Франклин Фоер – Последний политик. Внутри Белого дома Джо Байдена и борьба за будущее Америки (страница 37)
По завершении встречи Маккензи понял, что Соединенным Штатам придется постоянно поддерживать связь с талибами. Им предстояло столкнуться друг с другом в густонаселенном городе, в напряженной ситуации. Недоразумения были неизбежны, как и необходимость координировать действия. Обе стороны договорились, что назначат в Кабуле своего представителя для обсуждения многочисленных сложностей, чтобы старые враги могли вместе идти к общей цели.
-
Вскоре после окончания встречи Маккензи и Барадара телеканал "Аль-Джазира" показал прямую трансляцию из президентского дворца, запечатлев талибов, пробирающихся в резиденцию афганской власти. Они переходили из комнаты в комнату, благоговея перед зданием и, казалось, недоумевая от собственного достижения.
Они собрались в старом кабинете Гани, где на его внушительном деревянном столе, напротив коробки с клеенкой, лежала книга стихов. Талиб сидел в президентском кресле Herman Miller. Его товарищи стояли за его спиной, накинув на плечи туники из ткани, с оружием в руках, словно позируя для своего официального портрета. Один из бойцов продекламировал стих из Корана: "Воистину, мы даровали тебе чистый триумф, о Пророк".
16 августа
Когда посольство США переехало в аэропорт, он стал магнитом для людей. Масштабы афганского отчаяния шокировали чиновников в Вашингтоне. Только в самый разгар кризиса высшие чины Госдепартамента осознали, что сотни тысяч афганцев, возможно, триста тысяч, покинули свои дома, когда гражданская война охватила страну, и добрались до столицы. Задолго до падения правительства Гани улицы Кабула были заполнены беженцами, некоторые из них были бездомными, почти все - отчаявшимися. Теперь, когда появились слухи об эвакуационных рейсах из аэропорта, эти беженцы запрудили дорогу, ведущую к его главному входу.
Взлетно-посадочная полоса международного аэропорта имени Хамида Карзая разделила здание на две половины. Северный сектор служил военным форпостом, а после переезда посольства - консульским отделом - последним остатком Соединенных Штатов и их обещания освобождения. Коммерческий аэропорт смотрел на эти казармы, офисы и ангары с другой стороны асфальтовой полосы. Вокруг него возвышалась бетонная взрывная стена, а к терминалу вела серпантинная дорога, призванная замедлить приближение террориста-смертника.
В хаосе 16 августа гражданский аэропорт был покинут работавшими там афганцами. Ночная смена авиадиспетчеров просто не пришла. Тем временем американские войска, которым Остин приказал поддержать эвакуацию, только прибывали. А на земле их было еще недостаточно. Поэтому терминал был перегружен. Афганцы начали высыпать на асфальт.
Толпы прибывали волнами. В воскресенье толпа собралась поздно вечером и рассосалась сама собой, поскольку было ясно, что вечером рейсы не отправятся. Но на следующее утро комплекс все еще не был защищен, и он вновь наполнился афганцами. Наблюдая за происходящим из своего нового офиса, Росс Уилсон подумал, что в аэропорт попасть проще, чем в кинотеатр. Он начал беспокоиться за свою безопасность, когда толпа двинулась в направлении его штаб-квартиры. Придется ли военным отбиваться от них с оружием? Он считал это реальной возможностью. Обычно невозмутимые военные командиры были в панике. К счастью, толпа прошла мимо американского здания, а затем остатки афганской армии направили ее в другом направлении.
В этом хаосе Уилсону было не совсем понятно, кто контролирует территорию. Талибы стали свободно разгуливать по территории, орудуя дубинками и пытаясь обезопасить толпу. Судя по всему, они работали вместе с солдатами старой афганской армии. Уилсон получал тревожные сообщения о напряженности между этими двумя силами. Несмотря на то что обе армии хотели очистить аэропорт от толпы, они находились в состоянии войны уже почти двадцать лет.
Необходимо было начать посадку транспортов с техникой и войсками. С-17, громоздкий транспортный самолет, склад с крыльями, заполненный припасами для поддержки прибывающих войск, сумел приземлиться. Экипаж самолета - позывной REACH885 - опустил трап, чтобы выгрузить содержимое брюха самолета, но на эти поддоны нахлынул поток гражданских лиц.
Американский экипаж был встревожен не меньше, чем встречавшие их афганцы, опасаясь за свою безопасность. Почти так же быстро, как опустился задний трап самолета, паникующий экипаж поднялся на борт и заново загерметизировал входы в самолет. Экипаж получил разрешение вылететь из Кабула, чтобы покинуть неконтролируемую сцену.
Но от толпы на земле, для которой самолет был последним шансом избежать талибов и грядущих страданий, было не скрыться. Самолет начал медленно выруливать, и некоторые афганцы забрались на крыло. Другие пытались укрыться в огромных колесных отсеках, в которых размещались выпуклые шасси. Чтобы освободить взлетно-посадочную полосу от людей, рядом с самолетом начали проезжать "Хаммеры". Два вертолета "Апач" пролетели прямо над землей, чтобы хорошенько напугать афганцев и обдать гражданских лиц с самолета потоком воды из ротора.
Но только после того, как самолет поднялся в воздух, экипаж узнал о своем травмирующем месте в истории. Когда пилот не смог полностью убрать шасси, один из членов экипажа отправился разбираться с проблемой, глядя в небольшой иллюминатор, предназначенный для наблюдения за подобными проблемами. Через иллюминатор можно было увидеть кровь и разбросанные кишки человеческих существ.
Видео, снятое с асфальта, мгновенно стало вирусным. На них было видно, как вдалеке двадцатичетырехлетний дантист из Кабула падает на землю из поднимающегося самолета. Эти кадры напоминали фотографию человека , падающего навзничь с верхнего этажа Всемирного торгового центра, - падающие тела, которые, казалось, подводили итог целой эпохе.
-
Белый дом проснулся под звуки падающих с неба афганцев. Джен Псаки знала, что ей придется оставить семью на пляже и вернуться в Вашингтон. Правые СМИ уже пировали тем, что она не стоит перед трибуной. Псаки написала Рону Клейну: "Я подумываю о возвращении". Клейн с присущей ему оперативностью мгновенно ответил: "Мне жаль. Я думаю, вам нужно".
Джейк Салливан наблюдал за тем, как президент знакомится с C-17, и грусть отразилась на его лице. В течение последующих месяцев Салливан постоянно проигрывал в голове последовательность событий. Если бы только... если бы только пилот не принял решение покинуть Кабул так быстро... если бы только войска успели освободить взлетно-посадочную полосу. Салливан знал, что именно этот момент определит все. В прессе уже появились те, кто говорил, что этот момент определит его собственную карьеру. Он беспокоился, что изображение было настолько ужасным, что оно вызывало такие сильные эмоции, что администрация ничего не сможет сделать, чтобы смягчить его.
20.
Белые шарфы
С тех пор как Хиллари Клинтон получила копию "Списка убийц", и ее помощники начали готовиться к тому моменту, когда к власти придут талибы. Ее сеть неправительственных организаций получила доступ к безопасным домам по всему Кабулу, многие из которых были приютами для жертв супружеского насилия, которые они собирались использовать в качестве пунктов сбора женщин, которых они надеялись эвакуировать.
Джорджтаунский институт женщин, мира и безопасности, неправительственная организация, возглавляемая бывшим начальником штаба Клинтон и ее близкой подругой Меланн Вервир, составила список из 1500 афганских женщин и членов их семей, на которых талибы, скорее всего, будут нападать, расширив "список убийц", который получила Клинтон. Но теперь, когда наступил момент максимальной опасности, группам Клинтон предстояло сделать мучительный выбор. Кого из полутора тысяч человек они попытаются эвакуировать в первую очередь? У них было всего несколько убежищ и несколько мест в самолетах, вылетающих из Кабула. Решение о том, кого эвакуировать, напоминало мысленный эксперимент на семинаре по этике в колледже, только это было вовсе не интеллектуальное упражнение.
16 августа, на следующий день после того, как Гани покинул Кабул, группы Клинтона начали делать первые телефонные звонки. Они дали шестидесяти женщинам адреса безопасных мест и сообщили, что им необходимо прибыть в течение двенадцати часов. Хотя советники Клинтонов в Вашингтоне и Нью-Йорке не имели достаточного опыта организации эвакуации, они передали конкретные инструкции. Беглянки не должны были звонить своим матерям и отцам, чтобы сообщить им о предстоящем отъезде. Они не должны были брать с собой багаж, прятать под одеждой драгоценности или одеваться так, чтобы это наводило на мысль о путешествии. Если с ними едут дети, они должны были взять с собой запасные подгузники. Нелишней будет и дополнительная батарея для телефона, если ее легко достать.
Хиллари Клинтон позвонила Ллойду Остину, который сказал, что внесет имена шестидесяти женщин в список в аэропорту, чтобы морские пехотинцы пропустили их. Женщины должны были надеть одежду, по которой их можно было бы легко выделить из толпы. Помощники Клинтона посоветовали женщинам надеть белые шарфы.
На конспиративную квартиру были отправлены машины, управляемые частными охранниками, чтобы забрать "Белые шарфы" - так теперь называли этих женщин. Они отправлялись в аэропорт группами по шесть человек, ехали по городу без полиции, без каких-либо властей, наводящих порядок.