FORTHRIGHT – Амаранты. Окрыленный (страница 2)

Уборщик поглядел куда-то поверх ее плеча:

– И как вы узнаете об этом решении?

– По официальным каналам, больше ничего не сказали.

– Значит, пришлют вестника?

Кип указал на двойные стеклянные двери. За ними виднелась фигура в униформе.

– О боже. – Тами схватила Кипа за руку. – О нет. Думаете, это он?

– Не спросить ли нам у славного вестника, добрые ли вести он принес?

Вытащив из карманов звенящую связку ключей, Кип отпер и широко распахнул главную дверь.

Тот, кто вошел внутрь, не был человеком. Он оказался стройным и бледнокожим, вокруг заостренных ушей топорщились белоснежные волосы. Глаза, напротив, были блестяще-черными, как смола.

– Директор Тамико Риверсон? – спросил он звонко.

– Да. Это я. – Она осторожно протянула руки ладонями вверх. – А вы?

Мягко улыбаясь, амарант положил руки поверх ее ладоней:

– Я Ремилл из голубиного клана Уистлдаунов. Мы всегда тесно сотрудничали с наблюдателями и в настоящее время прикреплены к Управлению Ингресс здесь, в округе Перч.

– Вы всегда здесь жили?

– Ваш дом уже давно стал моим домом, – заверил гость. – Прекрасные места, не так ли?

– О да, – пробормотала Тами.

Ремилл достал из почтальонской сумки тяжелый пакет:

– Я здесь, потому что мы получили сообщение для вас. И потому что мне нравится приносить хорошие новости.

Кип присвистнул:

– Шутки в сторону.

Дрожащими пальцами Тами стала теребить бечевку, запечатанную воском. На печати стояла вскинутая в ударе кошачья лапа – личный герб Хисоки Твайншафта.

– Ну-ка… – Кип вытащил еще из одного кармана швейцарский нож, раскрыл узкое лезвие и подковырнул печать. – Попробуйте теперь.

Руки у Тамико затряслись еще сильнее, и она сунула пакет Кипу:

– Я не могу. Откройте его для меня.

– Если вам угодно. – Он посмотрел на нее с сомнением. – Разве это не ваш триумф?

– Этот триумф слишком велик для одного человека, – махнула рукой Тами. – Разделите его со мной.

– Да, мэм, – лихо козырнул уборщик. – Итак. Сопроводительное письмо. Вместо подписи – отпечаток лапы.

Тами нахмурилась и наклонилась, заглядывая в пакет:

– Быть того не может.

– Согласен. Я вас разыгрываю.

Тами схватила Кипа за плечо:

– Что там написано?

Уборщик выпрямился и величественно, как ведущий на церемонии награждения, зачитал:

– «Директор Тамико Риверсон, я с большим удовольствием сообщаю, что начальная школа Лэндмарк была выбрана в качестве одной из площадок для Инициативы Твайншафта наряду со средней школой в Арчере, старшей школой в Уэст-Бранче и колледжем в Беллуэзере».

Сердце Тами вновь подпрыгнуло. Поистине хорошие новости!

Кип подмигнул ей поверх листа бумаги и продолжил:

– «На членов моего комитета произвели благоприятное впечатление ваша увлеченность и изобретательность вашей группы, которая предложила программу интеграции для всех возрастов, начиная с первого класса и заканчивая высшей школой. Мы уделяем особое внимание разработке аналогичной стратегии в каждом штате, и ваши школы послужат флагманами мирного сосуществования. Я с нетерпением жду возможности встретиться с вами лично».

Кип постучал по странице:

– И хотя отпечатка лапы нет, письмо подписано пресс-секретарем Твайншафтом от имени Пятерых.

А потом Тами визжала и прыгала по коридору, и Кип прыгал вместе с ней. Он вовлек в празднование Ремилла, а Тами обняла вестника и поцеловала в щеку. Голубь тихо, щебечуще рассмеялся, поэтому она поцеловала его и в другую щеку.

Покраснев, вестник сделал изящный жест и исчез, выразив надежду на повторную встречу.

Кип спросил:

– Чем я могу помочь?

Тами импульсивно предложила:

– Войдете в комитет по планированию?

Он стукнул себя в грудь:

– Уже вошел.

Директриса сомневалась, что от уборщика будет много пользы, но энтузиазм Кипа был заразителен.

Словно подтверждая это, он схватил ее за руки и закружил в импровизированном вальсе. Широкий в плечах, с массивным торсом, он двигался легко и проворно. Тами засмеялась, а он просиял так, будто именно этого и добивался.

– Я слышу, как кто-то идет, – пропел он.

И перед ними предстала грозно подбоченившаяся миссис Дабровски.

– Кип, негодник! Отпусти директора Риверсон!

Кип приблизился к миссис Дабровски, в последний раз крутанул Тами, а затем ухватил ее секретаршу и помчал по коридору, невзирая на протесты. Он переключился на энергичную польку – причем Флути Дабровски не составило труда за ним угнаться, – и наконец объявил:

– У нас праздник.

Миссис Дабровски остановилась и оглянулась.

– Нас выбрали? – спросила она у Тами.

Тами широко раскинула руки:

– Да!

Снова последовали вопли и объятия, и Тами с удивлением обнаружила, что плачет. Она так много работала ради этого, так сильно этого хотела. И теперь это действительно произойдет.

– Амаранты приедут сюда, в наш городок. Ах, надеюсь, им тут понравится.

– Что им может тут не понравиться? Это самый красивый уголок на свете! – Флути похлопала ее по плечу и решительно заявила: – У нас они найдут то, чего нередко были лишены. Теплый прием.

Глава 2

Инициатива Элдербау

Хмуро взглянув на одиноко мерцающую бумажку с назначением Мелиссы, глава Управления Ингресс округа Перч спросила:

– Что все это значит?

И хотя ответ находился прямо перед глазами у спрашивавшей – судя по медной табличке на столе, это была наблюдатель Кортни Барр, – Мелисса неловко объяснила свое внезапное появление: