Focsker – Мистер Фермер. В объятиях тьмы! (страница 35)

— Эсфея, пожалуйста, скажи, что твоё заклинание готово. — Взмолился я.

— Ещё не скоро! — В глазах богини ужас, она, как и я, напугана. Бледная и вся трясётся, то ли от страха, то ли от напряжения. Видно, как она старается, как всю себя вкладывает в свой последний удар. У меня нет права ей мешать. Задача выиграть время для отступающих, для моей прекрасной Пом, никуда не исчезла.

Переглянувшись со своей хозяйкой, Эглер произносит:

— Пусть твои союзники сами говорит от своего имени!

— Бля, дружище, тяни время… — Едва слышно прошу я Свирепого.

— Слишком много чести для того, кто пленил моё дитя, я буду говорить с тобой от его имени до тех пор, покуда вы не отпустите Очаровательную Одуа! — Стоя на своём, заявил Волколак. Я очень надеялся, что межу двумя сторонами завяжется спор, какое-нибудь перекрикивание, но… этот демон, она просто взяла и отпустила самку Волколака, а вместе с ней и всех бойцов Свирепого!

— Моя госпожа готова пойти на уступки, пусть тот, кто сотворил все эти заклятья, спустится к нам. Не боясь за собственную жизнь, за здоровье и то, что подвергнется преследованию, предстанет перед нами. — Эглер, надкусив палец, рисует в воздухе некий символ. — Владыка крови мне свидетель, я Эглер, клянусь собственной жизнью, достоинством рода и честным именем своей госпожи — вышедший к нам сегодня не погибнет от рук моих!

Стоя на одном месте, повторяя за слугой, рисует в воздухе подобный круг и демоница. Кажется, они не воспринимают нас всерьёз и действительно хотят переговоров.

— Я не могу выйти, не буду отменять заклятие, другой возможности может и не быть. — По-прежнему концентрируя всю свою ману в небесах, проговаривает Эсфея. Чёрт, богиня — наш последний козырь, возможно даже наш единственный шанс на выживание. До сего момента враг спокойно отбивал все наши магические заклятия, страшно представить, что он мог выкинуть в ответ, начав атаковать. Сейчас Зуриэль так же сосредоточена на защитном барьере вокруг крепости, на охране хозяйки и наших воинов, это значит…

— Меллэр, им можно доверять, они точно не ударят в спину? — Спросил я эльфа, и тот кивнул. Клятва на крови, величайшее из таинств Дроу, они не нарушат её даже под угрозой смерти. Если Дроу на крови обещали, то исполнят, вот только касалось их обещание именно Эсфеи или же любого из вышедших? В обещании данном этими двумя много лазеек, потому нужно извлечь максимальную выгоду.

— На переговоры выйду я. — От слов моих Эсфея едва не потеряла концентрацию.

— Нельзя! — Воскликнула Зуриэль.

— Так надо. Выиграю времени столько, сколько смогу. Если всё пойдёт не по плану, я хочу, чтобы ты, Зуриэль, была готова в любой момент остановить время. Если сможешь, спаси меня, если нет — защити Эсфею, позаботься о моих девочках.

— В героя решил поиграть? Я же просила тебя, умоляла! — Грозно звенит голос Эсфеи.

Ангел печально глядит на свою создательницу. Опуская в пол взгляд, склоняет передо мной свою голову

— Зуриэль, останови его… чего стоишь, куда ты смотришь⁈

Ангел подчиняется моей воле. Вчера я обещал богине не лезть в самое пекло, говорил своим солдатам, что убегу, бросив их. Сегодня, под все эти многочисленные взгляды, провожающие меня, злобные возгласы Эсфеи, вместе со Свирепым, шёл навстречу верной гибели.

— Мы с вами, Староста…

— Что бы ни случилось, мы скоро встретимся…

— Мы отомстим за вас!

Прощаясь и даже хороня меня, с огнём в глазах и готовностью встретить смерть, провожали меня бойцы. Каждому я отвечал улыбкой, а, если требовалось, рукопожатием. Всё-таки, я и вправду чудотворец, из трусливых крольчат столь мужественные вояки получились. Не в каждой стратегии такие смелые отряды есть, прям гордость берёт.

Едва врата из нашей крепости отворились, как в них тут же вбежала Одуа. Раскинув в стороны руки, она прыгнула в объятия папочки. Она что-то тараторила, радостная несла какую-то ахинею. Ни мне, ни Рыку до этого не было дела, Волколак спешно готовил дочь к отправке вслед за другими переселенцами.

Удачи вам, ребят…

С этими мыслями иду вперёд навстречу своей судьбе. В глазах всё плывёт, в руках холодеет, ноги подкашиваются, ещё и сушит, как после бодуна. Каждый новый шаг на встречу этому чудовищу отзывается непривычно красивыми пейзажами, видами, открывающимися на горы, редкие леса и плывущие над нами тёмные магические облака. Солнца почти не видно, оно зашло за тучи, но от того падающие через просветы редкие солнечные лучи ощущаются ещё теплее, ещё приятнее. Чувство, что я вот-вот умру, ведёт меня за руку, прямо навстречу моей погибели.

Когда между нами остаётся окала ста метров, демонесса без слов, предупреждений отпускает свой посох, как некогда ранее с Одуа, шагом направляется ко мне, оставляя за спиной своего слугу. Сердцебиение, я не в силах его контролировать. С каждым метром, приближающим нас, пульс учащается, воздуха в лёгких становится всё меньше. Шаг за шагом вот, между нами, пятьдесят метров, женщина напротив ускоряется, и вижу я на поясе её кинжал с большим красным рубином. Неужели именно им она попытается убить меня?

Сорок метров.

Двадцать пять… Из-за спины моей слышится грубый голос Зуриэль, требующий демонессу остановиться, но ей плевать.

Пятнадцать метров, с лица Прародительницы спадает вуаль, я вижу знакомые мне черты лица, сияющие фиолетовым оттенком яркие глаза, гордое, красивое и изящное лицо.

Десять метров, в спину меня ударяет поток воздуха, наверняка это Зуриэль уже летит мне на помощь, она ведь владеет остановкой времени, силой, превосходящей живых и…

Пять метров. Я не успел заметить, что произошло, а Зуриэль уже поверженной лежит в нескольких метрах от нас. Демоница лёгким движением руки сбрасывает с головы рога. Поворачивая голову в сторону, павшего на землю, ещё живого, пытающегося подняться на ноги ангела, пытаюсь придумать, как выкрутиться из сложившейся ситуации, как спасти её, а не себя!

— Хозяин, нет… — Произносит Зуриэль, внутренне я готовлюсь испытать боль, ту, что проводит меня на тот свет.

Подбородка моего касаются холодные, тонкие пальчики. Осторожно повернув голову мою, демонесса, дождавшись, когда я взгляну на неё, очаровывает меня своей невероятно красивой улыбкой. Нас раскрыли, Зуриэль не придёт на помощь, а Эсфея ещё не готова. Так как я умру: кинжал или магия?

В следующий миг губы её пышные прилипают к моим. Острый язычок вторгается в мой рот, ужом оплетает мой язык. Что происходит? Я хочу оттолкнуть её, но сильные руки этой невероятной женщины обхватывают меня, вдавливают в пышные груди. Боли нет. Нет страха или отчаяния, только чувство, словно я стал чьей-то вещью, существом, коего кто-то долго и страстно желал. Воздух в лёгких стремительно заканчивается, полностью завладев моим ртом, дроу пытается высосать из меня саму жизнь.

— Наконец-то мы снова встретились… — Лишь на секунду освободив мой рот, дав вздохнуть, проговорила тёмная, а после, не дав мне и секунды перевести дух, вновь пиявкой впивается в мои губы. Объятия её становились всё теснее, поцелуи и вздохи всё более горячими, страстными. Давление маны окружающей её ослабляет меня. Приподнятый от земли её объятиями, стоя на носочках, я пытаюсь оттолкнуть дроу, но взмокшие от пота пальцы скользят по элементам её доспеха.

— Я пришёл говорить о мире… — В очередной раз вернув контроль над своим ртом, руками уперевшись в стальную пластину на её прессе, произношу я.

— М-м-м-м… с вами мы можем говорить о чём угодно… — Облизнула губы своим шаловливым язычком демоница. — Как же я возбуждена, этот вкус, эта невероятная мана, это ведь ты, верно? Не отвечай. Наверное, ты не помнишь, но мы уже встречались. Твой дух приходил ко мне в Абу-Хайра, спас мой народ, привёл его в плодородные земли и защитил грязную самку Волколака, что волей великого пророчества свела нас вместе! — Руки Дроу опускались всё ниже и, на момент последних произнесённых слов, плотно держали меня за ягодицы. Борода моя, вместе со мной сползая вниз по её скользкой броне, опустила женский нагрудник. Я чётко видел эти большие, торчащие соски, с повисшими на них капельками пота. Ногами, руками, всем своим телом она оплетала меня. Вдавив голову мою в её обнажившуюся грудь, позволила услышать, как сильно и быстро бьётся её сердце. Не знаю… может это какая-то особая, смертельная демоническая техника поглощения сознания, или ещё что. Но если это и вправду так, то смерть от подобного куда приятнее, чем от кинжала!

Руки эльфийки пытаются проникнуть мне под ремень, но тот затянут плотно. Заставляя дроу дышать всё чаще, встретив сопротивление, та лёгким движением рук разрывает ремень, пальчиками прихватывая меня за бубенцы. Темечком я ощущаю её горячее, похотливое дыхание…

— Какое размер, какая идеальная форма… больше не могу. — Блять, меня что, сейчас перед двумя армиями изнасилуют⁈

Губы дроу касаются моего лба. Я вспомнил о времени, о своём задании, косо, через перекрывающую обзор грудь гляжу на поднимающуюся Зуриэль. Я по-прежнему ждал сигнала.

— Мой герой… мой смысл жизни, моя любовь. Как же долго я тебя ждала, почему ты не пришёл раньше? — Что-то жидкое пало мне на волосы. Тон женщины сменился, я думал, она плачет, с трудом поднял голову, но… то были не слёзы, с губ её и по подбородку тонкой струйкой бежала слюна. — О, я тоже не могу без твоих губ… — Я и слова не успел сказать, как она, зажмурившись, вновь вторглась своим языком в мой рот. Да что, блять происходит, почему у демона отвалились рога, о чём говорит эта бешенная, ведущая себя как суккуб баба⁈