Фонд А – Баба Люба. Вернуть СССР. Книга 4 (страница 25)
А сама смотрела в окно и думала. Да, мы сделали это! Мы залили дерьмом почти весь Нью-Йорк. Чувствовала ли я раскаяние? Не знаю. Если смотреть на нанесённый вред архитектуре, то, возможно, и да. Но если брать в целом и сравнить с тем, что через пару десятков лет Америка зальёт, причём не дерьмом, а кровью, Косово, Донбасс, Курск – то нет. Наоборот, я ощущала удовлетворение и радостное злорадство.
Но Комиссарова и Куща я убью, как вернусь!
Когда мы, наконец, с двумя пересадками и одним большим скандалом добрались-таки до пансионата, я отправила Анжелику отдыхать, а сама буквально ворвалась в комнату Куща.
Все трое красавцев сидели в номере и что-то обсуждали.
– Я сейчас кого-то убью! – сурово заявила им я. – Разве нельзя было предупредить? Мы в городе чуть в дерьме не утонули! Там капец сейчас что творится!
– И это только начало, Люба, – тихо сказал Пивоваров и тяжко вздохнул.
Глава 12
– Как вам это удалось? – удивилась я.
Признаюсь честно, я, конечно, надеялась, что нам удастся совершить пару диверсий. Возможно, даже среди них будет одна-две большие. Но, честно скажу, такого масштабного барабума даже я не ожидала.
– Это всё Гольдман, – скромно сказал Кущ. – Если бы не его схемы…
– Это его племянница постаралась, – добавил Комиссаров. Он весь аж лучился от удовольствия, – а мы просто воспользовались моментом.
– Ути-пути, скромняшки какие, – довольно хохотнул Пивоваров, – а сами-то так, просто в сторонке постояли, стенку колупали.
– Но согласитесь, Пётр Кузьмич, без его помощи у нас бы так не вышло, – не согласился Кущ, – Да, кое-какие манёвры мы бы, конечно, сделали. Но это всё было бы не столь серьёзным!
– И спасибо Ирине Александровне, что его привела, – вспомнил Пивоваров, – а мы про неё плохо думали. Надо бы извиниться и принять в нашу компанию.
– А можно конкретнее о манёврах? – мне было любопытно.
– В общем, удалось жахнуть все четырнадцать станций, – пояснил довольный Кущ.
– В смысле жахнуть? – побледнела я.
– Да там ничего страшного, – махнул рукой Комиссаров, – мы просто штыри в нужных точках вбили и всё посыпалось. Они же, буржуи, слишком уж на технологии свои надеются. А мы по старинке… взяли арматуру, присобачили в нужных местах, чуток покоцали, и вот результат…
Он хохотнул и, потирая ладони, сказал:
– Это дело теперь и обмыть можно!
– У нас же сухой закон, – вздохнул Кущ, – Арсений узнает – проблем потом не оберёшься.
– Да, Ефим, – поддержал его Пивоваров, – давай уже, как вернёмся, тогда и отметим, с размахом. Можно у меня на даче. Там лес, речка, рыбалка… Я такие шашлыки делать умею, пальчики оближешь, меня ещё дед научил. Берёшь, значит, мясо и замачиваешь его…
Но в чём правильно замачивать мясо по родовому рецепту Пивоваровых, мы так и не узнали – неожиданно дверь распахнулась и комнату заполнили люди.
– Что случилось? – изумлённо выдавила я.
– Вот! – закричала Аврора Илларионовна, тыкая в Куща пальцем и живенько обернулась к двум мрачным полицейским, – Это они! Я вам точно говорю, это они! Вяжите их!
Полицейские переглянулись и один из них спросил:
– What?
– Где эта переводчица? – заверещала Аврора Илларионовна. – Они же ни черта по-нашему не понимают!
– Сейчас позовут, – в комнату деловито вошел Ляхов, её зять.
– Так, что здесь происходит, товарищи?! – мгновенно взял ситуацию в свои руки Пивоваров, видя, что творится что-то непонятное, – вам кто позволил врываться в личный номер. А?
– Это же полицейские! – взвизгнула Аврора Илларионовна и посмотрела на нас с триумфальным видом.
– Я вижу, что полицейские, – жестко ответил юрист, – с ними мы сами разберёмся. Я спрашиваю, кто вам позволил врываться сюда, Аврора Илларионовна?
– Но я… – с апломбом начала она, но Пивоваров перебил:
– Извольте покинуть комнату. И зятя своего прихватите!
– Вы тоже не проживаете здесь, Пивоваров! – рявкнул Ляхов. – Что вы распоряжаетесь, как у себя дома?!
– Зато здесь проживаю я, – подскочил Кущ, – и я, как хозяин комнаты, говорю вам – уходите!
– Мы пришли с ними! – вызверилась Аврора Илларионовна и указала пальцем на полицейских.
Ссора набирала обороты, и тут появилась Валентина Викторовна, наша переводчица, а с нею – Арсений Борисович. Оба были изрядно напуганы.
– Что у вас опять здесь происходит? – с порога набросился старейшина на Куща.
– Эта женщина вломилась к нам в номер и привела зачем-то полицейских, – указал Пивоваров на старуху, – у неё и спрашивайте.
– You are under arrest on suspicion of terrorism! – заявил первый полицейский и вытащил наручники.
– Что?! Что он сказал?! – забеспокоился старейшина, вертя головой туда-сюда.
– Он говорит, что арестовывает Фёдора Степановича по подозрению в теракте, – пролепетала Валентина Викторовна и очумело посмотрела сперва на Благообразного, потом – на меня. – Господи, какой бред!
– С ума сойти! – схватился за голову Арсений Борисович. – И что теперь будет?
– А что будет? – жестко сказал Пивоваров. – Ничего не будет! Вину ещё доказать надо. Алиби проверить, доказательства найти и всё такое.
Тем временем полицейские ловко надели наручники на Куща и Комиссарова.
– Ребята! – строго сказал им Пивоваров, припечатывая каждое слово. – В участке молчите. Требуйте переводчика, русскоязычного адвоката и обязательно представителя нашего российского консульства. И не вздумайте ничего без них говорить. И главное – ничего не бойтесь. А я сейчас начну решать ваши вопросы с нашей стороны…
– Они оба виноваты! – обличительно заверещала Аврора Илларионовна. – Я точно могу доказать, что это они залили дерьмом весь город! Я всё знаю! Вы здесь хорошо поищите! У них тут полно вещественных доказательств можно найти!
Полицейские что-то тихо перемолвились, наша переводчица им переводила.
– Валентина, переведи им, – строго велел Пивоваров, хмуря лоб, – спроси, у них ордер на обыск есть? Если нет, то пускай сначала привезут и покажут. Без ордера мы не позволим. Это – частная собственность.
Та перевела и полицейские опять взволнованно зашушукались.
– Не пытайтесь оттянуть наказание! – злорадно окрысилась Аврора Илларионовна. – Они стопроцентно виноваты!
– Как? – нахмурился Пивоваров. – И зачем вы возводите такую клевету, Аврора Илларионовна? Да ещё в чужой стране. Вы поймите, от этого ни нам, ни вам хорошо уже не будет! В любом случае – виноваты ли они, или же произошло досадное недоразумение, нормально уже никому не будет. Особенно, если они действительно окажутся виноваты. Вы отдаёте себе отчёт, что это – международный скандал, вплоть до разрыва дипломатических отношений между странами. И вы, возможно, добьётесь, чтобы их закрыли здесь, в тюрьме. Но рано или поздно вам и вашей семье придётся возвращаться домой и давать объяснения соответствующим структурам. Это очень серьёзно. Это не в бирюльки играть, Аврора Илларионовна. Так что зря вы всё это затеяли…
И тут Аврора Илларионовна осознала, что натворила. Она пошла красными пятнами и схватилась за сердце.
Её высокопоставленный зять побледнел. Губы его превратились в тонкие ниточки. Глаза зло сузились.
А я не удержалась и добавила, не обращаясь ни к кому и старательно маскируя ехидство:
– Вот что бывает, когда решил выгулять своих родственничков по заграницам за казённый счёт.
На меня все посмотрели, Аврора Илларионовна что-то невразумительно прошипела, правда так тихо, что никто не разобрал ни слова.
Когда ребят увели, а Благообразный с Валентиной Викторовной ушли сопровождать их в участок, а Ляховы, как собачонки, побежали вслед за ними, лишь бы не оставаться наедине с нами, мы с Пивоваровым остались в номере Куща одни.
– Мать его итить! – от души выругался Пивоваров. – Ну как так вышло?! Как эта дура старая всё это додумалась затеять! Вот ведь дрянь какая! Её явно кто-то надоумил, не иначе!
– Да уж, – вздохнула я и с надеждой посмотрела на юриста. – И что же теперь делать, Пётр Кузьмич?
– Стоять на своём, – отрезал Пивоваров. – А ещё надо выяснить, что именно она им наболтала.
– Это я выясню, – твёрдо пообещала я. – Сегодня же.
– Как?
– Валентина Викторовна всё ещё надеется стать моей свекровью, – с нервным смешком пояснила я, – только между нами это, ладно?