не знаю даже, что оплакивала. К приходу Харна с Кайлом я уже успокоилась и сидела за конспектами. На душе стало легче, и внутри поселился покой. Что толку переживать о будущем? От меня пока ничего не зависит, и я могу разве что только прилежно учиться.

Глава 12

В Академии объявили день траура. Флаги приспущены. Пропавших адептов официально объявили погибшими. Перед началом занятий ректор сказал речь, упомянул погибших и напомнил о том, что практика на последних курсах чревата трудностями и опасностями и нам стоит со всей серьезностью готовиться к ней. Как итог: учиться, учиться и еще раз учиться.

Наставления разумные, но можно подумать, что та группа погибла из-за низкого уровня подготовки. Они шли на поиски храма и не подозревали, что попадут в западню. Ведь даже нас, ожидавших нападения, обвели вокруг пальца, и силы оказались неравны. Но правду никто не расскажет. Все мы дали клятву о неразглашении.

По Академии гуляло много слухов, один невероятнее другого. Начиная с того, что погибшие адепты в горах пробудили какое-то темное чудовище, которое их всех уничтожило, и заканчивая моей персоной. Не знаю откуда, но стало известно об устроенном мною землетрясении. Недоброжелатели шептались, что по моей вине могло завалить адептов. Но им пришлось прикусить языки, когда меня в коридоре перехватил Асхан и при всех заявил, что обязан мне за спасение жизни. Я мало что поняла в его витиеватой речи, но зацепило странное слово «арманте». Чтобы эльф признал себя обязанным?! Это дорогого стоило!

Предположения ширились, но приняли другое направление. Таким переменам поспособствовало еще и то, что оборотни во главе с Сольеном и Сарияр с Кайлом укоротили языки всем тем, кто злословил. Некоторые сияли фингалами, а кому-то пришлось поучаствовать в спарринге с Сарияром и рыжим. Желающих фантазировать резко поубавилось.

Угроза выгорания сыграла мне на руку. Я же решила больше не сдавать предметы экстерном, а тут даже разговаривать с Харном не пришлось. Он сам принес мне измененное расписание, так как мне было противопоказано перенапрягаться. Ложкой дегтя стал перевод Асхана в мою группу. Насколько поняла, первоначально эльф не хотел выделяться и поступил в Академию на общих основаниях вместе с соотечественниками, но после гор его намерения изменились. Не знаю, о чем он разговаривал с ректором и как ему вообще удалось, но факт остается фактом – сейчас на всех занятиях он сидит позади меня с третьим курсом, а обедать предпочитает за нашим столиком, смущая Синту с подругами своим присутствием.

Я не поленилась и выяснила, что арманте – связанные судьбой. Эльф отчего-то вбил себе в голову, что теперь обязан следовать за мной, пока не отдаст долг. От него даже в оранжерее было не скрыться. Асхан нашел подход к профессору Верее и получил доступ к закрытой части, куда она даже собственных помощников не пускала, только меня. Профессор пришла с эльфом, когда я там работала. Мне нравилось возиться в земле, пусть и без магии, это успокаивало. Но в тот раз тишину нарушил голос Вереи, рассказывающей о проблемах с присланным образцом, который несколько лет не плодоносил. С этим даже я не могла ей помочь. Благодаря моему вмешательству растение больше не чахло, но вот над плодами я была не властна. Асхан начал что-то объяснять, и до меня доносились ее радостные возгласы. Радость профессора можно было понять – эльфы не любят делиться знаниями.

Потом их разговор стал тише, и я смогла отвлечься, практически забыв о присутствующих, озабоченная появившимися белыми точками на листьях моргуса. Редкое растение, используемое для многих отваров. Оно усиливает действие ингредиентов и сокращает их расход. Выведена даже специальная формула применения моргуса, но само растение дорого и не всегда целесообразно его применять.

Я чуть не подпрыгнула, когда рядом присел эльф и погладил рукой рассматриваемый мной лист, чуть коснувшись моих пальцев. Меня как молнией ударило. Я вскочила, а он с непроницаемым лицом сказал, что моргус лучше пересадить в тень и дать больше влаги. В тех местах, где он растет, в это время года дождливо. Не знаю, удалось ли мне скрыть смятение, ведь это был первый раз, когда Асхан буквально вторгся в мое личное пространство, но мне очень не понравился его изучающий, внимательный и немного задумчивый взгляд.

Меня чуть удар не хватил, когда после этого инцидента эльф заявился ко мне с визитом, принеся в виде подношения пирожные из самой дорогой кондитерской города. Узнал откуда-то, что я люблю сладкое. В комнату я его не приглашала, да и он не ждал, просто пожелал мне скорейшего выздоровления и посоветовал добавлять к укрепляющему отвару одну травку, которая способствует скорейшему восстановлению после магического истощения. Ее Асхан мне тоже вручил, сказав, что доставили ему из дома, из их личной оранжереи.

Хорошо еще, что Харн с Кайлом эльфа не застали! Они и так подшучивают надо мной из-за него, рыжий так вообще заявил принцу, что в моем маскараде есть плюсы. Дескать, иначе с эльфа бы сталось еще и руки моей у него попросить. Это не способствовало хорошим отношения между Асханом и моим опекуном. Последний старался вообще его игнорировать, а при необходимости разговаривал этак холодно-вежливо, держась настолько высокомерно, что любому эльфу мог дать сто очков вперед.

Я не выдержала и спросила у Харна, почему из всех троих, лежащих на алтаре, только эльфу взбрело в голову решить, что мы арманте. Признаться, частое присутствие рядом Асхана порядком меня нервировало. Мы даже во время подготовки к играм приятелями с ним не стали, он держал со всеми дистанцию, а тут такая напасть. Да-да, изменившееся отношение эльфа я именно как напасть и воспринимала. Мой опекун ответил, что не знает, как насчет Темнейшего, а вот Сольен и Сарияр и без всякого арманте, не задумываясь, прикроют мне спину. Я всегда могу рассчитывать на их помощь. Что касаемо эльфа, то тут роль сыграли особенности остроухих, их непомерная гордость и высокомерие. Быть обязанными человеку для них унизительно, и они предпочитают отдавать такие долги.

Как бы там ни было, но все это показалось мелочью после того, как однажды вечером Харн зашел ко мне с таким лицом, что я сразу поняла – случилось ужасное, и, встревоженная, вскочила с места, отложив учебник.

– Нэйтан пропал.

Я судорожно пыталась сообразить, кто это такой, но следующие слова все прояснили:

– Он руководил проверками заброшенных храмов Мороса. Случился прорыв. Его отряд почти весь уничтожен.

Харн говорил отрывисто, пребывая в шоковом и каком-то растерянном состоянии. Никогда его таким не видела.

«Брат. Старший!» – обожгло меня. Вспомнилась наша встреча в библиотеке. Мое сердце сжалось в тревоге. Пусть наше знакомство было коротким, но наследный принц произвел на меня впечатление.

Я подошла к Харну и, не зная, как выразить поддержку, взяла его за руку. Крепко сжав, взглядом постаралась сказать, чтобы не отчаивался. Пропал – это не самое страшное. Ведь среди мертвых его нет, значит, есть надежда.

С судорожным вздохом мой опекун неожиданно рывком притянул меня к себе и сжал в объятиях, уткнувшись лицом в волосы. Я застыла, не зная, как реагировать, но интуитивно чувствовала, что в данный момент Харну это необходимо. Близость человека, которому небезразлична его боль. Я знала, как в такой момент важно не быть одному. И то, что в смятении он пришел ко мне, а не к Кайлу, принесло в наши отношения новый уровень доверия и близости.

Чуть замявшись, я неловко обняла Харна в ответ, сомкнув руки на его спине. Как старшего брата, которого у меня никогда не было, но которым принц для меня стал. И сама замерла от своей смелости, прислушиваясь к ощущениям. Раньше такой тесный контакт с лицом противоположного пола вызвал бы панику. К счастью, сейчас мне было лишь немного не по себе. Больше потрясла новость, что пропал наследник. Служба безопасности, наверное, поднята по тревоге и землю роет. Мелькнули мысли о Тени, но я отогнала их.

«Случился прорыв», – вертелись в голове слова, и я вспомнила алтарь в храме Мороса. А что, если в этом виноват жрец Сейшан, которого так и не поймали, или его пособники? Вдруг это следствие их страшных ритуалов? Ведь когда я жила еще с дядей, даже до нашей глуши доходили слухи, что прорывы участились.

Харн не знал подробностей. Его лишь уведомили о случившемся и, пока все не выяснится, предупредили не покидать стены Академии. Все это он рассказал нам с Кайлом, приход которого прервал наши объятия. Появление рыжего я восприняла с облегчением. Не знала, как в такой ситуации вести себя с принцем, когда даже слова поддержки сказать не могу. Вот Кайл с этой задачей справился на отлично, убеждая, что Нэйтан жив, и приводя множество примеров, когда и через годы находились те, кого считали давно погибшими. А сейчас прошло слишком мало времени, чтобы делать какие-либо выводы, и наследник, с его подготовкой, наверняка жив.