Франк Тилье – Головоломка (страница 12)
Он приспустил стекло.
– Здесь нельзя стоять, мсье, – суровым тоном произнес охранник.
Илан смотрел на пса, судорожно цепляясь за ручку двери, и не мог вымолвить ни слова, потом кивнул и повернул ключ в зажигании. Ладно, так тому и быть, он поедет домой и попытается немного поспать, а к восьми отправится на работу.
Он покидал промышленную зону с тяжелым сердцем, не получив ответов на мучившие его вопросы, не взяв нового следа.
До Монмирая Илан добирался почти два часа. После исчезновения родителей он переехал из своей маленькой квартирки в парижском предместье в их дом.
Проехав по длинной извилистой дороге, он поставил машину на гравийной аллее напротив входной двери. Илан обожал это старое здание в готическом стиле, с остроконечными башенками. В детстве, играя с воображаемыми героями, он селил их именно в таком доме-замке, а теперь во всех деталях воспроизводил дом мечты в сценариях видеоигр.
В этом доме мечты он теперь обитает, переживая кошмар одиночества и страха.
Он огляделся вокруг: Хлоэ права, дом и сад приходят в запустение и выглядят необитаемыми. Нужно все обновить. Снять деньги с банковских счетов родителей. Они бы хотели, чтобы он жил хорошо и счастливо.
Очень скоро дом станет прежним. Обещаю вам…
Он, конечно же, подумал о «Паранойе». Триста тысяч евро обеспечат его будущее, помогут воплотить идеи в жизнь и даже создать собственную компанию.
Нужно понять, как внедриться в эту чертову игру и – главное – стать лучшим среди лучших.
Илан вернулся в дом, налил себе кока-колы, съел кусок разогретой пиццы, пошел в ванную, повернул до упора тумблер электрообогревателя, разделся и встал под душ. Ледяная вода обожгла кожу.
В этот момент раздались голоса. Мужчина и женщина спорили где-то совсем близко, но из-за шума воды Илан не мог разобрать ни слова.
– Кто здесь?
Он закрутил кран, не стал вытираться и выскочил голым в коридор. Голоса стихли. Илана била дрожь, он клацал зубами. Тени, голоса… Что с ним такое?
Он вернулся под душ, намылился, ополоснулся и оделся, даже куртку натянул и обвязал шею шарфом, чтобы хоть чуть-чуть согреться. Придется терпеть, мастер появится в лучшем случае через два дня.
Илан устроился на диванчике, включил телевизор, прибавил громкости, чтобы не чувствовать себя таким одиноким, угнездился в подушках и натянул плед до самого носа. Веки у него отяжелели, он уже готов был погрузиться в сон, но тут его взгляд упал на журнальный столик.
Почта исчезла.
Илан вскочил и обыскал всю комнату: ничего, ни листка, ни конверта.
На сей раз у него есть формальное доказательство вторжения.
Едва дыша от страха, он осмотрел все помещение и метнулся на второй этаж. Ванная, зеркало, тетрадь отца…
Карта исчезла, испарилась. Страницу вырвали аккуратно, почти незаметно.
Илан сбежал вниз и запер входную дверь на два оборота. Ключ легко повернулся в замке, значит его не взламывали. Значит, у
Илан осмотрел все окна и двери, проверил сад. Деревья, поля, дорога… Нигде ни души. Он отодвинул комод, снял плинтус и достал фотокопию закодированной отцом карты. К счастью, он догадался спрятать несколько экземпляров в разных тайниках, в том числе в компьютерах и на флешках.
Он чувствовал себя изнасилованным. К нему вломились. Обшарили весь дом, что-то искали в его вещах, в вещах покойных родителей.
Тени существуют.
Теперь он совершенно уверен, что мать с отцом погибли не случайно.
Их убили из-за исследований, которыми они занимались, из-за сделанных открытий.
Илан тяжело опустился на стул, обхватил голову руками и попытался собраться с мыслями. Зачем злоумышленникам понадобилось забирать почту? Там не было ничего, кроме счетов, писем с вежливым отказом и…
В мозгу что-то щелкнуло. Он вдруг вспомнил конверт на имя Беатрис Портинари, попавший к нему по ошибке. Тот, что он забыл вернуть на почту. Здесь есть связь.
Беатрис Портинари – это загадочная «Б. П.».
Ее инициалы стояли в конце странной записки, обнаруженной им в кармане куртки.
Беатрис Портинари – та самая брюнетка, с которой он столкнулся в лабораториях «Эффексор». Это она якобы случайно толкнула его на барже, чтобы передать записку.
Голову прострелила острая боль, как будто в основание черепа воткнули вязальную спицу. Он согнулся пополам и сцепил зубы, ему показалось, что затылочная кость вот-вот взорвется. Боль была жестокой, обжигающей, как будто в мозг вколотили кучу кнопок. Илан закрыл глаза, и под веками мгновенно замелькали тени, они склонялись над ним, хотели утянуть за собой в темноту.
Он облился потом, с трудом разлепил веки и, шатаясь, потащился на кухню. Растворил в воде таблетку аспирина и выпил, стуча зубами о край стакана. В доме было холодно, но на лбу у него выступила испарина, все тело горело, как в лихорадке.
Он прилег, чтобы унять дрожь. Что происходит?
Боль прошла, и Илан попытался расставить все по местам. Письмо он получил до того, как явилась Хлоэ и рассказала ему о «Паранойе», а через несколько дней были украдены бумаги отца, о которых, кроме нее, знали два или три человека. Совпадение? Вряд ли.
Его бывшая подружка не может быть замешана, это лишено всякого смысла, тем более что она всегда знала о существовании карты и могла миллион раз незаметно скопировать ее.
Илан чувствовал себя загнанным в угол: он не хотел заявлять о взломе, ведь легавые о карте не знали, а доказательств у него не было. Ничего другого не украли. Дверь, судя по всему, открыли ключом. Полицейские пошлют его куда подальше и в лучшем случае обвинят в мифомании.
Он рывком поднялся и кинулся к компьютеру, чтобы найти точный адрес Беатрис Портинари. На конверте значилось «Бульвар Распай». Это Шестой округ[13]. Илан открыл сайт «Белых страниц», напечатал фамилию, имя, адрес, и на экране высветился номер телефона. В справочник, должно быть, не успели внести изменения: Беатрис Портинари съехала, но все еще была зарегистрирована по старому адресу.
Он набрал номер. Слава богу, голова перестала болеть.
– Слушаю…
– Здравствуйте, меня зовут Илан Дедиссет. Я хотел бы поговорить с Беатрис Портинари, она снимала эту квартиру, возможно, была ее владелицей. Вы, случайно, не знаете новый адрес или номер телефона Беатрис?
– Вам повезло, две или три недели назад она приходила и оставила номер сотового – на случай, если кто-нибудь захочет с ней связаться.
Илан взял листок бумаги, подумав, что все это не случайность.
– Она брюнетка, крепкая, широкоплечая?
– Мужеподобная и одевается соответственно. Записывайте…
Илан поблагодарил, попрощался и тут же набрал номер.
– Да…
– Беатрис Портинари?
Ответили не сразу.
– Кто вы? – Женщина говорила с легким итальянским акцентом.
– Тот, кого вы намеренно толкнули на барже и сунули в карман записку. Сегодня утром мы виделись в лабораториях «Эффексор».
– Откуда у вас этот номер?
Илан направился к выходящему в сад окну, обвел окрестности подозрительным взглядом и произнес, инстинктивно понизив голос, словно боялся, что кто-то в доме может его услышать:
– Все очень странно. Неделю назад я получил адресованное вам письмо. На конверте стоял штемпель «Адресат выбыл». Я понял, что вы больше не живете на бульваре Распай, позвонил новой квартирантке и получил от нее ваш телефон. Странно, правда?
– Это ошибка, ситуация изменилась. Вы ни в коем случае не должны были звонить мне. Они за вами следят, я буду в опасности из-за этого разговора.
– Кто такие «они»? Кто за мной следит и почему? Вчера вечером или сегодня утром, когда я проходил тестирование в «Эффексоре», ко мне в дом вломились. Это как-то связано?
На сей раз пауза продлилась дольше.
– В том, что письмо пришло на ваш адрес, нет никакой логики, – недоверчивым тоном произнесла собеседница Илана. – Именно на ваш адрес, вроде бы случайно… Что в нем было?
– Я его не открывал.
– А следовало бы. Кто-то еще знает.
– Ничего не понимаю. Кто? Что знает?
– Я пришлю вам эсэмэску, – прошептала она, – назначу встречу и все объясню. Будьте начеку, мне не звоните. И не ночуйте дома – они на все способны. Нам обоим грозит чудовищная опасность.