Focsker – Сага об Антилохе. Летопись золотых веков (страница 8)

– Что-то мне не нравится на западе, – робко смеясь, глядя на труп ветерана с разорванным ртом, говорит капитан Пташек.

– Аналогично… – следя за возвращающейся конницей, тянувшей за собой по земле несколько связанных типов, отвечаю я.

Глава 5

Информацию о торговом доме, следующем на зов Чёрного Пня, с золотом, ресурсами, людьми, бандитам слила Гильдия авантюристов. Нас ждали. Запад ждал, знал, что скоро появится вкусная рыбка, что клюнет на щедрую наживку, после чего оставалось лишь встречать у города, который ни одна экспедиция, подобная нашей, не могла пройти мимо. Знать с полными карманами любит красиво тратить деньги в новых местах, заключать мелкие сделки на будущее – как и поступила наша малышка Оскана.

Проплаченный агент внутри гильдии, простой халуй, разносивший напитки, услышал, что было нужно услышать. Потом передал информацию нищему-попрошайке, одноногому, что дежурил, прося милостыню, напротив гильдии. Тот, в свою очередь, получив сигнал, запомнив герб торгового дома, сопровождавших, одежду, число, спокойно, пока Оскана решала вопросы, передал эти данные дальше по цепочке. Расположившиеся внутри города бандосы тут же засобирались в путь. Факт того, что Массола не стала останавливаться со своими солдатами на ночлег, внёс в планы группы внеплановые коррективы. Мы вышли раньше, чем они думали. Ещё за стенами Кая приметила парочку странных типочков, как-то нервно и издали поглядывавших в нашу сторону. Потом была группа всадников, которая пронеслась ночью по тропе параллельно нам. Потом этот обоз, двигавшийся с отставанием, а после, когда нагнал, отставший в наш ритм.

Бандиты знали, что Массола в сундуках везёт золото для первых крупных покупок камней у лордов запада. Именно эта информация и не дала им отпустить нас. Сначала они планировали ударить ночью, но позиция, готовность наших магов, а также неудачное положение снизу холма вынудили их отступить. Предположив, что мы можем попытаться обойти опасное место, отряд врага пересёк реку, забрался на холм и принялся нас ждать. Дезертиры и наёмники, уличная шантрапа и преступники – все они пришли с запада, пришли по наводке, а ещё представляли интересы какого-то другого торгового дома, о котором никто из выживших не знал. Те варяги, викинги, плечистые пидрилы, что убили двух парней из Серокрылых пташек, как раз и представляли собой интересы местных торговцев. Жаль, что никто из них не выжил. Кая точно вытянула бы с этих уродов информацию. А так – горы трупов, несколько десятков пленников, что продадут как рабов, а ещё информация: запад ждёт, готовится встречать новый торговый дом, нового конкурента, которого прожуёт и проглотит, если тот не сможет и дальше держать удар.

Подельников, что по-дурацки следовали за нами на повозке, намереваясь проскочить, мы так же скрутили. Подводя итог: наш отряд столкнулся с примерно семьюдесятью пятью-восемьюдесятью уродами, из которых в земле осталось сорок пять – тяжелораненых никто не жалел. Ещё пятнадцать легкораненых с десятком не успевших сьебаться взяли в плен Толоу. Остальные, в основном маги и их командир, сьебали. Были ещё и две повозки с пятью долбаёбами, подъехавшими позже. В конечном итоге получилось тридцать. Тридцать пленников. Вести которых на запад себе дороже. Вновь направлять караван назад – тоже залупа.

После такой бойни Массола, как порядочная девочка, приказала предать огню покойников. Эту идею поддержала и Эрлина, напомнив, как порой мертвецы вновь начинают ходить и что мы на западе, где даже тела убитых враг может использовать в качестве оружия. Решить эту проблему вызываются маги Толоу. Толковый землевик с напарником предлагает отправиться в город на лошадях, сообщить гильдии о случившемся, привести сюда солдат лорда для конвоя. Так, пока мы занимаемся погребальным костром, отдыхаем и залечиваем раны, они уже будут в городе. Потом примерно столько же нам предстояло подождать в открытом поле либо же, заняв позицию на тех холмах, с которых нас атаковали. Позиция там хорошо просматриваемая, шайка бандитов истреблена, друзей, по заявлению пленников, у них нет – спасать никто не станет. Итог: нам предлагалось простоять в ожидании почти столько же времени, сколько уйдёт на переход до земель Чёрного Пня, до первого форпоста, где этих выродков и можно скинуть.

Я предлагаю не ждать. Своих раненых – в повозки. Вражеских – пусть несут свои или… ну, с нами бы они не церемонились, как бы жестоко это ни звучало. Не исключено, что таким вот путём нас если не устранят, то замедлят. Возможно, где-то рядом, в попыхах нагоняя нас, уже несётся вторая торговая миссия. Кто знает, сколько торговых домов примет запад? Если это гонка, если всё настолько серьёзно, что на нас объявили охоту, следует поторопиться и, назло всем, прийти как можно раньше. Толоу не согласны. Мнения разделились. В конечном итоге возвращаемся к тому, что планировали делать изначально. Собираем трупы: врагов – в одну кучу, своих – в другую. Тем временем в город отправляется отряд «связных». Это уже не домыслы о засаде – это прямое нападение, сообщить нужно. По возможности за нами отправят отряд, что впоследствии и проконвоирует в город этих недоупырей.

Собачья свора, жадные ублюдки стали причиной слёз Массолы, потерявшей нескольких мальчишек – тех, кто взял в руки оружие по её приказу. Чувство ответственности за их смерть, боль, сродни той, которую я испытал, узнав, что люди на болотах подверглись нападению из-за моей непредусмотрительности, вызывала позывы правильного гнева, желания отомстить. В моём случае месть стала отличным мотивирующим механизмом. Кто бы что ни говорил: мол, месть ничего не решает, что это не выход, – выход. Когда внутри дыра, когда ненависть переполняет вместе со злобой, когда ты знаешь, кто виноват и что его можно и нужно наказать, – это выход. Месть стала толчком для моего развития. Приняв её, последствия, злостью и ненавистью к Кастодию я перекрыл воспоминания о всех жертвах. И по сей день, вспоминая, что эта мразь мертва, мне удаётся хоть немного приостудить горящее внутри чувство вины. Ведь я знаю: ответственный за это не где-то за бугром, он не сбежал и кормит червей, как и все ответственные за смерть бедных крестьян.

– Запомните это чувство, Массола, – стоя рядом, прижимая к себе малышку, от своей очерствевшей души советую. – Хорошенько запомните его. Рано или поздно вы узнаете, кто стоит за покушением на вас, ваш дом, ваши богатства, и после именно это чувство поможет вам сделать самый важный ход, от которого будет зависеть, кто первым исчезнет – ваш враг или вы.

Мелкая подняла голову, поглядела на меня глазами испуганными, а затем, ещё громче разрыдавшись, обняла меня крепче, прижавшись к животу. Оскана, старый ты дегенерат, знал ли он, что тут такая задница, или же это я и моя команда притягиваем к себе всё это вселенское дерьмо… Натянув малой на голову капюшон от куртки, придерживаю, веду в повозку. Двое суток в поле мы стоять не будем. Я слишком зол. Внутри всё вскипает от желания поскорее познакомиться с пидарасами из торговых домов на юго-западе. Зубы скрипят, кулаки чешутся. Бешенство – вот что я испытываю, представляя тех ублюдков, решивших повоевать с маленькой, избалованной девочкой.

В дальнейшем все мои мысли и предположения, собранные касательно пребывания на западе, носили исключительно нецензурный, жёсткий и беспринципный характер. Нет смысла себя обманывать. Столько времени сюда шли, знали, что здешние места – самые суровые на всём материке, и почему-то думали, что жестокость их исключительно в демонических нравах окружающих запад существ. Как бы не так. Дальше, с запада, уже некуда бежать. Нам придётся на время осесть, заняться развитием собственного отряда, а ещё, по ходу, придётся прятаться за спиной дома Оскана. Мы поможем их дому развиваться, защитим физически и юридически, если потребуется – прорубим дорогу. В ответ на что попытаемся занять ключевые места в штате вербовщиков-защитников. Кая с Деструксией легко смогут вычислить засланных убийц. Мы попытаемся получить монополию на подбор кадров для торгового дома, окружить себя и союзников только проверенными людьми, чуть приостановив карьеру авантюристов. Санма не готова – её проще оставить с Массолой. Алисия так же только приобрела читерские навыки – для развития своего потенциала ей нужно время. Время нужно и нам: для смены экипировки, ознакомления с тварями, обитающими на западе, и тем, как сильно разнятся степени сложности местных заданий гильдии. Демоны, полудемоны, полулюди, эльфы, лесные существа, о которых я слышал, но ещё не видел, – со всем этим придётся знакомиться прямо в гильдии. Сунь-цзы писал: «Если ты знаешь врага и знаешь себя, тебе не нужно волноваться за исход сотни сражений. Если ты знаешь себя, но не знаешь врага, за каждую достигнутую тобой победу ты расплатишься поражением. Если ты не знаешь ни себя, ни врага, ты будешь проигрывать всегда».

Разбирая слабые и сильные стороны своей команды, я почти приблизился к полному пониманию нас лишь в моменте до разделения Деструксии с Ирмой, а также присоединения к нам Алисии и Санмы. С одной стороны – численное преимущество, приобретение полезных навыков исцеления, усиления, ещё одного мага, владеющего недюжиной физической силой. Вроде только плюсы, пока не углубишься в само построение, в то, кто и как эти плюсы должен оборонять. В тылу появилось слишком много мишеней, не способных себя самостоятельно защитить при столкновении с теми же классами типа ассасин или, как в бою с бандитами, даже от просто варвара или лучника. И вроде Алисия имеет щит, и Санма тоже не лыком шита, а в бою – зелёные, медленные. И если так о них отзываюсь я, то страшно представить, что с ними сделает существо, которое сильнее меня во всём… Им нужно время. И мы получим его, укрепившись в Чёрном Пне.