Focsker – Мистер Фермер. Ветра великих перемен! (страница 43)

— Теперь понятно, мне всё стало понятно. Больше не хочу броню. Матвеем, ты такой заботливый… — Повиснув на мой шее, бездельница берётся продолжить дело не сумевшей до конца развратить меня Муррки. Но крольчиха не лыком шита, видя, что меня пытаются увести, посылает лису за молоком к му и овощами в подвал.

— И зелени у Семечко попроси! — Закидав ту поручениями, хитро глядит на меня обычно бесхитростная кролли. Эта ушастая хорошо слышала наши перешептывания с Пом, так же хорошо она знала все плюсы и немногочисленные минусы зачарованной брони. Ведь по сути своей, во время создания той Муррка всегда находилась рядом с Зуриэль, всячески помогала и поддерживала ту, не забывая задавать разные вопросы, связанные с ней.

— Обманывать не хорошо, мистер Матвеем. — Дождавшись когда лиса уйдёт, Муррка прижимает меня к стене. Стягивает со своих бёдер повязку, затем с меня штаны. Кролли торопится приступить к делу, опускается на колени, облизав член, приводит его в полную готовность, после чего быстренько пристраивается ко мне своей сочной попкой. Времени у нас в обрез, скоро вернётся Пом, за ней Зуриэль, да и порезанное мясо ожидало момента, когда вода вскипит. Прижав крольчиху к стене, торопясь, с ходу вошёл в её киску. В отличии от меня, Муррка снизу была вся мокренькая, готовая и только ждавшая момента. Несколько минут драл её стандартно, раком. Позволив ей кончить в первый раз, меняю наше положение, кладу Муррку грудью на стол, раздвигаю пошире ножки и, звучно шлёпая красотку по заднице, довожу до оргазма второй раз. Темп мы выбрали высокий, быстрый, понимая, что времени не много, кролли сползает на колени, зная, как заставить кончить меня быстрее всего, умело работает ртом, иногда помогая и дразня меня своими пальчиками. Чувствуя, что вот-вот кончу, пытаюсь вытащить член, но Муррка как всегда против, руками схватив мой зад, прижимается ртом, всасывает заглатывая головку, а после и семя. Чувство умопомрачительное, но слегка странное.

— Не хотела, чтобы вы одежду, стол или полы испачкали, я их только помыла… — Облизнувшись, сначала помогла надеть штаны мне, а после оделась и сама крольчиха. Странные они, до безобразия странные и… восхитительные, эти зверолюди. Подав руку, помогая подняться Муррке с колен, и замечаю застывшую в дверях Зуриэль. Тенью бледной, слившись со стеной, она глядела на нас своими мерцающими золотым огнём глазами. Что ж, у нас был зритель, слегка смущающая обстановка. По виду глаз Зуриэль силы у неё остались, это хорошо, потом можно будет попросить помочь с созданием ещё пары зачарованных вещей.

— Ой… Зуриэль, давно вы вернулись? — Торопливо возвращая свои груди под повязку, спросила кролли.

— М… Когда вы просили, чтобы Матвеем шлёпал вас по попе сильнее. — Немного подумав, ответила ангел.

Значит давно.

— Ясно. — Спеша на кухню к плите, словно ничего и не случилось, счастливая Муррка, что-то напевая себе под нос, моет ручки, закидывает нарезанное, разморозившееся мясо в воду. Пока она расставляла тарелки, ложки, вернулась Пом. Унюхав кое-какие запахи, лиса надулась, а после, слегка расстроив Муррку, заявила, что ночью «первый раунд» со мной проведёт одна. Между девушками началась небольшая дружеская перепалка, мешать им спорить о том, кто спасть со мной будет первой не стал. Пока они были заняты готовкой и друг другом, выслушал доклад от Зуриэль. Ангел в сегодняшнем своём походе подтвердила мои предположения. В зависимости от того, на какую часть тела одет зачарованный предмет, меняются совершенно разные показатели. Так бандана или капюшон ускоряют реакцию, восприятие мира. Обувь даёт дополнительную скорость передвижения, перчатки повышают скорость атак и моторику рук. Что даёт нагрудник и плащ выяснить не удалось, сделать это ангелочек пообещала в следующих своих походах.

— Молодчинка, Зуриэль, хорошо постаралась! — От того, что я в очередной раз оказался прав, и без того хороший день стал чуточку лучше. Не знаю как, сам не заметил, когда схватил девушку за ладонь. Зачем, почему, хер знает. Мало эмоциональная, почти вечно передвигающаяся с покер фейсом Ангел вздрогнула от моего касания. Точно так же, как ранее дрогнула Эсфея. Возможно я позволил себе лишнего, возможно им неприятно, когда их касаются простые смертные или те, чьи души грязны и порочны, как моя. Во взгляде Зуриэль я видел смятение. Я ведь её господин, она слуга, не может же она меня так же, как и Эсфея оттолкнуть. Нехорошо…

Ослабляя хватку, только и успеваю заикнуться о просьбе меня извинить, как сильные, горячие кисти её больших рук сами обхватывают мои ладони.

— Я очень рада, что смогла оказаться вам полезной. — Распустив за спиной до безумия большие, едва поместившиеся в просторной гостиной крылья, впервые показала свою настоящую, белоснежную и красивую улыбку ангел.

Глава 26

Ночка, проведённая с Пом и Мурркой, выдалась горячей, запоминающейся. Обычно спокойная и толерантная к другим женщинам крольчиха, переняв от лисицы дурные привычки, сегодня показала всем свои зубки. Доказав, что так же, как и другие может в одиночку претендовать на частичку женского счастья. В общем, баталии у Муррки и Пом были не только постельные, но и словесные, причём закончились они, когда на горизонте уже светать начало. Тогда-то мы и уснули… казалось мне.

Едва глаза мои закрылись, как тело, став лёгким, словно оторвавшись от земли, понеслось куда-то. Странное чувство, сравнимое с вертолётами после тяжёлой пьянки, вызвало рвотный позыв. Я вынуждено открыл глаза.

Обстановка сменилась. Издалека я смотрел на хорошо знакомые мне пейзажи, отзеркаленные пики горного хребта, что служит стеной преграждающей горячим ветрам путь с запада на восток. Пред цепью могучих гор вижу высокий, странный, чужой и незнакомый лес, а до него песок, чья-то большая, живая стоянка, и постепенно, медленно доползающие к нй длинные-длинные цепи бредущих один за другим караванов… Наверняка это другая сторона хребта, о которой рассказывал некогда Кобаго, а после и пленницы кролли. Но зачем я здесь, что я должен тут увидеть?

Над головой моей, словно звёзды в ночном небе, зависли тысячи, нет, десятки и сотни тысяч дверей, каждая из которых вела в другие реальности и миры. Каким-то образом я вновь очутился в измерении духов.

— Ещё одна бессонная ночь? — Донёсся голос со спины. Обернувшись, вижу Эсфею в ставшем мне привычном, человеческом облике. Паря над верхушкой бархана, женщина вглядывается в даль. Туда, где заканчивалась пустыня, и тусклым светом мерцают едва заметные огни костров.

Желая попытаться получше разглядеть, что там за барханами, хочу подняться, но ноги мои не слушаются, чем-то привалены. Опустив взгляд, вижу откуда-то взявшихся, прижимающих меня к песку Муррку и Пом, рядом с которыми, словно выбирая что-то, кружится странный, маленький и приятный взгляду светлячок.

— Осторожно, Матвей, не напугай её.

— Кого?

Богиня, впервые за долгое время после своей реабилитации, загадочно улыбнулась. Не было в этой улыбки провокаций, надменности и пафоса, лишь какая-то не присущая ей доброта.

— Дам тебе немного времени, может сам догадаешься.

К странным речам богини я привык, настаивать на ответе не стал. Ещё раз оценив ситуацию, немного поговорил с Эсфеей о дверях в небе, об открывающихся видах на горы, это помогло убедиться в том, что мы и впрямь находимся в другом измерении. Что цепь моих последних, блуждающих во снах перемещений как-то связана с теми, кто сейчас находится по ту сторону гор.

Богиня чувствовала своё дитя, протянув руку, будто пытаясь дотянуться, она указывала на лагерь, говоря, что в нём спрятана частичка Астаопа. Её дочь мучали, пытали, боль её постепенно распространялась, передавалась не только Эсфее, но и мне.

Спустившись с бархана, Эсфея сама подошла ко мне. С присущей Древней загадкой произнесла.

— Древняя, тёмная сила управляет этими существами. Как только сойдут снега, горы откроют им свои тропы, и ущелья тут же заполонят десятки тысяч спасающихся, бегущих от смерти существ-тварей. Они уничтожат твои правила, втопчут в грязь созданные тобой идеалы, в корне изменят цивилизацию, которую ты пытаешься создать. Ветра великих перемен, Матвей, они поглотят нас, и нет той силы, способной их остановить.

Последние слова Эсфеи открытой угрозой, предостерегавшей о начале конца, прозвучали в моей голове. Дух мой пробило в пот, к боли добавился лёгкий страх, и я тут же проснулся. У себя дома, в своей тёплой постели, когда лучи полуденного солнца во всю освещали мои фермерские покои.

С грустью осознав, что сегодня одеваться приходится самому, натянул подаренные Эсфеей брюки, рубашку, взяв со своего рабочего стола дощечку с начертанными на сегодня планами, только и успел открыть двери спальни, как тут же столкнулся с ждавшей меня богиней.

— Почему не глаженная? — Глаз той нервно дернулся при виде замученной мною рубашки. В прошлой жизни меня разве что силой бы заставили одеться в подобные строгие одежды, а сейчас… За неимением лучше я сам, с огромной радостью занашивал данный подарок.

— Постоянно в этой одежде, времени ухаживать за ней нет, да и утюга как бы тоже.

— Ясно. — Ответ мой полностью удовлетворил Эсфею. — Где Зуриэль?